Масоны. Том 2 [ Большая энциклопедия]: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Необходимо, впрочем, отметить, что Хераскова гораздо больше уважали, чем читали. Этим объясняется тот факт, что, несмотря на свою знаменитость, престарелый поэт долго не мог найти издателя для своей «Бахарианы». Мало читали и Семена Боброва, единственного заметного в поэзии последователя Хераскова[34]. Его поэмы «Таврида» («Херсонида») и «Древняя ночь вселенной» содержат целый ряд возвышенных и благочестивых мыслей. Вторая поэма, «Древняя ночь вселенной, или Странствующий слепец» (1807–1809), особенно близка творчеству Хераскова. Автор рассказывает о скитаниях в поисках истинного света одного слепца. Это, конечно, аллегория. «Главнейший предмет поэмы, — говорит автор, — истина бессмертия души». Как и у Хераскова (например, в поэме «Селим и Селима»), слепец в конце концов прозревает. В 1810 г. Бобров умер; после его смерти некоторые журналы, обсуждая его литературную деятельность, отозвались о ней пренебрежительно, а через пять лет дошла очередь и до славы его учителя Хераскова, который умер еще в 1807 г. В 1815 г. статьи Строева и Мерзлякова поколебали авторитет Хераскова, а затем ему стали совершенно отказывать в поэтическом таланте. Пренебрежение к нему, порицание, иногда довольно ожесточенное, с тех пор стали в порядке вещей.

За последние годы отношение литературоведов к нему стало несколько справедливее. Когда начались нападки на автора «Россиады», один из его защитников замечал: «Кто не знает, что бросают камнями в те деревья, на которых много плодов». И, без сомнения, как незаурядный деятель на пользу русского просвещения, как высоконравственная и гуманная личность и, в особенности, как самый выдающийся у нас поэт масонства, Херасков заслуживает большего внимания, чем ему обычно уделяют.

И. Розанов

Масонский запон (из собр. Д.Г. Бурылина)

Масонская грамота(Нац. библ. в Париже)

МАСОНСКИЕ СИСТЕМЫ

I

«Орден Свободных Каменщиков» является всемирным тайным братством, поставившим себе целью вести человечество к достижению земного Эдема, золотого века, царства любви и истины, царства Астреи.

Исходя из мысли, что никакие общественные отношения не могут даровать всемирного благополучия людям, коих не томит жажда всеобщего блага, коим неведомо чувство любви к страждущему ближнему, — Вольные Каменщики полагали достичь рая на земле путем нравственного, умственного и физического совершенствования каждой отдельной личности. Наподобие каменщиков, которые заботятся о том, чтобы привести к совершенству каждый отдельный камень, обтесать его, обработать и затем уже приступить к кладке здания, — Вольные Каменщики должны были обращать внимание на воспитание в духе орденского учения каждого товарища по Ордену. «Масонство — это перевоспитание взрослых человеков», — говорили масоны и мечтали, в более или менее отдаленном будущем, создать в обществе большинство, которое, будучи проникнуто масонскими идеями, помогло бы установить взаимоотношения, основанные на любви, ко всему людскому роду. Тогда, уверяли масоны, сами собой отпали бы, как обветшалые и уродливые, формы взаимоотношений, основанные на себялюбии.

Потому-то первым и обязательным условием для принятия в «Орден Вольных Каменщиков» было стремление к свету. При посвящении «профана» в каменщики в начале обряда он именуется «ищущим».

Сами масоны именовали себя строителями духовного храма премудрости в сердцах человеческих; учение свое они почитали преисполненным духом Христовым. Эти мысли ярко выражены в песне:

Длительное существование масонского ордена, широкое распространение его учения среди различных народов привели, однако, к постепенному расколу первичного чистого масонства. Как течение общественное, длительное, оно постоянно видоизменялось, принимая то одну форму, то другую, и распалось на множество направлений, в которых более или менее была затемнена основная мысль. Эти различные направления названы системами.

Отдавая дань времени, подчиняясь иногда властной воле отдельных личностей, масонство восприняло учения мистиков, теософов, алхимиков. Первоначальный принцип непротивления злу уступал другому, резко от него отличающемуся, позволявшему борьбу со злом с помощью силы.

В самом лоне масонского братства шли распри, разгоралась борьба, и река масонства разбивалась на множество ручьев, каждый из которых имел свое течение и свои особенности. Поэтому о масонстве и нельзя говорить, как о чем-то целом, неделимом.

Говоря о средствах, которыми пользовались Вольные Каменщики для проведения в жизнь своих идеалов, приходится говорить о различных системах и объяснять их.

Выдающиеся по духу и жизни братья Вольные Каменщики в поучениях своих нередко отмечают досадные разногласия среди собратьев, скорбят о том, что споры касаются даже высшей цели Ордена, о которой споров уже «никоим образом быть не должно». «Мнения разных братий о высшей цели Ордена столь разнообразны, что описать оныя во всех оттенках их так же трудно, как многоразличную зелень полей, лугов и лесов, когда весенний ветер навевает на них тени облаков, или как мнения людей о высшем благе», — восклицает один из масонских вождей.

II

Масонская идеология не была чем-то своеобразным. Этические начала, проповедуемые Вольными Каменщиками, свойственны и другим нравственным учениям. Своеобразность учения Вольных Каменщиков заключается в том, что они проводили в жизнь свои гуманитарно-философские идеи, воплощая их в целом ряде символов и обрядов. «Символ предоставляет мысли свободу, простор; догмат сковывает, подчиняет», — разъясняли масоны-риторы.

«Язык в ложах наших иносказательный», — говорили масоны. И действительно, были установленные условные наименования не только для предметов, имевших отношение к обрядам, но и к внутреннему распорядку, к обиходу. На этой-то терминологии Вольных Каменщиков я остановлюсь подробнее для большей ясности последующего изложения; попутно самым кратким образом изложу основы внутреннего устройства масонского ордена.

Невзирая на различия в системах, терминология и основы устройства были общими для всего братства.

Помещения, в которых собирались братья-Каменщики для своих занятий, назывались ложами. Ложами именовались также союзы братьев, отдельные замкнутые кружки, сплотившиеся в организацию. Для отличия каждой ложе присваивалось какое-нибудь название: 1) в честь людей, отличившихся святостью жизни, великими добродетелями; так, в России была ложа Святого Георгия и Моисея, Елизаветы к добродетели и Александра благотворительности к коронованному Пеликану, Петра к Истине и т. п.; 2) в память мифических божеств как выразителей различных идей — Осириса, Латоны, Изиды, Гигии, Кастора и Поллукса, Астреи, — были такие ложи и в России; 3) в память особо чтимых масонами символов Пламенеющей Звезды, Светоносного Треугольника, Феникса, Сфинкса, Орла, Пеликана, Солнца, Розы, секиры, меча и прочее; 4) иногда в напоминание какой-нибудь добродетели; так, например, в отечественную войну в русских войсках была военно-походная ложа «Военной Верности».

Работами Вольные Каменщики называли свершение различнейших обрядов, как-то: прием в Орден профанов и дальнейшие посвящения в более высокие степени; инсталляции, то есть учреждение и освящение новой ложи; столовые ложи, или братские трапезы; усыновление младенцев; траурные ложи в воспоминание об усопших братьях; административные, совещательные или семейные ложи и ложи поучительные. Под «работой» подразумевалось также стремление к просвещению и самосовершенствованию. Самопознание, самосовершенствование называлось «работой над диким камнем». Человек, погрязший в плотских страстях, необузданная воля, непросвещенный разум — все это понималось под диким камнем. Все работы должны были производиться каждым отдельно и всеми сообща. Поддержкой слабому брату была вся братская цепь. Востоком называлось высшее управление: «ибо Восток край избрания», откуда с седой древности «изливалась высшая мудрость». Под Востоком понимали также всякий город либо местечко, где проходили масонские работы; даже и в том случае, когда там и не было никакого высшего масонского правления, говорилось: «ложа Ключа к Добродетели на Востоке Симбирска», хотя в Симбирске работала всего одна ложа.

Конституцией называлась учредительная грамота, выдававшаяся ложам от высшего правления, или Востока. Она означала также законоуложения, масонские статуты и власть ограничительную, например, ложа Петра к Истине работает под конституцией Великой ложи Астреи, то есть под ее властью, повинуясь ее законоуложениям.

Справедливой, совершенной признается всякая ложа, получившая право на существование от какого-либо высшего масонского правления, так, чтобы соблюдалась преемственность и она явилась бы новым звеном неразрывной братской цепи. В противном случае самовольно образовавшаяся ложа, как бы стары и правильны ни были ее уставы и списки обрядов (обрядники), называлась самочинной, незаконной, побочной.

Для учреждения совершенной ложи определенное число (большее или меньшее) Вольных Каменщиков подавали сообща просьбу в Великий Восток о разрешении образовать ложу под таким-то наименованием и о выдаче устава и обрядников для работы в таких-то степенях. Рассмотрев просьбу, управляющий союзом отвечал согласием или отказом. В случае разрешения назначался день для освящения нового храма или ложи.

Инсталляция новой ложи производилась по особому утвержденному обряду самим управляющим союзом или его представителем. Громко зачитывается дарованная ложе конституция, в которой названы: система, которой новая ложа будет следовать, язык, на котором будут вестись работы, название ложи и описание ее знака. Наконец, провозглашается избранный ложей девиз. Девизом определяется характер будущих работ. О такой, законно учрежденной, ложе циркулярно объявляется всем союзным и дружественным ложам, а также номер, под которым новая ложа будет числиться в списке лож.

Во главе каждой ложи стоял управляющий, мастер стула, венерабль, префект, настоятель, председатель. Помощник управляющего назывался наместным мастером. Остальные должностные лица в ложах, или, как их именовали, чиновники, офицеры, официалы, были: первый и второй надзиратели, или сюрвельаны, секретарь, или хранитель печати, вития, или ритор, обрядоначальник, приуготовитель, вводитель, или брат ужаса, казначей, или казнохранитель, попечитель о бедных, милостынесобиратель, или стюард, и помощники его — диаконы. Ата-ланами звались музыканты и певцы, они же — братья гармонии. Сыновья масонов носили название луфтонов, безразлично, были ли они сыновьями по рождению или по «масонскому» усыновлению.

Вход в ложу охранялся братом-служителем, привратником или кровельщиком.

[34] О.С. Бобров, см. статью его друга масона М. Невзорова в «Друге юношества», 1810, № 6 и 7.