— Я готов работать в любое время и сколько нужно, — неторопливо сообщил разумник. — Выходные дни по вашему усмотрению, но они мне, разумеется, понадобятся. Я должен заботиться о сестрах и младшем брате…
— Вильмон говорил, что у вас на попечении семья, — согласился Лучано. — И, кстати, он же сказал, что жалованье младшего секретаря в ведомстве канцлера для вас недостаточно. Полностью с этим согласен. Не знаю, сколько получает он сам на личной службе его величества, но я готов платить не меньше.
— Это очень щедро, милорд. — Лоран посмотрел на Лучано в упор, и его серебристо-серые глаза блеснули. — Однако у меня для вас встречное предложение, если позволите. — Он дождался кивка Лучано и продолжил, поставив чашку и сплетя пальцы на коленях перед собой. — Я готов удовлетвориться любым жалованьем, которое вы изволите мне назначить. Пусть даже и младшего секретаря. Взамен мне кое-что нужно…
Он замялся не больше, чем на пару мгновений, но Лучано острым чутьем Шипа уловил, что разумник лихорадочно рассчитывает, насколько может приоткрыть собранные карты, а результат партии для него чрезвычайно важен.
— Слушаю с нетерпением, — подбодрил он Лорана и добавил с улыбкой: — Нечасто мне предлагают настолько серьезную скидку. Я полагал, что вы, напротив, нуждаетесь в деньгах. А свободное время для подработок у вас вряд ли окажется. Так что же вам нужно, синьор Лоран?
— Слезы феникса! — выдохнул разумник, не сводя с Лучано напряженного взгляда. — Вильмон сказал, что лорд-канцлер получил от вас целый флакон и вы обещали ему столько зелья, сколько понадобится. — И поспешно добавил: — Не вините его в болтливости, Аранвены не скрывали, что нуждаются в этом лекарстве, когда пытались его купить. Не знаю, почему оно настолько редкое, но… так получилось, что я тоже отчаянно в нем нуждаюсь! А купить его практически невозможно…
«Потому что „Слезы феникса“ в Итлии варят всего два зельедела, и один из них постоянно занят делами гильдии, а второй — легкомысленный молодой идиотто… — мелькнула у Лучано отстраненная мысль. — В Дорвенанте сплошь алхимики, которые хороши в магии, но не в классическом зельеделии. В Арлезе сейчас никого равного… Есть еще фраганский мастер, но он пару лет как отошел от дел, а его ученик еще не набил руку. Да, все сходится, поэтому грандсиньор Аранвен и остался без поставщика…»
— Ваш брат? — спросил он напрямую. — Как давно их принимает и в какой дозировке? Что говорят целители о его болезни?
— Что она неизлечима, — тихо ответил разумник. — Вдобавок, у него редкий телесный порок, он очень плохо воспринимает любые магические зелья. Мы обходимся тем, что варят не алхимики, а обычные зельеделы, но список препаратов, способных ему помочь, не так уж велик. Два года назад мне удалось добыть «Слезы феникса». Кевин принимал по две капли в день, так назначил тот же целитель, что лечит лорда-канцлера. Чуда не случилось, он не поправился, но… целых восемь месяцев, пока не кончилось зелье, мой брат мог вставать с постели. Он был прикован к ней пять лет, с момента, как развился этот проклятый сердечный недуг! А ему… ему всего девять…
— Сочувствую, — уронил Лучано. — Насколько я понимаю, «Слезы феникса» нужны ему как детокс, верно? Большинство сильных зелий имеют побочное действие, они поддерживают сердце, но ослабляют другие органы. Сохраняют пациенту жизнь, но эта жизнь такова, что… Да, синьор, вам и вправду пришлось нелегко.
— Без них он даже есть не может самостоятельно, — с неожиданно прорвавшейся наружу чудовищной усталостью сказал Лоран. — Роняет ложку через несколько минут, настолько мало у него собственных сил. Сестры ухаживают за Кевином, пока я зарабатываю им приданое, а когда они выйдут замуж, я найму сиделку… Дело даже не в деньгах, милорд, видят Благие, нам хватает! Но вся жизнь моего брата проходит в постели или в кресле, которое мы выносим в сад, когда тепло. В нем он дремлет или слушает сказки. Иногда немного читает сам… За пять лет у него было восемь месяцев непредставимого счастья! Он вставал и гулял по саду, играл с нами, болтал целыми днями как… обычный ребенок, понимаете?! Я надеялся, что смогу покупать это зелье, оно ведь расходуется совсем понемногу! Но… оно просто исчезло. Даже Аранвены не могли раздобыть! А недавно я узнал, что «Слезы феникса» снова появились. Когда Вильмон мне сказал, что лорд-канцлер получил препарат, я готов был предложить что угодно! Деньги, любые услуги… Благими клянусь, милорд, если бы не приходилось кормить семью, я бы согласился работать на вас бесплатно!
— Всеблагая и Милосердная с вами! — махнул Лучано рукой. — Этого не хватало! Что ж, синьор Лоран, я вас понял. Сколько времени вам нужно, чтобы уладить все домашние дела и выйти на службу?
— Да хоть завтра…
Выложив то, чем терзался столько времени, Лоран измученно обмяк в кресле, но взгляд у него стал еще острее и напряженнее, а сплетенные пальцы побелели. Он смотрел на Лучано, не зная, чего ждать, и явно готовясь к чему угодно — условиям, торговле, кабальному договору… Скорее всего, изначально разумник не собирался так откровенничать, но бывает ноша слишком тяжелая, чтобы нести ее бесконечно.
Лучано ему от души посочувствовал. Тем приятнее было сознавать, что надежды этого человека, умного, сильного, наверняка полезного и, пожалуй, лично ему приятного, в полной власти Лучано, так что еще несколько мгновений — и синьора Мартина ждет прекрасный сюрприз!
— Завтра так завтра, беллиссимо, — согласился Лучано, искренне наслаждаясь предвкушением этого. — Жалованьем я вас не обижу, разумеется. Пусть будет как у синьора Вильмона… Но если мне, кроме личных дел, потребуется консультация или услуга для королевской службы, я на вас рассчитываю!
«И никуда ты от меня не денешься, — подумал он с веселым самодовольным азартом, вставая из-за столика и подходя к шкафу. — С картами, которые сдала грандсиньора Судьба, грех проиграть партию, в которой ты поставил на кон свое отчаяние, а я — всего лишь несколько часов за котлом и ретортами. Сколько же мне еще придется благодарить мастера Ларци?! И не только за умение управляться в лаборатории, но и за тонкую науку движений души и разума».
Он открыл хитроумный замочек, рассчитанный уберечь содержимое шкафа от чрезмерно любопытных слуг, возможных соглядатаев и даже от посягательства Перлюрена. Взял с полки флакон — близнец того, который отдал Аранвену, и сделал заметку в памяти, что нужно сварить еще. На крайний случай, если срочно понадобится, есть несколько доз в личной шкатулке с зельями, но запас такого ценного средства иметь необходимо…
— Берите, синьор Лоран. — Вернувшись к столу, он поставил флакон перед разумником и снова сел. — По две капли в день вам надолго хватит, а когда понадобится еще, просто скажите. — Подумал и добавил: — Я бы хотел поговорить с целителем, который назначил зелья вашему брату. Возможно, получится подобрать другой состав, менее вредный. Правда, признаюсь честно, моих знаний может не хватить, в таком случае попросим совета у моего приемного отца и наставника.
— Это… они… — выдохнул разумник и взял флакон с благоговением, как величайшую драгоценность. — Милорд, благодарю! — И тут же опомнился, пытаясь сохранить остатки не то настороженности, не то просто рассудительности. — Аванс, полагаю? Я вам безмерно благодарен, клянусь Благими! Позвольте узнать цену…
— О, не беспокойтесь, — усмехнулся Лучано. — Вам она точно будет по карману. Когда-нибудь, синьор Мартин… Вы ведь позволите мне вас так называть? И ко мне тоже прошу обращаться без церемоний, можно просто Лучано! Так вот, когда-нибудь вы получите предложение немного поступиться принципами честной службы… Непременно получите, так устроен мир, и мы оба это понимаем. Обронить пару слов о моих делах, сунуть нос в личные бумаги и пооткровенничать с каким-нибудь щедрым синьором… да хотя бы поболтать о том, где и с кем я провожу вечера и какие яблоки предпочитает мой енот. Сущие пустяки, верно? Так вот, когда, а не если, это случится, я прошу вас подумать и вспомнить, что предложил вам не только жалованье, но и свою дружбу, а с ней — все, что могу сделать для друзей. Неважно, шамьет это или «Слезы феникса». Я очень много требую от людей, синьор Мартин, быть моим другом нелегко, еще сложнее — быть моим другом и подчиненным одновременно. Впрочем, некоторым удается… И если в тот момент вы сделаете верный выбор, значит, я не ошибся, подарив вам этот флакон. Ну и все последующие, сколько бы их ни понадобилось!
Он в свою очередь откинулся на спинку кресла, потягивая шамьет и разглядывая Лорана с азартным ожиданием рыбака, вокруг удочки которого ходит кругами редкостная добыча. Клюнет или нет? А если клюнет, удастся ли подсечь и вытащить? С Лионелем Саграссом было гораздо проще, у таких, как боевик, преданность, благодарность и стремление достойно служить — основные свойства характера. Но если Саграсс — отважный и верный сторожевый пес, то Мартин Лоран — матерый бродячий кот, как и сам Лучано. Его доверие завоевать куда труднее даже с такими козырями на руках. Зато если получится… М-м-м, какой удачей это будет!
— Дружба? Поистине щедрое предложение, — задумчиво уронил разумник. — Вильмон говорил, что вы преинтересная личность, но я, признаться, недооценил масштаб… Что ж, принципами честной службы, как вы изволите говорить, я все равно поступаться не собирался. У меня и свои убеждения есть! Но вам ведь нужно нечто большее, чем просто отвечать на письма, оплачивать счета и покупать арлезийских львов, правда? Вы хотите получить меня полностью, с душой, разумом и потрохами.
— Хочу, — абсолютно честно признался Лучано, радуясь тому, что Лоран так полно оправдывает его ожидания. Ну что за прелесть — вести партию с человеком, настолько похожим на тебя самого! Наверное, господа бретеры так наслаждаются своими «беседами»! — Но если для вас это слишком высокая цена, никто не заставляет ее платить. Просто честная и старательная служба меня тоже устроит. И денег за «Слезы феникса» я в любом случае с вас не возьму. Раз в полгода или год сварить несколько флаконов — полезно для практики, и особых забот мне это не доставит.
— Сварить «Слезы феникса» не доставит вам забот? — горько усмехнулся Лоран. — Это что, такой пустяк?
Он посмотрел на флакон, который так и держал, поднял его и взглянул на просвет… Ох, как Лучано его понимал! Зелье Мартину Лорану отчаянно нужно, однако такой умница не может без опаски просто взять предложенное! Наверняка он сейчас пытается просчитать, что с него запросят за «подарок» и не окажется ли цена якобы бесплатного лекарства на самом деле неподъемной?
— Ну, не совсем пустяк, — признал Лучано. — Пару золотых скудо на ингредиенты, пару недель на подготовку, потом день в лаборатории… Но в целом, вполне терпимо. Кстати, его светлости Аранвену я их тоже подарил. Не потому, что я такой добрый и щедрый, а просто потому, что могу себе это позволить… Синьор Мартин, вы знаете, что это?
Он сунул руку за отворот камзола и достал из потайного кармашка кольцо старшего мастера Шипов, которое не носил открыто, разумеется, но при этом никогда с ним не расставался. Привычно надел на палец, показал разумнику.
— Да, — уронил тот. — Надо же… Впервые вживую вижу. — И добавил, поднимая взгляд на Лучано с совершенно непроницаемым лицом: — Я думал, те, кто его носит, обычно постарше.
— Я талантливый, — усмехнулся Лучано. — Ну и с наставником повезло… Что ж, тогда вы понимаете, сколько крови у меня на руках. Иной городской палач позавидует! Поверьте, я этим не горжусь. И не пытаюсь… как это говорится… — Он поморщился. — Искупить вину, да! Совершенно бессмысленное занятие, никогда его не понимал! Как искупить то, что уже никак нельзя исправить?! Если даже я кого-то спасу, как это поможет тем, кого я убил? Их ведь уже никакие мои поступки не воскресят! Но вот что я вам скажу, синьор Мартин…