- Я не хочу, - сказал Эйвери. - Но никто не захочет, чтобы я был там. Только не после того, что случилось. Мое присутствие там все испортит.
Эмили на мгновение замолчала.
- Эйвери, ты хотя бы заглядывал в Твиттер?
- Нет. Лучше я этого не буду делать.
- Я не имею в виду все эти модные хэштеги. Я имею в виду аккаунт «Тап Хаус». Те твитты, которые люди публиковали для тебя? Ты читал какие-нибудь из них?
- Нет. Я не выношу того, что говорят люди.
- Иди и прочти их, - сказала она. - Потом поговори с Робертом насчет репетиций с хором, потому что он волнуется. И увидимся в субботу.
Она повесила трубку. У Эйвери дрожали руки, когда он открывал приложение Твиттер на своем телефоне. Он перешел к уведомлениям «Тап Хаус», прежде чем смог просмотреть свою временную шкалу.
То, что он обнаружил, ошеломило его.
Некоторые из них были именно такими, как он и ожидал - случайные незнакомцы, которые узнали, что Эйвери там играет, и изливали свою злобу на «Тап Хаус» за то, что они его приняли. Но таких твиттов было не большинство. На самом деле, они были редким исключением. Львиная доля писем была от людей, чьи имена он узнал по пивной, и каждое из них напомнило ему, за что он так сильно любил это место.
Держись, Эйвери.
Мы поддерживаем вас.
Не можем дождаться субботней вечеринки. Давайте покажем этим ненавистникам, на что способна любовь!
Мы знаем вас. Мы знаем Грея. Мы не верим лжи.
Мы на вашей стороне, даже если для этого придется противостоять всему миру.
В день инцидента Эмили сказала ему, что то, что они создали, было сильнее ненависти в социальных сетях, и она была права. Они были семьей. Сообществом. Настоящая человеческая связь один на один действительно была сильнее всего, что мир мог обрушить на них.
Эйвери принял решение. К черту весь этот мир. Это была свадьба Уоррена и Тейлора, да еще и в канун Рождества. Они собирались закатить шикарную вечеринку.
Если бы только он мог заставить Грея прийти в себя от этого странного настроения.
Мэр поступил правильно, уволив этого урода, говорилось в одном из немногих негативных твиттов.
И внезапно Эйвери увидел ответ.
Мэр.
***
Эйвери ненавидел домашний кабинет своего отца. Он не мог сосчитать, сколько раз сидел здесь, за огромным дубовым столом своего отца. Он всегда чувствовал себя преступником, стоящим перед старым, занудным судьей. Книги на полке, казалось, насмехались над ним, напоминая о его неуспеваемости в учебе. Все в этой комнате заставляло Эйвери чувствовать себя маленьким и недостойным.
Но дело было не в нем. Дело было в Грее.
По крайней мере, на отце не было его костюма. На нем были джинсы и рубашка с длинными рукавами. Но выражение его глаз было до боли знакомо Эйвери, это был нетерпеливый взгляд. Взгляд, говоривший о том, что он сыт по горло неспособностью сына справиться со всем самостоятельно. Он переплел пальцы на столе и скорчил Эйвери гримасу.
- Что тебе нужно? Ты здесь, чтобы попросить денег?
Эйвери поморщился, ненавидя себя за то, что его отец сразу же решит, что он пришел именно за этим. С другой стороны, учитывая последние несколько лет, это было вполне объяснимое предположение.
- Не денег, - тихо сказал Эйвери. - Но я пришел попросить тебя о помощи.
Брови отца поползли вверх, но враждебность, казалось, немного поутихла.
- О? В чем?