Он пожал плечами, сбитый с толку теплотой ее слов. Нечасто кто-нибудь благодарил его. Он не был уверен, как к этому относиться. Вместо этого он брякнул первое, что пришло ему в голову.
— Ты голодна?
Ее карие глаза наполнились теплотой.
— Немного поесть было бы здорово.
Кивнув, он отвернулся, проклиная себя за то, что ведет себя так неловко рядом с ней. В глазах его народа они были парой. У него не было причин чувствовать себя таким сбитым с толку, тем более зная, что скоро она уйдет, и любые допущенные им ошибки будут забыты, вместе с ним.
Он хмуро посмотрел на разделочную доску, на которую выложил разнообразные овощи и на остатки мяса, которые хранились теплыми в закрытой кастрюле. Он намеревался обжарить их в козьем масле на огне, но сейчас его разум был полон раздражения от самой мысли о разлуке с ней, и о времени, проведенном вместе, в конечном итоге, забытом с прошествием лет. Если уж на то пошло, он не хотел ее забывать.
Повернув голову, он посмотрел на нее, его глаза проследили за изгибом ее подбородка, за тем, как сосредоточенно сжались губы, и за очаровательной складкой бровей, когда она погрузилась в письмо. Она прикусила нижнюю губу, словно обдумывая что-то в уме, прежде чем снова начать писать своим плавным человеческим почерком. Его взгляд ласкал ее округлую щеку, розовую, как весенние цветы, поверх глубокого золотисто-медового оттенка. Буйство темных кудрей торчало во все стороны, и он улыбнулся, когда она потянулась назад и собрала их в одну руку, прежде чем скрутить в узел, удерживаемый на месте палкой, извлеченной из хвороста.
Словно почувствовав на себе его взгляд, Бени еще раз взглянула на него, приподняв тонкие брови и уголки губ.
Фальц резко отвернулся, уверенный, что выставляет себя дураком. У них осталось всего два дня в деревне, прежде чем они отправятся на север, к человеческому поселению. Он не мог увиваться за ней, как влюбленный самец в своем первом сезоне.
Вернув свое внимание к еде, он взял нож и начал нарезать ингредиенты. Он почти уничтожил всю стопку на еще более мелкие кусочки, чем намеревался, когда до него донесся смех Бени.
— Я верю, что ты показал им, кто тут главный, — поддразнила она. — Осталось ли там достаточно, чтобы поесть?
Он с поморщился, глядя на эту кучу, не в силах не согласиться с ее замечанием. Перед ним лежал жалкий беспорядок — продукты, нарезанные настолько мелко, что они практически превратились в порошок. Он снова почувствовал редкий прилив жара к щекам. Когда же он перестанет смущаться в ее присутствии? Он был взрослым самцом, обладающим достаточным опытом и знаниями, чтобы заботиться о своем доме. Столько лет он справлялся сам, став в этом весьма искусным, и все же здесь он казался себе беспомощным глупцом. Сердито глядя на хаос перед собой, он едва сдерживал разочарование.
Он ожидал, что Бени рассмеется, найдет забавным его неудачу. Она легко находила развлечение во многих вещах — почему бы не пошутить там, где это было явно уместно? Вместо этого он услышал, как она прищелкнула языком, когда ее человеческое кресло отодвинулось, и она встала. Он не осмеливался взглянуть в ее сторону, пока не почувствовал, как ее рука погладила его ладонь.
— Ваш народ держат кур? Мне показалось, что вчера я слышала нескольких и петуха сегодня утром.
Он неохотно кивнул головой.
— Да. Среди широких загонов в небольшой части каньона есть несколько хижин. Они хорошие производители.
— Отлично. Сделай мне одолжение и посмотри, сможешь ли ты собрать несколько яиц. Я не уверена, что именно ты планировал, но у меня есть идея, если ты позволишь.
Он бросил на нее хмурый взгляд.
— В уединении самец заботится о потребностях самки, чтобы она не перенапрягала свою энергию.
Она похлопала его по руке с легким смешком.
— Это очень мило, но я не страдаю от нехватки энергии. На самом деле, если бы не тот факт, что мне нужен перерыв, чтобы у моих женских частей был шанс восстановиться, я бы с удовольствием выдержала еще несколько раундов без каких-либо трудностей. Я всегда была выносливой. — Последнее она произнесла задумчиво, слегка скривив губы, как будто это было что-то нехорошее. Он не мог представить почему.
— Очень хорошо, — сказал он, отходя от места приготовления еды рядом с очагом. — Я скоро вернусь с яйцами. Сделаю вид, что это не является оскорблением моих способностей самца, заботящегося о своей паре.
— Это не так, — твердо сказала она. — Я любезно позволю тебе танцевать круги вокруг меня во время других приемов пищи. Я не самый лучший повар, но могу приготовить что-нибудь простое для нашего утреннего завтрака. Все более сложное я оставляю на твое попечение.
Теперь это привлекло его внимание. Он удивленно посмотрел на нее.
— Ты не умеешь готовить?
— Я этого не говорила, — поправила Бени, погрозив пальцем. — Я сказала, что не очень хорошо готовлю. Я проводила больше времени, работая переписчиком, чем за возней у плиты. Однако я готовила множество простых блюд, когда мне требовалось перекусить на скорую руку во время работы. Это, пожалуй, лучшее, что ты можешь получить.
Фальц склонил голову набок.
— Приготовление пищи необходимо для жизни в клане. Все, самцы и самки, учатся готовить у своих производителей и маток. Каждый вносит свой вклад, но я рад узнать, что ты не совсем идеальна, — признался он с легкой улыбкой.
— Да? — спросила она с усмешкой.
Он кивнул.