Мне показалось, что краем глаза я увидел некое подобие улыбки на красных губах Элены.
– В шаге от… – повторил Даниель и потер виски. – Это… это довольно точное определение.
– И очень странное, – подчеркнул Марко.
– Ну, мне просто любопытно.
– Почему ты не посмотрел в интернете? – вмешалась Элена.
Все молча на нее посмотрели.
– Потому что не хочу жульничать.
Когда Марко увидел реакцию всех остальных, у него на лице появилось странное выражение, как будто он пытался убедиться, что у него не случился инсульт.
– Жульничать… – эхом отозвался Даниель, безуспешно пытаясь следить за ходом беседы.
– Ну ладно. Извини. – Элена примирительно подняла руки.
Думаю, все остальные, хоть и смотрели на нас, еще не настолько протрезвели, чтобы заметить, насколько странной вышла эта беседа. И только Алекс слегка нахмурил лоб.
– Ну так что, ты кого-то знаешь? – поторопил я Даниеля.
– Э-э-э…
– Если интересуешься поэзией, возможно, стоит прочитать стихи какого-нибудь поэта, – вмешалась Элена.
– Хорошо. Чьи?
Элена пожала плечами:
– Не знаю. Алехандры Писарник[19], Габриелы Мистраль…[20] Или Глории Фуэртес[21].
Возможно, дело было в блеске ее глаз. Возможно, в намеке на улыбку.
– Глория Фуэртес? – Я повернулся к Даниелю. – Даниель, у тебя дома есть ее книги?
Даниель встал, отодвинув немного неуклюже стул.
– Вполне возможно.
И тут я услышал, как Ева шептала Софии на ухо: «Что происходит?» Кажется, они все-таки обратили внимание на необычность нашей беседы. Но на следующий день они об этом забудут.
– Я помогу тебе найти, – предложил отзывчивый Марко. И до того, как мы осознали, что произошло, они, не стесняясь, закрылись в комнате Даниеля.
– Ух ты, какая прелесть, – прокомментировала София.
– Невероятно, – добавила Ева.
– Думаю, и мне уже пора идти к себе в комнату, в квартиру, – заключила Элена.
София схватила ее за запястье и запротестовала. Ева тоже. Они попытались убедить ее остаться подольше. И тем не менее, когда Алекс поднялся, чтобы проводить Элену, они поняли, что проиграли этот бой, и позволили им вдвоем уйти. Вскоре и они тоже ушли. Я дождался, когда Даниель и Марко выйдут и дадут мне парочку сборников.
Той ночью, когда я вернулся домой, то не сразу отправился спать, несмотря на то что пошел на вечеринку после длинного дежурства и провел без сна целый день; возможно, поэтому, когда я нашел стихотворение, я не до конца его понял.
Стихотворение, которое Элена написала на моих скальных туфлях, действительно принадлежало ей, Глории Фуэртес. Сонный и немного пьяный, я перечитал стихотворение несколько раз, и, хотя я явно не до конца его понял, оно мне понравилось. Я не понимал, пробуждало ли это стихотворение во мне меланхолию или же будоражило, и я был уверен, что не прочувствовал и половины того, что доступно кому-то, разбирающемуся в поэзии, но что-то внутри меня отозвалось. Мне передалась некая сила, а это уже имело что-то общее с Эленой.
Поэтому я начал искать стихотворение, которое имело бы что-то общее со мной.
[19] Аргентинская поэтесса.
[20] Чилийская поэтесса.
[21] Испанская поэтесса.
Конец ознакомительного фрагмента.