Модный брак: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Освещение не то, — грубо ответил он, — уж больно жёлтое. Он всё продолжал есть. Похоже, Изабель находила очарование и в этом.

Но после ужина они все так утомились, что в состоянии были только зевать — до самого часа, когда можно было уже и спать ложиться… И только на следующий день пополудни, когда Уильям уже поджидал такси, он оказался с Изабель наедине. Когда он отнёс свой чемодан в переднюю, Изабель покинула остальных и подошла к нему. Она наклонилась и подняла чемодан.

— Ничего себе! — сказала она, и неловко рассмеялась.

— Давай, донесу. До калитки.

— Это ещё зачем? — удивился Уильям.

— Ни в коем случае. Давай сюда.

— Ну пожалуйста, позволь мне, — сказала Изабель. — Я и правда, хочу.

Они молча шли рядом. Уильям почувствовал, что говорить уже не о чем.

— Вон, едет, — триумфально сказала она, опустив чемодан и направив беспокойный взгляд вдоль песчаной дороги. — В этот раз я едва тебя повидала, — сказала она, затаив дыхание. — Уж больно коротко, правда? Такое чувство, будто ты только-только приехал. В следующий раз… — тут показалось такси.

— Надеюсь, в Лондоне к тебе хорошо относятся. Мне так жаль, что детей весь день не было, но так устроила мисс Нейл. Они будут жалеть, что с тобой разминулись. Бедный Уильям, ты опять в Лондон. Такси подошло. До свидания! — Она коротко и спешно поцеловала его; её больше не было.

Мимо проносились поля, деревья, изгороди. Они мелькали всю дорогу по пустынному, безликому городку, разбросанные до самого крутого подъёма к вокзалу. Поезд был уже подан. Уильям направился прямо к вагону первого класса для курящих, привычно забился в угол, но на сей раз о бумагах и не вспоминал. Сложил руки в борьбе с тупой и настойчивой болью и начал мысленно писать письмо Изабель.

Почта, как обычно, запоздала. Они сидели у дома в высоких креслах под цветными зонтами. Один только Бобби Кейн лежал на траве у ног Изабель. Была скука и духота; день клонился к закату как приспущенный флаг.

— Как думаете, на том свете будут понедельники? — инфантильно спросил Бобби. И Деннис пробормотал.

— На том свете будет один сплошной понедельник. Ну а Изабель никак в толк не могла взять, почему так вышло с лососем, которого они ели на ужин вчера вечером. Она ведь собиралась приготовить на обед рыбу под майонезом, а теперь…

Мойра спала. Недавно сон стал для неё открытием. — Это так здорово. Просто закрываешь глаза, и всё. Это так сладостно. Когда пожилой румяный почтальон пробивался по песчаной дороге на своём трёхколёсном, могло показаться, что у него в руках не руль, а вёсла. Билли Хант отложил книгу. — Письмо, — благодушно сказал он, и все они принялись ждать дальнейшего. Но до чего бессердечен почтальон — или грешен этот мир! Там было всего одно, толстенное — для Изабель. Даже ни одной газеты.

— А мне письмо только от Уильяма, — скорбно выговорила Изабель. — От Уильяма — так скоро? — Он возвращает тебе свидетельство о браке в качестве лёгкого напоминания.

— А разве у всех бывает свидетельство о браке? Мне казалось, это только у слуг. — Страниц-то сколько! Взгляните на неё! Дама, читающая письмо, — изрёк Деннис.

«Моя дорогая и бесценная Изабель». Там было много страниц. По мере того, как Изабель читала, чувство изумления у неё сменилось ощущением удушья. Что это вдруг на Уильяма нашло…? До чего же это необычно… Что могло его подвигнуть…? Она была смущена и всё больше волновалась, даже испугалась. Это было так похоже на Уильяма. В самом деле? Это конечно же, абсурд, наверняка, абсурд, это смешно. — Ха-ха-ха! О, боже! Что же ей делать? Изабель откинулась в кресле и рассмеялась, будучи не в силах остановиться.

— Расскажи же нам, — поинтересовались остальные. — Ты просто должна рассказать.

— Мне самой не терпится, — ухохатывалась Изабель. Она хорошенько уселась, собрала листы письма, и махнула ими в их сторону. — Садитесь вокруг, — сказала она. Слушайте, это просто чудо. Любовное письмо! — Любовное письмо! Но какое божественное! «Дорогая, бесценная Изабель». Но только она начала, как её стал душить смех.

— Давай дальше, Изабель, прекрасно. — Это самая удивительная находка. — Ну давай же дальше, Изабель! «Не дай мне Бог, моя дорогая, стать помехой на твоём пути к счастью.» — О-о! О-о! О-о! — Тш! Тш! Тш!

И Изабель продолжила. Когда она дошла до конца, они забились в истерике: Бобби катался по траве и почти рыдал.

— Ты должна позволить мне использовать его как есть, в моей новой книге, — твёрдо сказал Деннис. — Я посвящу ему целую главу.

— О, Изабель, — простонала Мойра, — такой удивительный фрагмент о том, как он держал тебя в объятиях! — Я всегда считал, что письма, фигурирующие в бракоразводных процессах, выдуманы. Но по сравнению с этим они меркнут.

— Дай мне его подержать. Дай почитать — своими глазами, — сказал Бобби Кейн.

Но к их удивлению Изабель скомкала письмо. Она больше не смеялась. Она мельком окинула всех взглядом; вид у неё был измождённый. — Не сейчас, не сейчас, — пробормотала она. И не успели они прийти в себя, как она побежала к дому, через прихожую, наверх, в спальню. Присела на край постели. — Как это гнусно, отвратительно, противно, вульгарно, — бормотала Изабель. Она придавила глаза костяшками пальцев и закачалась взад и вперёд. И она снова увидела их, но уже не четверых, а скорее, все сорок — смеющихся, ухмыляющихся, глумящихся, тянущихся руками, когда она читала им письмо Уильяма. Ну до чего же она отвратительно поступила. Как могла она это сделать?! «Не дай мне Бог, моя дорогая, стать помехой на твоём пути к счастью». Уильям! Изабель уткнулась лицом в подушку. Но почувствовала, что даже эта неодушевлённая спальня знает о том, какая она, мелкая, пустая, тщеславная…

И вот уже снизу, из сада, послышались голоса. — Изабель, мы все идём купаться. Пойдём! — Идём же, верная супруга Уильяма! — Ну, позови её ещё раз напоследок, давай ещё раз! Изабель выпрямилась. Момент настал, настал момент, когда ей нужно решить. С ними она пойдёт или останется и напишет Уильяму. Что, что ей выбрать?

— Я должна определиться. Ну какой здесь может быть вопрос? Конечно же, она останется и напишет.

— Титания! — зазывала Мойра. — И-за-бель?

Нет, это было слишком сложно.