Они знали друг друга с девятого класса. Его не удивило, что Чарли, казалось, знал, о чем он думает.
- Я что, сумасшедший? - спросил Грей. - Я имею в виду, что время выбрано ужасное. Я потерял работу. Я понятия не имею, что мне делать. Это один из тех случаев, когда я не должен принимать поспешных решений, верно?
Чарли уклончиво пожал плечами, на его лице появилась легкая понимающая улыбка.
Грей снял галстук-бабочку. Он обещал не снимать смокинг для Эйвери, но, конечно, без галстука было нормально.
- Я что, мозги растерял?
- Я думаю, это случилось давным-давно. Я думаю, что, возможно, сейчас ты нашел их.
- Значит, ты не думаешь, что это ужасная идея?
- А ты?
- Господи, Чарли. Сейчас я доверяю тебе больше, чем самому себе. - Он расстегнул пару верхних пуговиц на рубашке, чтобы можно было дышать. - Скажи мне, это лучшая или худшая идея, которая когда-либо приходила мне в голову.
Чарли остановился на светофоре, задумчиво теребя бороду.
- Ты поймешь, как только доберешься туда. - Загорелся зеленый свет, и он двинулся вперед, все еще двигаясь медленнее, чем хотелось Грею. - Как только ты посмотришь ему в глаза, ты поймешь.
Грей чувствовал, что он прав.
***
Несмотря на все свои переживания из-за опоздания, Эйвери в итоге приехал в «Тап Хаус» пораньше. Он посмеялся над собой, паркуясь. Грей настаивал, что может подождать, но Эйвери так не терпелось попасть сюда. Всю неделю он беспокоился о том, как пройдет рождественская вечеринка. После акции протеста, взрыва и всего, что случилось с Греем, он не был уверен, чего ожидать. Да, Эмили сказала ему, что там не было ничего, кроме поддержки, и твиттер-аккаунт «Тап Хаус» был забит позитивными сообщениями в его адрес, но он все еще беспокоился, что могут появиться нарушители спокойствия и испортить ему день.
Как он и ожидал, несколько репортеров задержались у здания. Он также нашел Эдди, который в последнее время часто накрывал столик на парковке. Эдди улыбался и махал рукой, не обращая внимания на шум вокруг. Что бы ни происходило, Эдди всегда казался счастливым. Эйвери не мог не восхищаться им.
- Как у тебя дела? - Спросил его Эйвери.
- У меня все хорошо. Сегодня много дел. Люди здесь постоянно теряют свои рекламные проспекты и вынуждены покупать новые. А я продал две велосипедные цепи! Я сказал им, что они не будут работать на их мотоциклах, но они все равно их купили. Разве это не забавно?
Эйвери улыбнулся.
- Это здорово. Тебе что-нибудь нужно? - Он знал, что Эдди редко принимал еду сразу, но все равно любил спрашивать.
- У меня все хорошо.
- Здесь холодно. Ты можешь зайти, если хочешь.
Эдди рассмеялся.
- Я не умею чинить велосипеды внутри! Кроме того, снаружи музыка звучит лучше. Кто бы там ни играл на пианино, он действительно хорош.
Эйвери рассмеялся.
- Я слышал об этом.
У главного входа в «Тап Хаус» стояли на страже два «Медвежонка Тедди». Они улыбнулись, увидев Эйвери, и один из них открыл дверь, чтобы пропустить его внутрь.
- Счастливого Рождества, - сказал один из них.
- Счастливого Рождества, - ответил Эйвери.
Внутри здания все гаражные двери были распахнуты настежь, превратив здание в одно огромное общее пространство. Повсюду мерцали рождественские огни. В центре помещения стояла гигантская рождественская елка, увешанная серебряными украшениями. Вокруг него спешили и суетились люди - развешивали гирлянды, раскладывали кексы, несли ведерки со льдом и бутылки пива. Некоторые продолжали работать, но многие бросали свои дела, чтобы подойти к нему. Некоторые обнимали его. Некоторые пожимали ему руку или просто хлопали по плечу.
- Нам очень жаль, - слышал он снова и снова.