Земли меча и магии. Друид (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Приветствую тебя, брат. И вас, шипящие сестры. — Кивнул сначала мне, а потом гадюкам колдун. А после продемонстрировал серебряный медальон в виде змеиного черепа на толстой цепочке. — Как видишь, я из темного ковена. Какой у него тотем, думаю, объяснять после демонстрации знака не стоит. А ты к какому кругу принадлежишь? Или из тех, кто решил отринуть служение древним силам и перешел на службу церкви, отказавшись от большей части собственной гордости и знаний?

— Я сам по себе. — Пришлось мне откреститься от принадлежности к какой‑либо из существующих среди магов природы фракций. Надо же, коллегу встретил…Интересно, это добрый знак? Или же он в связи с высокой сложностью местных условий наоборот начнет вставлять палки в колеса? — Я не темный, но и не белый. Такой, каким и должен быть настоящий друид.

— Без покровителя в наши дни сложно. — Тяжело вздохнул лесной колдун, недовольно поджав губы. — Ты поймешь это рано или поздно. И, хочется надеяться, сделаешь правильный выбор. А я постараюсь помочь.

— Поговорим об этом, после. Скажем после создания мной замка, где на почетном месте будет стоять круг камней. — Хмыкнул я в ответ на такое предложение переходить на темную сторону. — С бочонком медовухи и несколькими коллегами, которые способны поддержать беседу, диспуты как‑то лучше идут. Ты знаешь чего‑нибудь про ту тварь, которая поселилась в руинах?

— Моя паства — это лучшие из истинных детей лесов. — Горделиво подбоченился друид, кивая себе за спину. Там действительно стояли люди, которые явно не бедствовали, несмотря на разбойный промысел. Черные кожаные куртки, лица замотаны шелковыми платками как у бандитов с Дикого Запада, червленое оружие блестит на солнце масляными разводами. Думаю, ядовитыми. — Но даже они никогда не видели следов монстра. Значит, он никогда не выходит наружу за пределы стен и довольствуется лишь случайными авантюристами. Живые существа так долго голодать не могут. Но кости, которые остались от зашедших внутрь, тщательно очищаются от мяса. Получается, не призрак и не дух.

— Главное, он материален. — Спокойно кивнул перебравшийся на сушу пират. — А значит, не придется возиться с поисками волшебных клинков, боевых магов или подходящих зелий. Идем?

— Идем! — Решительно кивнул я и, подав пример, первым двинулся к виднеющейся за деревьями темной громаде руин. — Не разбредаемся и держимся плотной группой. Одиночку сожрать легко, а из плотного строя его еще попробуй, вырви. Впереди на острие клина иду я, гиены и лев. Лучники с колдунами в центр. Змеи и медведи прикрывают тыл. Ну а остальные по бокам!

Разбойники меня послушались, хоть и ворчали дружно чего‑то там себе под нос. Животные тоже, причем команды отданные нормальным человеческим языком внешне обычные звери понимали как бы не лучше двуногих любителей легкой наживы. Лев и я будем держать удары как самые толстые. Гиены при лобовой атаке, скорее всего, все полягут. Однако они изначально обречены, поскольку данная стая не имела логова где могли быть наняты новые звери. Гадюки удержат слабых духом союзников от бегства, а медведи послужат резервом. Им все равно время надо, чтобы как следует разъяриться и увеличить впадением в боевое безумие и без того немаленькие показатели атаки и защиты.

Крепость выглядела не очень большой, скорее уж наоборот, она создавала впечатление какой‑то миниатюрной игрушечности. Стены всего в два с половиной метра высотой прикрывали собой не несокрушимый бастион, а дворец, в котором еще виднелись следы былого великолепия вроде лепнины, балкончиков и вытянутых вверх на несколько метров оконных проемов с цветными витражами. А еще на подходе к самому замку, если это строение заслуживало подобного слова, располагался парк. Высаженные стройными рядами деревья складывались в широкие тенистые аллеи, среди которых стояли мраморные скамеечки, скульптуры и беседки. Прямо перед главным входом в укрепление действительно располагался большой неработающий фонтан. Первый ярус его представляли из себя вытянутый метров на пять овал, из которого вздымался постамент в виде двух обнаженных эльфиек весьма приятных пропорций, совместными усилиями удерживающими над головами большой цветок лотоса. Сейчас их очертания, правда, серьезно скрадывал обвившее все и вся плющ с шикарными зелеными листьями, сильно напоминающими растопыренную ладонь. И он же в значительной мере маскировал выжженные на камне отметины и проломы, украшавшие собою стены и сам дворец как дырки в сыре. Хорошо хоть фонтану от порушившего тут все агрессора ни одного удара не досталось, иначе проще бы было новый построить, чем отреставрировать столь тонкую работу.

— Красивое тут раньше было местечко. — Хмыкнул я, оглядывая проржавшую решетку ворот, валяющуюся на земле. Судя по тому, как были искривлены железные прутья в мою руку толщиной, через них прошел кто‑то очень большой и сильный. Причем, не сильно сбавляя ход. А после он принялся тут все крушить. Вон, виднеются поросшие мхом обломки каких‑то строений, о изначальном предназначении которых остается только догадываться. А вот пара едва выделяющихся из общей архитектуры дворца башенок по углам оплавлена. Бугристые потеки расплавленного камня значительно выделяются на фоне гладких белых стен. Думаю, там располагались орудия, которые атакующий вынес в первую очередь и уже после стал развлекаться. — Значит, титан его порушил?

— Говорят, титан. — Пожал плечами вставший рядом со мной пиратский юнга. — А как оно на самом деле было, кто ж его уже знает…

— А это, похоже, из нашей банды кто‑то. — Фрол присел перед скелетом, не добравшимся до ворот каких‑то десять метров. Учитывая, что тела вообще‑то должны в этом мире разрушаться, данные останки точно оставлены как элемент декора. Ну, или предостережение. — Был человек и нет его. Только и осталось, что нож, подметки металлические и пара монет меж ребер валяющихся.

— Странно, я не вижу на костях ни одной отметины от зубов или когтей. — Нахмурился друид. — Не в муравейник же их пихали, чтобы очистить?

— А не исключено. — Вспомнил я труп убитого медведицей инсектоида. — Всем смотреть по сторонам, эта тварь просто обязана быть где‑то рядом и следить за нами.

Продвинувшись вперед еще на пару шагов, я был вынужден резко отскочить в сторону, поскольку из выбитого окна дворца прямо в меня кто‑то швырнул здоровенным булыжником. Камень размером с человеческую голову гулко стукнул об землю, подпрыгнул и приземлился прямо на ногу недовольно выругавшемуся бандиту. И сразу же вслед за этим сзади раздался протестующий рев и гневное шипение.

— Их тут много! — Сообразил я, разворачиваясь, что увидеть, как одного из медведей стремительно тащит куда‑то вдоль стены замка. Задние лапы подпрыгивающего на каждой кочке топтыгина захлестнула какая‑то длинная веревка, и он никак не мог извернуться, чтобы подцепить её когтями и порвать. А змеи выполняли сложные акробатические трюки, свиваясь в клубки и отпрыгивая от пытающихся захлестнуть их гибких и длинных канатов. — Берегитесь щупалец! Они стелются по самой земле!

Десятки арканов взметнулись, чтобы опутать меня петлями, стянуть в кокон, обездвижить и задушить, несмотря на уже наложенные чары каменной кожи. Какой‑то из них я встретил двуручником и отбросив, обагрив лезвие странной зеленой кровью, но остальные достигли своей цели. И их тут же принялся с рычанием обдирать своими когтями лев, временами действующий не слишком аккуратно и снимающий с меня по два — три хита. Гиены визжали, постепенно удаляясь и затихая одна за другой. Относительно небольших по своей массе хищников, к тому же вооруженных лишь клыкастой пастью, напавшим на нас существам оказалось достаточно просто спеленать и утащить прочь. Кого‑то из них, кажется, даже принялись бить о землю, чтобы четвероногая добыча поскорей затихла и перестала сопротивляться. В то же время на плоской крыше дворца началось какое‑то шевеление и град снарядов ударил по двору, поражая только одному ему видимые цели. В отличии от первого выстрела, сейчас неведомым стрелкам даже близко никого поразить не удалось. Хотя камни они в полет запускали солидные, каждый не меньше пары килограмм весом.

Поднапрягшись, я сумел пальцами схватиться за один из связывающих меня канатов и принялся крутить его в разные стороны, стремясь разорвать плотные волокна. Веревка билась в руках как живая, а давящие объятия несмотря на все усилия льва стягивались все туже и туже. Глаза в прямом смысле лезли на лоб под монотонное бубнение читающего заклятия колдуна и азартные выкрики разбойников, рубящие насевшие на них щупальца. Те из них, кто изначально взялся за луки, с руганью бросали оружие на землю и доставали из‑за поясов кинжалы или топоры. Поразить стрелами напавших на нас существ было абсолютно нереально. Нет, может какие‑нибудь эльфы с молниеносной реакцией и справились бы, но люди таких стрелковых подвигов осилить не могли. Да и как повредит длинной гибкой хватательной конечности засевший в ней кусочек дерева с металлическим наконечником? Гораздо надежнее просто обрубить такую хваталку, пока она тебя не задушила.

— Эх! — Поднатужившись, мне все же получилось порвать попавшийся в руки канат, обдавший пальцы зеленой кровью. Очень едкой, кстати, кожу так и защипало. И количество пунктов жизни стало быстрее уменьшаться. Черт, а не пищеварительный ли это сок? Вот и отгадка гладких костей. — Поднажали! Эти твари не умеют быстро регенерировать!

Со стоном осел один из разбойников, которому проломило череп. Твари бросали свои камни не так уж быстро и совсем не метко, но их было слишком уж много, чтобы рано или поздно теория вероятности не взяла свое. С гортанным возгласом темный друид закончил свое заклинание и каждое из щупалец, которое я видел, вдруг содрогнулось и принялось стремительно покрываться темными пятнами язв.

— Это одно существо! — Выпалил лесной колдун. — Громадное, но одно!

— Угу, то есть часть его с крыши дворца по нам пуляет, а часть тут душит зашедших на его территорию букашек…А почему оно тогда в один комок не соберется и всех нас просто не раздавит? Неужели не может? Размышления прервал кривой нож пиратского юнги, пришедший на помощь по — прежнему защищающему меня горному льву. Вдвоем они быстро срезали и сорвали с моих рук все стягивающие их канаты, а после я уже и сам принялся споро их перетирать об лезвие двуручника.

— Оно выдыхается! — Крикнул Фрол, который в паре метров от нас играл в перетягивание каната с обвившим его ногу щупальцем. И, черт побери, побеждал. А парочка оставшихся медведей, впавших в бешенство из‑за потери собрата и вовсе рвали все приблизившиеся к ним хватательные конечности как вареные макароны. — У него уже почти не осталось конечностей! Уй — ё….

Булыжник, ударивший в грудь разбойника, выбил из него весь победный энтузиазм, дух и стон боли. Но не убил на месте, уже хорошо.

— Пробиваемся внутрь дворца! — Решил я, наступая на очередное щупальце и отсекая прижатый к земле и дергающийся отросток. — Обстрел на открытом месте рано или поздно нас доконает!

Отряд, чуть поредевший но сохранивший боеспособность, принялся продвигаться вперед. Медленно. Ослабший было натиск вновь усилился, когда люди и звери принялись двигаться в сторону строения. К счастью, крайне неточный обстрел выбил из наших рядов всего двоих разбойников, да еще несколько человек и одного медведя помял, а душащие побеги после поражения их насланной колдуном гнилью изрядно ослабли.

— Сколько еще продержится заклинание? — Крикнул я темному друиду, просовывая кончик лезвия под наброшенную мне на шею петлю. Удавка лопнула, обдавая все вокруг ядовитой зеленой кровью и мне тут же пришлось спешить на помощь попавшему в переплет горному льву. Увлекшийся уничтожением противника зверь оказался окружен и теперь три его лапы тянуло в разные стороны, а разрываемый на части хищник совсем по кошачьи жалобно мяукал.

— А бес его знает! — Откликнулся лесной колдун, поливая наши тылы дождичком какой‑то сизой хмари. Ползущие к нам в тыл щупальца неведомой твари, попавшие под такие осадки, стремительно отдергивались назад корчась от боли. — Я вообще удивлен, что оно еще действует! С любого нормального монстра, да даже человека, слетело бы уже давно!

— Тогда прибавим ходу! — Решил я, обрезая хищные канаты, стягивающие передние конечности льва. Последнюю лапу он освободил самостоятельно, извернувшись на девяносто градусов и перекусив пастью пытающийся завязаться в морскую петлю узел. — Уй, ё!

Булыжник, весящий килограмм пятнадцать, саданул меня по спине так, что ноги подогнулись, а в глазах заплясали звездочки. Единственное, что удавалось рассмотреть четко, так это иконку дебафа 'Ошеломление'. Странно, а разве для него не по голове надо бить? Впрочем, сотрясение одного только мозга и сотрясение всего организма целиком действительно весьма похожи друг на друга.