«Шлюха с членом», — уныло подумал Наилон. Именно такое оскорбительное определение дал ему ши Дарай при первой встрече и оказался прав.
— Ему надо время, чтобы освоиться, — заступилась за гостя Тэлли, но этим только еще больше ранила его гордость.
— Я найду себе работу, — твердо сказал эльф и кивнул, чтобы придать своим словам вес. — Сегодня.
— Зачем искать? — еще шире ухмыльнулся ши Дарай. — Я уже нашел ее тебе. Приходи вечером к моему шатру. Я дам тебе лук и колчан со стрелами. Присоединишься к моему отряду. Мы идем на барханных зайцев. Уверен, ты впечатлишь нас своей меткостью и принесешь много добычи. Эльфы ведь превосходные охотники, верно, Тэлли?
У Наилона дернулась мышца под левым глазом. Внутри похолодело.
Он ни разу не держал в руках лук, но, глядя в лицо этому насмешливому гиганту, не смог признаться в собственной бесполезности.
До вечера еще оставалось время. Флой научит его стрелять, и он не ударит в грязь лицом. Может быть.
Когда ши Дарай ушел, Тэлли накормила Наилона хлебной кашей, а на десерт подала кофе и финики. Наилон подозревал, что это дорогое угощение, и ему стало еще более неудобно перед щедрой хозяйкой, которой он ничем не мог отплатить за ее доброту.
Пока не мог. Пока. Наилон поклялся себе, что это временно, что он обязательно станет достойным членом общины и многие будут должны ему услугу.
— Ты все неправильно делаешь, — Лу устроилась рядом с ним на ковре.
Трапезничали в клане Шао, сидя на полу за низким деревянным столиком, который после еды складывался и убирался в угол.
— Сначала надо съесть финики, — сказала девочка. — Запивать их ничем нельзя. Это перебьет вкус.
Она взяла с тарелки сухой плод и отправила в рот.
— Вот так, теперь ты.
Наилон повторил за ней, и на языке растеклась медовая сладость.
Лу одобрительно кивнула.
Прежде эльфу не доводилось общаться с детьми, и он немного терялся в присутствии этой бойкой девочки, тем более она была дочкой Тэлли и несколько раз назвала его при других людях папой.
Папа…
Наверное, ему хотелось бы стать отцом. Быть полноценным мужчиной, который может сделать предложение понравившейся женщине без оглядки на свою ущербность.
Он покосился на Тэлли. Та растирала в миске какие-то травы и с улыбкой наблюдала за его беседой с Лу.
— Когда ты поел, финики следует накрыть миской, — учила девочка. — И только потом браться за кофе. Такая традиция. Так принято.
С важным видом она взяла в руки маленькую глиняную кружку и протянула ее Наилону.
Напиток был густым, крепким и пах кардамоном.
Полог шатра распахнулся, впустив внутрь солнечный свет.
— Свободна! — воскликнула Асаф, с радостью показав Тэлли запястье, избавленное от полоски зачарованного металла. — Ты была права, старейшины мне помогли. Благодарю тебя.
Так вот куда они с Флоем убежали с утра пораньше. Простой кузнец не справился с подарком Чайни — браслетом, запирающим магию, и по совету знахарки Асаф обратилась к дха`ньян.
— Теперь я могу использовать свой дар, чтобы зарабатывать цветные камешки, — довольная Асаф плюхнулась на подушки.
Следом за ней в шатер вошел Флой. Он закрепил полог наверху, чтобы в палатку проникал свет, — так делали многие семьи в поселении.
— Эти камешки называются услуги, — объяснила Тэлли. — Тебе надо сходить к карьеру, набрать там камней. С помощью магии старейшина покроет их свободным цветом, с этих пор этот цвет будет считаться твоим, и нанесет на поверхность отличительный узор из белых прожилок.
Разговор об услугах напомнил Наилону о предстоящей охоте, и в горле застрял колючий ком.