— Трубу нужно вести до реки, разводить по участку. Думаю, что все эти работы сможем завершить до конца недели. Что касается функционирования, то нужны будут насосы, заставляющие воду подниматься вверх под давлением.
— Ты опять работу саботируешь⁈
— Граф, да как можно⁈ — я развел руками.
— Что с моей каретой? — нахмурился он. Неужели все-таки не знает о моей маленькой аварии?
— О! Она сегодня поехала! — довольно улыбнулся я.
— Да? Что же ты молчишь, пойдем покажешь! — граф даже успел вскочить с места, поэтому я буквально протараторил:
— Еще не готово, скоро, граф, но будьте уверены, днем лично ездил на ней по участку, вот только нужно добавить некоторые детали.
А сам слегка задумался, можно ли назвать тормоз деталью? Обманывать ведь я не мог себе позволить, а то вдруг поймают и повесят. Немного подумав, решил, что так и есть, хорошая такая, маленькая деталь, правда, очень важная.
Глава 18
Следующий день был суматошным. Вовсю копались траншеи, я же ломал голову над каретой. Возможно, я бы нашёл решение быстро, но каждый раз, стоило мне погрузиться в работу, слышались крики, и я, бросая всё, мчался туда. Ведь кто бы там сейчас что ни натворил, а перед графом ответственным буду я, работы велись под моим началом. В очередной раз бросив свою работу и побежав на крики, я задумался: «Ну вот, и зачем мне всё это надо? Ну ладно карета, но трубы, траншеи…» А потом вздохнул и понял, что и это всё соответствует моей цели по улучшению жизни в этом мире. Душ сам себя не сделает, водопровод сам себя не сделает, да вообще ничто само себя не сделает!
Траншеи добрались до задней части двора, теперь, работая над каретой, я слышал, когда что-то шло не так. Если в прошлый раз я бежал потому, что Валера кричал на какого-то беднягу, который увлёкся и прокопал вширь на несколько лопат больше, то теперь Валера шумел, потому что свалился в траншею. Это же надо было так активно жестикулировать!
Помог выбраться, Валера тут же стал жаловаться на боль в ноге. Посадив его на землю, надавил ему руками на кость с двух противоположных сторон.
— Так болит?
Валера прищурился и, задумавшись, выдал:
— Нет.
— Замечательно, значит, не перелом, — улыбнувшись, я похлопал его по плечу и, поднявшись, пошёл обратно к карете. Этому меня научили на секции единоборств ещё в детстве, где мне довелось немного позаниматься, правда, не уверен, что точно провожу эту проверку правильно, ведь иногда при таких нажатиях болело, но перелома не оказывалось, но такая ошибка только радовала. Главное, что в обратную сторону не ошибался.
А то, что я постоянно отвлекался, было каким-то сумасшествием, нельзя же постоянно так отвлекаться! Вроде бы всё уже определил, решил, обозначил и делегировал задачу, а всё равно приходится постоянно вникать. Сменить Валеру и Микси тоже не мог, ровно как и оставить одного. Спокойствие Микси компенсировало импульсивность Валеры, и наоборот. Если же смотреть на их кандидатуры в целом, то они единственные, кто подходил на роль моих заместителей в этих вопросах. Других людей у меня просто не было! Мой бывший арендодатель был заинтересован только в деньгах, люди графа либо делали исключительно то, что им скажут, а тут всё-таки нужно проявлять инициативу, либо были заняты своими многочисленными профильными задачами. Такие люди, как Лестер — новый хозяин рудника — и вовсе не могли рассматриваться на такую роль, вот и получалось, что Валера и Микси продолжали оставаться лучшими вариантами. Мотивируясь изначально только заработком, со временем они тоже прониклись идеей, а когда я их не просил помогать, они продолжали заряжать кристаллы. У накопителей была минимальная утечка, что позволяло готовить их на светлое будущее, единственное, что свободные, не заряженные кристаллы уже начинали заканчиваться, но вскоре мы ожидали поставку лично для меня от Лестера, а позже и от орка Маура.
Тот рудник, который мы обворовали, пока не трогали, ему банально нужно было ещё свести концы с концами, планируя брать с него процент для города позже.
В конце концов я на всё махнул рукой и решил, что с копкой траншей они должны справиться сами, а идея реализации тормоза на карете должна просто отлежаться, и она обязательно придёт, так было всегда с работой на Земле. Решение задачи складывалось в голове позже, в свободное от работы время, потому что мозг всегда к ней возвращался, словно в фоновом режиме, подбирая различные варианты.
Поэтому решил наведаться к стеклодуву, раз с кузнецом уже познакомился, пора наведаться и к нему. От стеклодува я хотел получить люстры, большие, красивые и полностью стеклянные. Одну такую, по хорошей для меня цене, ожидает Лестер, кроме того, я надеялся, что такое не дешёвое удовольствие заинтересует графа.
Это на Земле люстра — предмет бытовой, здесь же на сегодняшний день — предмет роскоши.
Светило солнце, пробиваясь сквозь облака, когда я подошёл к мастерской стеклодува, которая считалась одной из самых старых даже не в городе, а на многие тысячи километров. Вообще забавно и даже странно, что в городе были такие редкие мастера, но практически не было магов и обеспеченных людей. Хотя такую возможность обуславливало стабильное водное торговое сообщение: у мастеров оставалась возможность реализации своего труда.
Фасад мастерской выделялся на фоне соседних домов, будучи украшенным витиеватыми узорами из цветного стекла, которые переливались в лучах света. Здание же было небольшим и выглядело уютным и приветливым. Я глубоко вдохнул: если у кузнеца меня встретили запахи раскалённого металла, копоти и лязг металла, то тут воздух наполнялся ароматом раскалённого стекла. Это место рождало ощущение оплота магии даже больше, чем пещера Маура, в которой он занимался своей магией крови.
На двери висела табличка «Открыто». И это в городе, где способность читать является редким навыком! Хотя, с другой стороны, всё верно, кто не умеет читать, всё равно вряд ли найдёт монеты на такую творческую работу не первой необходимости. Ну, открыто, значит, открыто.
Я потянул на себя дверь, но легко она не поддалась, и пришлось немного поднажать. Было весьма удивительно, что наряду со стеклянным, кажущимся хрупким орнаментом, дверь была тяжёлой и деревянной. Дверь с тихим скрипом открылась, обнажая внутреннее пространство, которое ударило по глазам ярким светом, что казалось невозможным, ведь я заходил с улицы в солнечный день!
Мастерская была просторной, уходя далеко в глубь участка, за счёт чего казалась маленькой с улицы и практически бесконечной внутри, с высокими потолками и большими окнами, в том числе в потолке. Через них и струился солнечный свет, отражаясь от многочисленного стекла, что и делало помещение таким ярким. В глубине возвышались массивные печи, из которых поднимались клубы яркого пламени. Мастера в фартуках работали с горячим стеклом, их руки двигались с удивительной ловкостью. Я ожидал увидеть одинокого мастера, который работает на себя, а нашёл целый цех!
Если я размышлял, как объяснить, что именно я хочу, ведь для этих людей моя задумка казалась странной, то сейчас, оглядываясь вокруг, я понимал, что мою идею наверняка поймут. Могут не принять, считая чем-то бесполезным, но точно разберутся, что именно я хочу. Правда, был и другой нюанс: договориться с мастером проще, чем с целым цехом. Да, у мастера могут быть завышенные цены, может не быть времени, и придётся очень долго ждать, пока он сможет приступить к твоей задаче, но договориться можно всегда, вопрос лишь в деньгах и времени. С цехом же могут возникнуть проблемы. Люди нацелены на конкретную работу, время распределено, начальник следит за процессом…
Оглянувшись, я поискал глазами хозяина лавки или мастера участка, но сразу не смог его найти и направился к одной из рабочих станций, где стоял старый мастер с седыми волосами и добрыми глазами. Он сосредоточенно работал над чем-то ярким и сложным. Немного подождав, опасаясь отвлечь его от работы, ведь я сам знал, чем это может грозить в сложной и творческой работе, всё-таки поздоровался:
— Здравствуйте! — произнёс я.
Мужчина осмотрел меня, приметив дорогие ткани, из которых были мои штаны и рубашка, а также пальто, явно определяясь, как именно ко мне обращаться.