Читать книгу «Между Вороном и Ястребом. Том 2» онлайн.

«Какой же я болван, — устало подумал Грегор и понял, что совершенно измотан. Нет, не магическим напряжением — какое там напряжение, пустяк! Просто за пару часов у него несколько раз изменилось настроение, и это оказалось таким утомительным. Вот, кстати, результат — глупейший, недостойный мага, безобразный срыв! — Надо будет возместить Майсенешу неудобство, которое я причинил. Конечно, виновата неудачная шутка Войцеховича, но я-то хорош! Кинул сырой силой, даже не заметив, как и когда это сделал! А Майсенеш… Пусть он вел себя не вполне прилично, однако это можно понять. Возбуждение от победы, вид прекрасной девушки… Разумеется, он очнется от этого наваждения и вспомнит, где его место. Надо будет и вправду позаботиться, чтобы он поскорее женился. Леди Любава ему не пара, Войцехович и сам это должен понимать, но если Майсенеш посватается к кому-нибудь другому… Благие, да пусть он хоть на леди Ставор засмотрится — я готов содействовать! Лорду Ставору он даже нравится, похоже… А я буду сватом и подарю ему на свадьбу что-нибудь… выдающееся. И за услуги, которые он мне оказал, и… за сегодняшнее. В конце концов, за свои ошибки и срывы следует расплачиваться, этого требует честь и долг некроманта…»

Он снова коротко глянул на боевика. Тот уже пришел в себя и даже выпил медовуху, или как там называется это карлонское вино. Смотрел вслед леди Любаве, которая скромно покинула двор, полный людей. Молчал, поглаживая чеканный серебряный бочок своей награды, украшенный камнями, как и обещал боярин.

А Грегор… Грегор вдруг понял, что ему следует сделать, причем немедленно.

— Милорд Войцехович! — обратился он к боярину, который что-то обсуждал со Ставором. — Позвольте поговорить с вами наедине.

Глава 10. Вкус свободы

— Скажите, дон Кармель, — не выдержала Айлин, когда «Звезда Востока» была уже совсем рядом. — А где и как арлезийские кавалеры учатся носить дам по трапу?

— Ну, говорить за всех я, разумеется, не могу, — с улыбкой отозвался магистр. — Лично мне в этом непростом, но приятном деле чрезвычайно помогла ваша драгоценная тетушка. Когда они с Тимоти поженились, я пригласил их провести медовый месяц в Арлезе. Дорогая Элоиза с удовольствием ездила на морские прогулки, а я получил бесценную возможность практиковаться. Увы, не обошлось без некоторых жертв…

Он сделал таинственную паузу, лукаво блеснув глазами, и Айлин, понимая, что именно этого от нее ждут, благовоспитанно ахнула:

— О, неужели?!

— Да-да, — со вздохом подтвердил Кармель. — Однажды трап все-таки качнулся, и ваша тетушка уронила в море туфельку. Эту прискорбную потерю дорогая Элоиза мне до сих пор не забыла. Более того, за прошедшие годы туфелька изрядно выросла в цене! Сейчас Элоиза утверждает, что она была шелковой, расшитой золотым галуном и отборным вендийским жемчугом, хотя мне это сокровище помнится просто замшевым. Но не буду же я спорить с дамой из-за такого пустяка! Увы, сколько бы я ни просил о возможности возместить утрату, Элоиза упорно отказывается. Возможно, дожидается момента, когда на потерянной туфельке вырастут арлезийские алмазы и голубой янтарь!

— О-о-о… и что вы тогда будете делать? — заинтересовалась Айлин, и даже гребцы, кажется, прислушались к их беседе.

— Как что? Разумеется, подарю ей именно такую туфельку! — невозмутимо сообщил магистр. — Голубой янтарь считается собственностью короны Арлезы и не продается без разрешения кого-то из королевской семьи. Мне, надеюсь, мой дорогой родственник такую милость окажет, а вот Элоизе будет весьма сложно заполучить пару к своей новой туфельке — такой красивой и воистину драгоценной! Я ведь никогда не скрывал, что коварен и мстителен, не так ли?

Айлин рассмеялась, Кармель тоже улыбнулся, разводя руками, и даже губы лейтенанта тронула усмешка. И тут на борту «Звезды Востока» раздался резкий сигнал военной дудки, а шлюпка подошла к деревянной лестнице, массивной и довольно удобной. Одной стороной лестница крепилась к борту корабля, вторая была предусмотрительно снабжена перилами, а нижние ступеньки уходили прямо в воду. И хотя шлюпка немного качалась на волнах, перейти с нее на лестницу не составляло особого труда.

— Прекрасная донна сможет взойти на борт? — любезно уточнил Кехана. — Если нет, шлюпку поднимут вместе с вами…

Айлин едва не ляпнула, что она не просто по лестнице на корабль — она даже на мачту «Звезды Востока» готова забраться прямо в этом платье! После уроков гимнастики в Академии и тренировок с месьором д’Альбрэ — запросто! Но вовремя вспомнила, что сейчас она — изящная и благовоспитанная невеста благородного дона Роверо, а невесты не скачут по снастям, словно белки!

Так что она лишь улыбнулась под прозрачным покрывалом, нежным голоском заверила лейтенанта, что нет никакой нужды так беспокоиться, и едва дождалась, пока сможет перепрыгнуть на лестницу. И даже там, одной рукой придерживая длинный подол, уговорила себя не торопиться, хотя поскорее попасть на палубу хотелось чрезвычайно!

Сдерживая волнение, она поднялась по лестнице и тут же оказалась перед спуском на палубу, небольшим, всего в три ступеньки. Рядом с последней стоял, улыбаясь и протягивая ей руку в белоснежной перчатке, принц-базаргин. Сегодня его высочество был в черно-голубом мундире, густо расшитом золотым позументом, черные усы и бородка принца блестели на солнце, источая розовый аромат, а в ухе качалась на цепочке большая причудливая серьга с переливчато блестящим камнем.

Айлин оперлась на руку принца и легко соскочила на палубу. Жадно обвела взглядом толстенные мачты и собранные складками, аккуратно подвязанные к балкам паруса. Палуба блестела чистотой, все медные части были начищены так, что горели на солнце, и корабль казался нарядным, как праздничное древо.

— Драгоценная донна, рад приветствовать вас на «Звезде Востока», — огромным котом мурлыкнул базаргин, свободной рукой поправив и без того идеальные усы. — Дорогой родич, к вам это также относится! — обратился он к поднявшемуся следом за Айлин Кармелю. — Лейтенант, благодарю за службу!

Алонсо Кехана, поклонившись, отступил и поднялся на высокую корму, где выстроилось несколько человек в таких же голубых с золотом мундирах. Айлин краем глаза увидела, как лейтенант отдает честь одному из них, видимо, капитану. А принц опять перевел на нее взгляд, и Айлин, смутившись, забрала руку, которую Хосе Мануэль так и держал.

— Надеюсь, дорога была легкой и спокойной? — поинтересовался он.

Айлин присела в реверансе, а Кармель на итлийском заверил, что они с невестой получили огромное удовольствие и от прогулки, и от учтивого сопровождения.

— Великолепно! — просиял принц. — Обед уже накрывают, но прежде, дорогой родич, позвольте показать драгоценной донне корабль и представить ей команду. «Звезда Востока» счастлива принять столь приятных моему сердцу гостей!

Айлин ожидала, что он снова предложит ей руку, но принц предупредительно уступил место рядом с ней Кармелю, сам же пошел с другой стороны в шаге от них, рассказывая сразу обо всем! О том, как строили «Звезду Востока» по чертежам лучших арлезийских корабелов! Как добывали мореный карлонский дуб и прошивали паруса крученым арлезийским шелком для прочности, добавляя его и в канаты. Как заказывали резчикам носовую фигуру, с трудом выбрав ее из дюжины эскизов, и, в конце концов, остановились на том, который больше всего понравился королеве Алисандре, почтенной матушке Хосе Мануэля и его братьев.

— Посмотрите, прекрасная донна, разве она не хороша? — широко взмахнул рукой принц, гордо указывая на статую под бушпритом. — Вы думаете, это сплошное дерево? Рубашка и тюрбан выполнены из лучшей листовой меди и окрашены сверху! Признаться, я предлагал вылить из меди всю фигуру. Тогда ее… хм… прелести можно было бы использовать вместо тарана. Но меня убедили, что нос будет перевешивать корму, и это нарушит гармонию корабля!

Айлин представила, как медная красавица грудью проламывает чужой борт, и едва удержалась, чтобы не рассмеяться — зрелище было не слишком приличным, но при этом весьма величественным.

— Таранить противника девицей? — удивленно поднял брови Кармель. — Дорогой родич, для тарана куда больше подойдет мужская фигура.

Картина перед внутренним взором Айлин немедленно сменилась другой, чудовищно непристойной и в такой же мере смешной. Хосе Мануэль явно вообразил нечто в этом же роде, потому что уставился на Кармеля с возмущением. Тот ответил абсолютно невинным взглядом и уточнил:

— О, я всего лишь хотел сказать, что использовать для такой грубой работы даму — недостойно истинно благородного дона! Оставим войну мужчинам, не так ли?

Айлин испытала огромное желание зажать ладонью рот прямо под покрывалом, чтобы не рассмеяться в голос. Хосе Мануэль несколько мгновений яростно сопел, потом фыркнул и расхохотался, заявив: