Российская империя, Санкт-Петербург, особняк Каиновых.
Была полночь. Андрей Аркадьевич продолжал разбирать свою почту, прочитывать письма и ставить на них свою визу. Его опыт в государственных делах был настолько велик, что ему хватало прочитать начало, пару строчек бумаги, чтобы понять, чего от него просят.
Разбирая бумаги, он думал о своём деле, которому посвятил остаток своей длинной жизни. Он мечтал, чтобы всё прошло идеально, как по маслу, без каких-либо запинок и задержек. Андрей Аркадьевич ответственно относился к своей работе и требовал от подчинённых такого же трепета. Что он чётко и добивался от них.
Но от разбора бумаг его оторвал стук в дверь. Он поднял голову и громко произнёс:
— Войдите.
Дверь отворилась, и в кабинет вошёл мужчина в чёрном костюме, в очках. Он остановился посередине, и его тяжёлый взгляд остановился на лице Андрея Аркадьевича. Это был его начальник охраны, который очень сильно напоминал своего начальника. Беспринципный человек, готовый идти по головам и верный своему хозяину.
— Что случилось? Ну, не просто же ты так вломился в мой кабинет! — проговорил Андрей Аркадьевич и посмотрел в лицо начальнику.
— Мне сообщили, что в одном нашем тайнике произошёл побег. Сбежали все, кто-то их освободил.
— Побег где? — Спросил старик
— В доме Воронцова, который мы снимали. Призраки ничего не сказали, их души обезображены.
— Не сказали, — повторил старик и посмотрел на начальника охраны.
— Исключено, — проговорил начальник.
— Запомни, Сереж, мне плевать, о чём могли трепаться эти призраки. Пусть они всю свою тяжёлую жизнь рассказывают каждому встречному. Мне плевать. Главное, чтобы они сидели там и страдали, что посмели поднять против меня свою голову. Ты понимаешь это! Если один призрак сможет не выполнить мой приказ и избежать наказания, это значит, что скоро все пошлют меня куда подальше, и это будет правильно.
— Я исправлю.
— Что ты исправишь? Все они ушли на тот свет — пойдёшь искать, я тебе фонарь дам. Это, Сереж, я тебе могу устроить, как поскорее тебя туда отправить за ними. Теперь скажи мне, почему я тебя раньше времени не должен туда отправлять. Кто это сделал, кто нас всех подставил, ты знаешь?
— Нет.
— Плохо. Я вот, старый дурак, в Питере сижу и всё знаю. Освободить этих идиотов во всей империи мог только один человек — Строгонов.
— Хорошо, я понял, — произнёс начальник охраны и повернулся, чтобы уйти.
— Стой, тебе никто не отпускал. Ты дурак, что задумал убить его, чтобы на нас показали? Мне что, императору говорить, что мы уничтожили древний род? Почему? Нет, сам не лезь, а попроси это сделать нашего друга. Самого верного.
Глава 21
Российская Империя, г. Нижний Новгород, ресторан «Графский»
Утка была и впрямь отменная. Всё, что я ел до этого, ни с чем не сравнится.
— Я вам говорил, Михаил Романович, тут лучший повар в городе. Вы ещё не пробовали у него ногу вепря? Это вообще высший пилотаж, — проговорил Зубатов, качая головой.
Ему я верил и даже уже хотел заказать ногу вепря, но мой живот и так был полон. Нога туда точно не уместилась бы.
— Верю, — ответил я и уже собирался идти, но Зубатов меня остановил. Он покосился на наручные часы, которые стоили огромного состояния, и взглянул на меня.
— Простите, Михаил Романович, но время меня уже не ждёт. Надо ехать по делам.
— Хорошо, мне тоже пора, прощайте, — ответил я, и Зубатов, вытерев рот салфеткой, попрощался и уехал. Я не стал долго задерживаться и вышел из ресторана, найдя свой автомобиль.
— Куда дальше? — спросил мой водитель, когда я сел в машину.
— Домой, — ответил я, и машина тронулась с места. Но доехать спокойно до дома мне было не суждено.
Стоило мне отъехать от ресторана на несколько километров, как раздался звонок. Я достал смартфон и увидел, как на экране высветилось фамилия «Раевский».