– Долго здесь оставаться нельзя, – сказал Виржиль. – Это слишком опасно.
– Но сначала мы должны выяснить, в какой истории находимся и что в ней изменил Злоумышленник, а уж потом решать, что делать. Верно? – прошептала Лили.
Виржиль мрачно кивнул.
– Пока я ничего здесь не узнаю, – признался он. – Ясно одно: мы попали в дом старых и богатых людей в не очень далёком, но и не очень близком прошлом, поскольку здесь нет электричества. Мы услышали фамилию Пул. А единственная Пул, которую я помню, – это героиня романа «Джейн Эйр». Но «Джейн Эйр» не страшная история! Ну, то есть не совсем страшная…
– Это мне что-то напоминает, – сказала Лили.
Оба замолчали: кто-то поднимался по лестнице. Деревянные ступени скрипели, раздавались мужские голоса, слышались указания побыстрее обыскать дом. Виржиль уже сожалел, что они забрались в шкаф.
Когда дом погрузился во тьму, нужно было попытаться вернуться на первый этаж… Но куда дальше? Они не могут выйти из дома, не узнав наконец, что им предстояло сделать.
У него сложилось впечатление, что Злоумышленник насмехается над ним. На этот раз выбраться будет непросто.
Послышались быстрые шаги: кто-то приближался. Внезапно дверь открылась, и в спальню вошёл мужчина со свечой в руке. Виржиль узнал человека, у которого во время ужина, видимо, болел живот.
Мужчина быстро закрыл за собой дверь. Издав приглушённый стон, он побрёл к шкафу, но, не дойдя до него, рухнул на пол. Бедняга попытался ухватиться за комод – он корчился от боли, а его тело сотрясалось от судорог. Свеча яростно дрожала в его руке, угрожая погаснуть и попеременно освещая то его выпученные, налитые кровью глаза, то открытый рот, из которого вырывались страдальческие вздохи.
«Оборотень», – зачарованно подумал Виржиль. Других вариантов не было.
Лицо мужчины почернело, черты исказились до неузнаваемости. Тело уменьшалось на глазах, однако ни шерсти, ни больших зубов не появилось.
Когда бедняге удалось наконец подняться, он по-прежнему был мужчиной, а не оборотнем. Правда, стал моложе, намного ниже ростом и совсем худым. Одежда висела на нём мешком, а лицо казалось Виржилю ужасным, хотя он не мог понять почему.
Хоть это и противоречило логике, у мальчика было ощущение, что перед ним нечто худшее, чем оборотень.
Губы незнакомца растянулись в улыбке и, захохотав, он поднял свечу выше и огляделся. Виржиль почувствовал, как Лили схватила его за руку. Она дрожала. Очевидно, девочка была так же напугана, как и он.
– И где же мы прячемся? – громко спросил мужчина. – Нас не должны обнаружить, верно?
Он говорил с сильным акцентом. Такой акцент был у людей в старых чёрно-белых фильмах. Усмехнувшись, он наклонился и заглянул под кровать. Его внешний вид показался Виржилю совершенно нелепым.
Брюки волочились по полу, а рукава пиджака теперь скрывали ладони. Однако от незнакомца исходила такая злоба, что Виржилю было жутко смотреть на него.
– Не тут, – тихо прокомментировал мужчина.
Он закатал штанины и рукава, потом снял обувь, чтобы удобнее было передвигаться, и направился к двери спальни. Все мышцы Виржиля напряглись: ещё несколько метров, и они спасены!
«Выйди! Уйди и скажи остальным, что никого не нашёл! Скорее!» – молил он про себя.
Но стоило Виржилю подумать, что опасность миновала, как мужчина обернулся. Он заглянул за занавеску, несколько раз щёлкнув языком. Свеча, которую он держал высоко над собой, отбрасывала жуткие тени на его лицо.
И тут, подойдя к шкафу, он резко дёрнул за дверцу.
Виржиль мог бы поклясться, что его желудок сжался от ужаса.
– Ага! – воскликнул мужчина. – Посмотрите, кого мы поймали!
Он снова захохотал, довольный своей находкой. Виржиль выскочил из шкафа и сильно толкнул мужчину. Тот упал навзничь, и Виржиль с Лили бросились к двери. Их искали и другие обитатели дома, но мальчик предпочёл бы встретиться с кем угодно, только не с этим ужасным коротышкой.
Виржиль уже открывал дверь, когда Лили вдруг вскрикнула. Незнакомец схватил её за лодыжку и потащил назад. Лили упала.
Мужчина не переставая хохотал, и это был самый жуткий смех, который Виржилю доводилось слышать.