Бени вздохнула и посмотрела на платье.
— Наверное, ты права, мама. Я действительно не хочу оставлять тебя. Что бы я делала, если бы не могла заглядывать к тебе, когда захочу?
— Я полагаю, то, что делает большинство семей, когда люди переезжают и вынуждены строить новое будущее для себя. Я бы ужасно скучала по тебе, но мы бы переписывались, и я была бы счастлива за тебя. Но давай не будем бежать впереди обоза. Возможно, тебе даже понравится этот джентльмен. Когда ты познакомишься с уважаемым мистером Вудикером?
— Через два часа у меня встреча с мистером Вудикером и канцлером Рандаллом в библиотеке, — сказала Бени. Ее мать одобрительно пробормотала что-то себе под нос, пока Бени продолжала разглядывать платье.
Мама была права. Бени потакала своим аппетитам, разыскивая того самого в неподходящих местах, надеясь, что мужчина, о котором она мечтала, тот, кто взволнует ее и соблазнит, может быть найден в интимной связи. Возможно, она найдет идеального мужчину в самом неожиданном месте. Она не была в восторге от встречи с мистером Вудикером, но, возможно, он все-таки окажется «тем самым».
ГЛАВА 2
Мистер Вудикер не был «тем самым». Бени никогда в жизни ни в чем не была так уверена. О, он был достаточно привлекателен, обладал спокойным и полным достоинства видом, но его снисходительное отношение, когда она представилась нынешним переписчиком, испортило любую потенциальную приятность между ними. Он бросил на нее один взгляд и рассмеялся, когда она представилась переписчиком.
Рассмеялся!
Ей удалось подавить закипающий в ней гнев и встретить его приятной улыбкой, но она все еще дрожала от ярости, когда открывала библиотеку. Отступив назад, чтобы позволить мужчинам зайти первыми, она последовала за ними и включила свет. Вудикер немедленно приложил ароматизированную салфетку ко рту и носу. Он взглянул на нее, его глаза слегка прищурились от того, что, несомненно, было улыбкой под носовым платком.
— Мои извинения. Библиотеки — ужасные места. Пыль в воздухе и запах старых затхлых книг довольно неприятны. Уже достаточно плохо иметь дело с томами по одному за раз, но работать среди всего этого — ужасно. Я не понимаю, почему переписчикам не могут приносить книги, требующие работы, вместо того, чтобы работать в такой адской обители, — последнее он адресовал канцлеру, когда она уставилась на него.
Канцлер с легкой улыбкой покачал головой.
— К сожалению, непрактично заставлять библиотекаря доставлять книги из библиотеки в ваши покои. Но наши библиотекари всегда будут рядом, чтобы помочь сделать все максимально комфортным для вас.
Вудикер склонил голову и вздохнул.
— Действительно. У вас, безусловно, самая привлекательная библиотекарша, которая, несомненно, сделает все это гораздо более сносным. — Он бросил на нее выразительный взгляд, но ее мозг все еще был прикован к его предыдущему заявлению.
— Адская обитель? — Бени взвизгнула. У нее вырвался тихий смешок. А, он пошутил! Библиотечный юмор. Странная шутка, но она не будет заставлять его чувствовать себя неуютно из-за того, насколько это было плохо, особенно когда они с Идвиной уже подшучивали над ужасной пылью раньше. Она снова рассмеялась и махнула рукой. — О, я понимаю! Это может быть довольно адски, когда возникает сильное искушение остановиться и почитать. Это может сильно отвлекать. В этой библиотеке так много замечательных томов. Вы никогда не обнаружите недостатка выбора чего нибудь для чтения.
Он озадаченно нахмурился.
— Уверяю вас, у меня нет таких трудностей. Я ненавижу чтение и книги в целом. Однако работа переписчика хорошо оплачивается и является уважаемой должностью, что заставляет меня терпеть их.
— Вам не нравятся книги? — спросила она, не в силах скрыть потрясение в голосе. Мужчину наняли переписчиком и он не любил книги!
Он усмехнулся, осматривая то, что до этого дня было ее рабочим местом. Ящики были выдвинуты и перерыты, ее учетные книги пролистаны. Каждое место, к которому он прикасался, ощущалось как вторжение в ее личное пространство и в самые дорогие воспоминания об отце.
— Что в них может нравиться? — спросил он. — Чтение ерунды ради удовольствия — это не только пустая трата времени, но и поощряет нереалистичные представления о жизни. Я содрогаюсь каждый раз, когда мне приходится переписывать какую-нибудь романтическую чушь. Книги следует ограничить только самыми необходимыми, из которых можно узнать что-то полезное. Будь моя воля, художественную литературу следовало бы отнести к книгам для детей, а все остальное изъять и использовать в качестве топлива в бедном районе.
У Бени отвисла челюсть, глаза расширялись с каждым словом. Ей хотелось прижать к груди все книги в библиотеке. Этот человек был книго-ненавидящем монстром!
— Я должна согласиться, Вудикер, до определенного момента. Я считаю, что библиотеке пошло бы на пользу хорошее сокращение, чтобы убрать большую часть бреда, однако я должна возразить, что до нас дошли фантастические произведения художественной литературы. Джентльмены с прекрасными ушами. К сожалению, вам было бы трудно добиться официального согласия городского совета на это.
Вудикер вздохнул, идя в ногу с канцлером, когда они направились обратно к выходу.
— Об этом я узнал на своем последнем месте работы. Я действительно ценю, что вы предложили мне эту должность. Боюсь, что совет не проявил должного понимания, когда я взял на себя смелость сократить их книжную выборку.
— Только не забудьте делать это незаметно и в небольшом количестве. Нашему населению не мешало бы меньше отвлекаться от своих обязанностей, — сказал канцлер со смешком, когда тяжелая дверь захлопнулась за ними.
Бени как прикованная стояла у закрытой двери, пока она снова не открылась и не вошла Идвина.
— Это был новый переписчик, и он уже уходит? — спросила Идвина, снимая пальто и относя его в гардероб. — Я ожидала увидеть его погруженным в книги, когда я приеду, а не шествующим по улице с канцлером, как джентльмены на неторопливой прогулке.
Борясь с нарастающим отчаянием, Бени кивнула.
— Он не любит книги, — сказала она почти шепотом.
— Повтори? — ответила Идвина.