— Княжна чересчур сильна и не понимает своей мощи, — неожиданно серьёзно ответил маг. — Она подавляет волю зверей и людей. Я боюсь, что твоя сестра станет тёмной Ананси, князь.
Прозвучавшее имя отдалось очень неприятными иголками по всему телу. Каждый из Вершителей имел десятки имён и только одно настоящее. Кому принадлежало прозвище дарительницы мудрости я прекрасно знал. Вот только маловероятно, что Аларак именно это имел в виду.
— Я мало знаком с мифологией твоего народа, — замедленно ответил я. — Поясни.
— В древности, когда аномалии были ещё маленькими, а все маги моего народа слабыми, случилось великое горе. Дарительница жизни разочаровалась в своих детях и обратила на них свой гнев. Жизнь превратилась в Смерть, а мудрость в безумие. Свет стал Тьмой и настала столетняя ночь.
— Как это связано с моей сестрой? — прямо спросил я.
— В столетнюю ночь тёмная Ананси спустилась на землю и правила всеми народами Африки, — преувеличенно серьёзно ответил Кот. Как это иногда бывало с народами, где сильны были разные верования, к религиозным легендам Аларак относился крайне серьёзно. — Она была их мыслями и мечтами. За правильные поступки слуги её испытывали бескрайнюю радость, а за провинности Ананси наказывала огненными муками. Огонь и Ментал, Сокол. И я не уверен, что Ананси из легенд была так же сильна, как твоя младшая сестра.
— Ты сможешь научить её контролю своей силы? — убирая в сторону пустую миску, спросил я.
— В меру сил, — кивнул африканец.
— Тогда делай всё возможное, а я постараюсь что-то добавить от себя, — снова вспоминая о том, что Нюше нужен настоящий учитель, произнёс я. — Ратаи в Горынино?
— Да, Сокол, — кивнул Кот. — Ждут твоего пробуждения, чтобы обсудить план действий на сегодня.
— Скажи им, что я скоро подойду, — ответил я и взялся за телефон. Раз уж появилась такая возможность, надо было изучить всю доступную информацию и изменения обстановки в первом круге обороны Тверской аномальной зоны за первые сутки.
Общие потери оказались не такими пугающими, как представлялось вчера. Часть тяжело раненых удалось вытащить. На территории князя Истомина завершилась эвакуация мирного населения, а у графа Новикова границу прорвал первый зверь четвёртого ранга. Им оказался живжук. Аспект Жизни позволял этому существо за долю секунды регенерировать все повреждения. Если бы не ужасный способ восполнения энергии за счёт растворения живых существ своими щупальцами, то тварь почти безобидная.
Оказалось, что благодаря общей сводке можно было получить очень много полезной информации. Но никаких новостей с территории князя Антипова я в ленте не увидел. Ни о гибели отрядов охотников, ни об исчезновении или смерти сотни Кожедуба. Зато наткнулся на коротенькую заметку, от которой на миг замерло сердце.
Я тут же скинул поисковик и быстро набрал номер главы Себыкино. Ответа пришлось ждать целую вечность и я чуть не сбросил звонок после пятого гудка. За это время в голове пронеслось столько мыслей, что становилось дурно.
— Доброе утро, Ярослав Константинович, — наконец ответил Олег Дмитриевич и по его голосу я понял, что Пескарёв очень не хочет со мной разговаривать.
— Я не понял, Олег Дмитриевич, — тихо и очень вкрадчиво произнёс я. — Что за пожар и почему я узнаю об этом из новостей?
Глава 7
— Да собственно, это рядовая ситуация, Ярослав Константинович, — моментально поняв, о чём я говорю, ответил Пескарёв. — Я всё проговорил с Анастасией Константиновной. Пострадавших нет, а ангар Большакова получилось погасить. И заготовки Илья Петрович вытащить успел. Там даже строение почти не пострадало. Только купол внутри. Но мы его успеем отремонтировать до возвращения артефакторов.
— Так, — моментально запутавшись в потоке информации, остановил собеседника я. — Давай по порядку, Олег Дмитриевич. Почему начался пожар?
— Так я же говорю… — пытаясь опередить меня, выпалил глава Себыкино, но тут же замолчал.
— Олег Дмитриевич? — спустя несколько секунд, произнёс я.
— Прошу прощения, ваша светлость, — торопливо ответил Пескарёв. — У нас тут очень много всего произошло за последние дни, поэтому я мог что-то упустить.
— Пожар, — напомнил я.
— Пожар начался из-за того, что Илья Петрович решил применить что-то из ваших последних разработок для заполнения артефактов.
— Та-а-ак… — протянул я. — А почему Большаков решил использовать наши совместные разработки для такой цели?
— Потому что глава его охраны вернулся из Москвы с предписанием от светлейшего князя Воронцова о срочной эвакуации всей команды, — ответил Пескарёв, чем вызвал у меня новую волну вопросов.
— И когда это произошло? — понимая, что эта часть жизни владения полностью выпала из поля моего зрения всего на несколько дней и за это время там начался полнейший хаос.
— Так, с началом гона Хромов вернулся, — охотно ответил Олег Дмитриевич. — Мы уже все было радоваться начали, что с концами укатила эта заноза. Илья даже звонить в Москву опасался по поводу начальника своей охраны, чтобы того ненароком не вернули. Но сам приехал, гад. С полным сопровождением и тремя десятками мордоворотов столичных. Если бы Серый своих ребят не вывел из казарм, то всю промышленную зону могли перекрыть. Не видать бы нам тогда трудов Большакова и его парней.
— И много они успели наделать? — уточнил я. На самом деле, по договорённости с правлением артефактного дома Воронцовых, у нас было ещё достаточно времени до демонстрации первых результатов. Но Калинин не зря так впечатлился после визита в Себыкино. Вполне возможно, князь Воронцов решил спасти уже полученные результаты и своего лучшего специалиста. А сможет он потом вернуться в Себыкино или нет — дело десятое. Если мой род устоит и выживет после гона, то эвакуацию можно списать на заботу о совместных инвестициях. Если нет — то и объяснять ничего не придётся.
— Так, больше двух сотен образцов, Ярослав Константинович! — со странной гордостью заявил Пескарёв. — Мне даже чуть пересмотреть распределение сырья пришлось, чтобы ему на всё хватило. А когда до более сложных аспектов дошло, то и вовсе приостановить часть отгрузок вынужден был.