— Будь проклята ты, вероломная гад! — Успел с болью и обидной в голосе прокричать дикарь, прежде чем острие блеснувшей на солнце стрелы вошло ему между глаз и оборвало его жизнь.
— Я уж думал, не справимся. — Подошел ко мне Фрол, разминая гудящие от многократного натягивания тетивы пальцы. — Еще чуть — чуть и они бы вас опрокинули.
— Война фигня, а главное маневры. У меня здоровья едва на четверть убавилось. До тебя бы эти макаки разукрашенные в любом случае добежать не сумели. — Не согласился с ним я, а после вздрогнул, когда система неожиданно выдала автоматическое оповещение о важном событии. — Черт! Черт! Черт! Знал же, что надо было кого‑нибудь на охране замка оставить, но понаделяся, что обойдется! Знал!
— На нас напали?! — Мгновенно сообразил бывший разбойник, ныне снова ставший стражником. Пусть и несколько специфическим. — Но в крепости же остался Хью и его помощники…Может, они удержат руины, пока мы не подойдем?
— Возможно…Тем более, приблизившиеся к стенам существа пока не спешат двигаться дальше. Но их там не меньше полутора десятков. — Я следил за точками на видимой только мне карте, закусив от волнения губу. Может, это какая‑нибудь волчья стая или шайка трусливых гоблинов? Кто еще из нейтралов мог бы остановиться перед разрушенными укреплениями вместо того, чтобы атаковать?! — Ладно, вернуться обратно быстрее чем за час мы все равно не успеем…В темпе обыскиваем лагерь этих папуасов, тащим выжившего охотника на хутор и только после этого двигаемся обратным курсом. Хм, точки расположились прямо перед воротами полукругом и из нейтралов не спешат становиться откровенными врагами. Может, беженцы какие искать убежища пришли? Или к Хью на новое место свежая банда притянулась?
Обратно к замку я летел словно птица, за которой гнался повар с тесаком наперевес. Меня буквально терзало душевное беспокойство, из‑за которого думать о чем‑то кроме вываливших к замку существ решительно не получалось. Даже пара попыток ушедших с нами лесорубов завязать разговор прошла как‑то мимо ушей, хотя к мужикам бесспорно стоило приглядеться поподробнее. В отличии от нанятых через постройки созданий, 'коренные' жители этого мира могли оказаться обладателями неожиданных умений или ценными источниками информации. А такие вот хоронящиеся в глуши отшельники представляли собой как поданные в том числе и некоторую опасность. Вдруг они сектанты кого‑нибудь из темных богов, пораженные медленно развивающейся болезнью типа проказы или среди них таится скрывающий свою натуру оборотень? Но вот прямо сейчас приглядываться к новым подданным было некогда. Просто некогда!
Выбежав из леса к фонтану и воротам в крепость, я облегченно выдохнул. Никого! Но точки нейтралов с карты никуда не пропали…И…Что‑то я помню вот этой группки шестиметровых деревьев, разительно отличающейся от большинства растительных обитателей парка. Выпирающие наружу корни, мощные стволы в пару обхватов толщиной, разветвляющиеся вверху ровно на две лишь чуть более тонкие ветви, практически отсутствующая листва…
— Хум…Друид… — Развернулось ко мне с легким скрипом существо, опознавшееся как энт — пастырь десятого уровня. Расходящиеся в стороны побеги, как оказалось, являлись его плечами, межу которыми пряталось составленное из переплетения листвы и палок лицо. К корням, свитым в подобие двух конечностей, но все же имеющим парочку лишних 'подпорок', опускались почти человеческого вида руки с четырьмя пальцами. Остальные монстры поворачивались куда медленнее и со значительно большим шумом, да и выглядели куда страшнее. Рожи перекошенные и частенько торчат прямо из коры, пропорции тел нарушены, рты у некоторых открыты как у дебилов…И система определяет их как гворнов. — Это ты убил женщину, что обитала здесь?
— Да. — Я не видел возможности соврать, поскольку являлся единственным героем в округе. И потом, если меня сейчас раздавят, то может дальше крушить замок эта лесная братва не попрет?
— Хорошо. — Внезапно прогудел древесный гигант, заставив меня преизрядно удивиться. — А нужны ли тебе энты?
— Да. — Повторил я свой лаконичный ответ.
— Хорошо. — Не стал менять стиля своей речи неожиданный гость. — Укажи место, где я могу дать приют своей роще, чтобы не мешать другим.
— Да укореняйтесь, где хотите. — Только и смог сказать я, с удивлением осознавая случившееся. — Только отойдите с прохода. И…Ты не мог бы дать мне кое — какие разъяснения своего поступка?
— Хум…Думаю ты знаешь, что у энтов нет женщин. Когда‑то были, но давно уже их нет. — Проскрипел древесный гигант, вместе со своим стадом начиная медленно сдвигаться в сторону вместе со своими подчиненными. — Теперь, чтобы увеличить свое число, мы находим проснувшиеся деревья. Гворнов. Некоторые из них, тех которые сильнее склонны ко злу, мы убаюкиваем обратно. А других делаем энтами.
— Ну, чего‑то такое слышал. — Кивнул я, отправляясь следом за мигрирующими гигантами. Передвигались они…Медленно. Несмотря на огромные размеры и соответствующие шаги ныряющих в почву и снова показывающихся на поверхность ног. Ускорять обычный прогулочный темп не пришлось. Более того, чтобы не вырваться вперед, мне стоило прикладывать определенные усилия. — Но как это связано с той оскверненной женой энта, что обитала здесь?
— Все энты — мужчины. И пробуждать умеют из гворнов лишь таких же мужчин. А гворны бесплодны, подобно куколкам бабочки. — Тяжело вздохнул гигант, в чьих едва заметных под наплывами коры глазах внезапно отразилась печаль веков, если не тысячелетий. — Но иногда оживают и женские деревья. И если они делают это весной, то их цветы могут остаться с ними. А много проживший дикий гворн сам уподобляется энту. Достаточно, чтобы сформировать из созревавших годами цветов семена. Мужские и женские. Но все одно бесплодные, ибо уподобиться энту и стать энтом это две большие разницы.
— Кажется, я начинаю понимать. — Вздохнул я, потирая переносицу. — Живший здесь эльф — химеролог пытался создать энта — женщину, чтобы добиться вашего расположения. С таким козырем он мог бы стать не просто принцем, а королем своего народа…Да чего уж там! Императором!
— Из семян гворнов не родится ничего хорошего. Никогда. Хуум! Многие пробовали в течении эпох, ни у кого не получилось. А плоды их опытов оказывались столь отвратительны, безумны и ужасны, что огненная смерть по отношению к ним являлась милосердием. Ты видел её…Скажи, сильно она напоминала меня? А ведь наши жены отличались от нас не сильнее, чем людские от мужчин — людей. — Уверенным тоном пророкотал энт, останавливаясь метрах в сорока от по — прежнему лежащих на старом месте ворот. Окружающие его пробужденные деревья тоже встали как вкопанные и начали закапываться в землю корнями. — Но как бы то ни было, родившееся здесь существо являлось женщиной моего народа. Неразумной, неправильной и бесплодной, как и породивший её гворн. Испорченной из‑за черной магии творившего свои мерзкие ритуалы колдуна. Но женщиной. Первой, которую видели мои глаза за всю свою жизнь. И я не мог её убить и подарить покой. А ты смог. Ты чувствуешься лесом, как его хранитель. И потому заслуживаешь и помощи, и благодарности. К тому же…Хуум…Солнечный металл помогает пробуждать энтов.
— Полторы тысячи? — Поразился я, вчитываясь в открывшееся мне меню найма созданий. — И всего один в неделю?
— Пробуждение деревьев, дело медленное. Хууум. — Пророкотал энт, ставший главной частью нового 'строения' моего замка. Вернее, так его и его рощу опознавала система. Впрочем, подобный же статус она присвоила бы и шатрам каких‑нибудь кентавров, которые разбили свой лагерь у стен разрушенного дворца. — А ведь мне их еще и надо найти. Но зато мой народ силен. И крепок. Нашу кору трудно пробить обычным оружием, а руки ломают скалы как мягкую глину. Гворны еще сильнее и опаснее, но гворны глупы…И дабы окончательно проснуться, им надо расстаться с частью силы.
Я вчитывался в открывшееся описание доступных к найму существ и озадаченно чесал затылок. Показатели жизни энтов действительно радовали, ибо каждый из них был толстокож, как пять медведей. Да к тому же они имели несколько довольно вкусных умений. Пассивное 'древесная кора' уменьшало получаемый от обычного оружия урон на четверть. Активное 'Земные соки' позволяло им даже среди боя укорениться и начать стремительное восстановление, отлечивающее раненных из полутрупов до полностью здоровых за каких‑то десять минут. Уязвимость к огню могла считаться неизбежным злом…Но скорость! Жалкая двойка в данном показателе делала их, возможно, одними из самых медленных созданий этого мира. На маневренной войне с их участием однозначно можно поставить крест, ведь армия всегда передвигается, ориентируясь на самые медленные отряды. Впрочем, жаловаться на вышедший из лесу подарок тоже грех. Как‑никак я бесплатно обзавелся строением, производящим существ. Пусть даже чрезмерно дорогих и годящихся лишь для осад или оборонительных боев на своей территории.
— Ты вроде говорил, на лесопилке работать надо? — Подошел ко мне один из хуторян, терпеливо дожидавшийся окончания нашей с энтом беседы. — Напоминаю, служить в егерях али еще где мы не договаривались.
— Угу. Сейчас передохнем немного и Фрол вас проводит, он знает, где это. — Кивнул я, думая над дальнейшими своими шагами. Для окончания ремонта и начала строительства требовались также камень и дерево. И они, в принципе, даже имелись поблизости. Да только вот беда, данные месторождения ресурсов охраняла гномья застава. — Дневные нормы мы уже обговорили. Выполните положенное — и вся остальная продукция ваша. И еще подъемные сейчас получите, по десять золотых на брата.
— Щедро. — Нахмурился хуторянин. — В чем подвох?
— А мне работники нужны и я надеюсь, что ваши о хороших условиях труда всем своим знакомым разболтают. — Честно сознался ему я, надеясь, что умение дипломатии поможет мне в наборе подданных. В конце‑то концов, подкупать можно не только врагов. Народные массы тоже вполне так поддаются убеждению через кошелек, главное чтобы валюты хватило. — Кстати, за каждую дополнительную пару рабочих рук заплачу еще по золотому тому, кто их приведет. Но речь идет только о добровольцах, никаких рабов!
Потом, когда дефицит трудоспособного населения станет не таким острым, снижу размеры выплат. А то и вовсе их уберу. Но народная молва то должна будет разнести слухи уже далеко…И, будем надеяться, преувеличит их изрядно. Ну а мне пока стоит подготовиться для визита к гномам. Торгового. В закромах родины пылится уникальное и явно дорогое оружие, которым неизвестно получится ли воспользоваться вообще, а для скорейшего развития нужны сокровища недр. Которыми подгорные жители, насколько мне известно, охотно торгуют со всеми желающими. Интересно, Хью задерет большую арендную плату за использование одной из своих телег вместе с возницей? Сам то я править этим четырехколесным транспортом мощью в одну лошадиную силу не умею.
Часа через два я уже не был уверен в гениальности пришедшей мне на ум идеи. И в том, что гномы открыты для торговых отношений. И даже в том, черт побери, что они вообще где‑то тут есть!
— Да открывайте вы уже, засони! — В полный голос орал я, без передыха колошматя ногой по воротам. Наезженная телегами лесная дорога вела к перегороженному рукотворной каменной стеной ущелью. Стены вздымались вверх метров на десять, прежде чем перейти в аккуратные ровненькие зубцы и пару башенок, а две здоровенные створки из красного металла были плотно прикрыты. Сначала я стучал по ним вежливо и аккуратно. Первые минут пять. Потом настойчиво, часто и сильно, пытаясь докричаться до местных обитателей. Четверть часа. Зачем колошматил уже со всей дури. Долго. И сейчас, отбросив в сторону всякую вежливость, начал натуральным образом пытаться выломать неуступчивую преграду. — Передохли вы там, что ли?! Или последнюю неделю отмечали день горняка и теперь встать не можете?!
— Он же только через месяц. — Хрипло заметил прокуренный бас где‑то за моей спиной. Медленно обернувшись, я обнаружил двух гномов. Одного в блестящих пластинчатых латах, с выбивающейся из под шлема метровой бородой и с закинутым на плечом молотом. Ну а второго неожиданно с короткой опаленной растительностью на подбородке и в обычной кольчуге, но зато с крайне интересным устройством. За спиной бочонок, в руках вытянутый раструб стилизованный под драконью пасть, а соединяется все это гибким шлангом. Неужто огнемет?! Парока уютно устроила свои зады на двух больших плоских камнях, которые видимо специально для этой цели когда‑то и обтесали. — И неделю мы его не отмечаем….Только пять дней. Ну, не делай такое лицо, полукровка. Да, ты прав, мы тебя давно уже заметили. Просто нам было скучно и мы решили проверить, что же случится раньше. Ты выдохнешься или все же ворота поцарапаются. Кстати, долго продержался. Хвалю.
— И как это вы тут очутились, если ворота закрыты? — Подозрительно осведомился у них я, борясь с обуревающим меня гневом. Пошутили, значит. Ну — ну! Вот найду однажды тот задний проход, через который они выскользнули из своей заставы, и завалюсь туда вместе со всем войском! Вот тогда и похохочем.