— Сговор, — кивнул боярин. — Перед свадьбой, значит, когда пару прилюдно женихом и невестой объявляют.
— Помолвка! — выдохнул Грегор, прижимая ладонь к груди и почтительно, уже как будущему родственнику, кланяясь боярину. — О да, я буду ждать! И постараюсь завершить… свои дела как можно быстрее! Клянусь, только ради этого я оставлю вашу прекрасную дочь, но ненадолго!
«А если король, паче чаяния, не согласится? — гадючьим укусом кольнула незваная мысль. — Если ты ошибаешься и он предпочтет сохранить за своей фавориткой статус леди Бастельеро? Это ведь так удобно — прикрыть позорное пятно фальшивым браком, создав видимость того, что леди — честная женщина! Свалить весь позор на него, Грегора… Что, если он так и поступит?!»
— Позвольте откланяться, милорд. — Грегор снова поклонился, на этот раз как равный — равному, и Войцехович, встав, поклонился в ответ. — Надеюсь, в ближайшее время мы сможем обговорить… остальное?
— Не сомневайся, князь, — отозвался боярин. — Раз такое дело… Будет у меня с другом Будимиром о делах нашей академии к тебе серьезный разговор!
Показывая, что разговор закончен, он проводил Грегора во двор, где домочадцы Войцеховича и гости бурно отмечали окончание турнира. Прямо во дворе накрыли скатертями длинные столы, и кухонная прислуга носилась, расставляя блюда с жареным мясом, кувшины и бутыли, закуски и сладости.
Грегор поискал взглядом Майсенеша, но того нигде не было.
— А где ваш командир? — спросил он одного из своих сопровождающих, рослого боевика, великолепно показавшего себя на испытаниях.
— Простите, милорд Архимаг, он отлучился! — отрапортовал тот. — Я за него. — И добавил, слегка смущаясь от несерьезности причины: — У Ласло голова разболелась так, что его аж замутило. Сказал, пойдет поспит.
— Лучше пусть к целителям заглянет, — бросил Грегор, которого кольнула вина.
Теперь, когда Войцехович ясно дал понять, что его намерения одобрены и Любава в шаге от того, чтобы стать леди Бастельеро, Грегор был рад всему миру! Даже Ласло Майсенешу, о судьбе которого действительно решил позаботиться!
«А что, если все-таки…» — снова тихо шепнула ему тревога.
«Если король не даст развода? — уточнил Грегор у себя самого и холодно, зло усмехнулся. — Если он и эта женщина упустят последний шанс решить со мной дело миром? Если я не получу свободу, которую так жаждала Айлин и которая предназначалась только ей?! Что ж… Тогда я все равно женюсь на леди Любаве, даже если весь мир и Благие будут против! Ведь развод — не единственный способ избавиться от той, кто меня предала. Я могу просто овдоветь…»
Глава 11. Интересы научные и служебные
Больше всего мариты, хорошо заметные с борта корабля, походили на внезапно ожившие стожки, если бы только кому-то пришла в голову мысль сметать в стожки водоросли. Самые разные — длинные, как женские волосы, узкие и ярко-зеленые, как весенняя трава, и короткие бурые, и ветвистые, жесткие даже на вид, они полностью оплетали фигуры маритов, сохранявшие лишь некоторое сходство с человеческими. Две руки, две ноги, голова, но из-за водорослей все это выглядит искаженным и непропорциональным, и вообще, кажется, эти самые водоросли на маритах попросту… растут?
— А можно рассмотреть их поближе?! — замирающим голосом взмолилась Айлин, и дон Хосе Мануэль развел руками:
— Не могу отказать прекрасной донне. Но должен предупредить, что мариты не самое приятное зрелище, их вид способен напугать.
— Вчера прекрасная донна пила шамьет с гулью, причем с Первой Дочерью в ее истинном облике, — усмехнулся Кармель. — Пересчитала ей все зубы, проверила когти и затребовала череп гуля для коллекции. Поверьте, дорогой родич, если возникнет вопрос, кто кого способен испугать, я бы не поставил на маритов!
— О, если так, то конечно! — заверил принц. — Прошу, прекрасная донна!
И протянул тонкую раздвижную трубку, в один конец которой следовало смотреть, зажмурив второй глаз.
Айлин так и сделала, и узкая каменная гряда словно прыгнула ей навстречу, позволив рассмотреть выбравшихся на нее существ так ясно, словно те стояли совсем рядом.
Мариты были совершенно не похожи на любую другую виденную ею нежить! Вот, она же говорила, что подводные умертвия не могут быть одинаковы с подземными, это и ребенку ясно!
— У них действительно плотный покров из водорослей по всему телу, — забормотала Айлин, не отрываясь от трубы. — Глаза либо отсутствуют, либо скрыты этим покровом, как и ноздри с ротовым отверстием. Зубы… У маритов есть зубы? Должны быть, если они питаются мясом! Вообще-то, тушку можно разорвать и когтями, многие виды нежити так делают, но у хищных особей обязательно имеются клыки… Кто-нибудь видел, как они едят?!
С трудом оторвавшись от алчного созерцания маритов, она опустила трубу, повернулась и обвела офицеров «Звезды Востока» требовательным взглядом. Кое-кто, кажется, под этим взглядом слегка попятился…
— Эм… я не уверен… — отозвался тот самый юноша, который сравнил ее с идущей под всеми парусами шхуной. — Но рыбаки рассказывают, что мариты не едят мясо и рыбу обычным способом. Ну… то есть через рот… Они вытаскивают добытое на камни, ждут, пока… э… протухнет… а потом ложатся сверху. И лежат… э… пока не переварят…
Окончательно смутившись, он смолк, Айлин же пришла в полный восторг. Да она бы расцеловала этого лейтенанта, если бы не боялась, что это неправильно поймут!
— Спасибо! — выпалила она, посмотрев на него с искренней и огромной, как море, благодарностью. — Вы мне очень помогли! Подумать только! Мариты используют внешний способ поглощения пищи! Это же великолепно! Восхитительно!
— А еще они постоянно греются на солнце, — поспешно добавил обрадованный лейтенант. — И если погода пасмурная, то становятся вялыми, словно дохлые. Ну то есть совсем дохлые, а не как обычно… Зато в жару и плавают резвее обычного, и на рыбу охотятся!
— Поглощают солнечные лучи? — на лету подхватила мысль Айлин. — Это… возможно! Точнее, солнце впитывают не сами тела маритов, а водоросли, которыми они покрыты. И обычную пищу потребляют тоже они! А выдерживают на солнце, чтобы мясо с рыбой размягчились… Прелесть какая!
Кто-то из офицеров тихонько удивился такому странному пониманию прелести, неожиданному от юной прекрасной донны, однако на него тут же шикнули. Кажется, остальному экипажу, включая принца и капитана, было чрезвычайно интересно, что же донна еще расскажет. Кармель так вообще лучился удовольствием и гордостью, а в его руках Айлин увидела уже знакомую тетрадь для записей. Неужели магистр везде ее с собой берет?! Или… он подозревал, что Айлин захочет увидеть маритов, и подготовился?