Ген медведя: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Вам даже не придется выходить за него замуж или что-то еще, если вы этого не хотите, — сказала мне женщина из НПСП. — Обычно мы требуем, чтобы два человека в семье-образовании были женаты до того, как будет произведена какая-либо оплата партнеру-женщине, но мы решили оставить эту часть сделки вам и командиру Уоллесу, поскольку он, похоже, смотрит на это главным образом как на деловое соглашение, чтобы помочь своим людям.

Поскольку это было так, я спросила, возможно ли, чтобы меня просто осеменяли, но женщина из НПСП сказала «нет».

— Видите ли, в самые ранние дни программы мы пробовали это с несколькими парами, но это просто не сработало. Один из наших ученых, вероятно, мог бы объяснить это лучше, чем я, но кажется, что, когда дело доходит до спаривания перевертышей с человеческими женщинами, даже с положительными генами, «естественный» способ спаривания работает лучше всего. Почему это так, и почему дети-перевертыши не так легко создаются, как дети «пробирки», я не уверена, что смогу объяснить должным образом.

Это было прекрасно. Я не думала, что буду возражать против того, чтобы спать с перевертышем несколько раз, чтобы сделать то, что мне нужно было сделать, чтобы спасти жизнь моей мамы. Это было потому, что мне сказали, что мне заплатят четверть миллиона долларов после того, как я забеременею ребенком медведя перевертыша, выплатят мне в тот момент, когда я получу положительный тест на беременность, проведенный медицинским работником. Я получу еще четверть миллиона при рождении ребенка. Вот сколько я и мой «супергенный перевертыш» стоили правительству и АПСШ медведей из Сомерсета.

Именно так я оказалась перед командиром Ридом Уоллесом на его подъездной дорожке, в ветреный день в конце марта. Так я встретила человека, который заставил меня «дрожать» так, как моя прапрабабушка говорила мне.

ГЛАВА ВТОРАЯ

После того, как нервно выпалила, что у Рида был «такой приятный голос», мое смущение было настолько глубоким, что я могла выкопать дыру в его подъездной дорожке прямо сейчас, вскочить и зарыться в грязь, чтобы меня больше никогда не видели и не слышали.

Он, с другой стороны, не казался настолько смущенным тем, что я сказала, только немного удивлен.

Долгое время он просто смотрел на меня, его глаза почти незаметно расширялись.

— Что ж, спасибо тебе. У тебя очень приятный голос.

Чувствуя, как будто мне было тринадцать лет, и я впервые разговаривала с симпатичным мальчиком в школьной столовой или что-то в этом роде, я действительно хотела провалиться сквозь землю.

Злясь на себя, мое взволнованное поведение и явное отсутствие контроля над моим ртом, я пробормотала спасибо, а затем с пылающим лицом изменила тему разговора.

— Итак, я могу начать заносить свои вещи в дом?

Имея только один чемодан и пять средних транспортных коробок, казалось, что задача не будет сложной. Кроме того, сейчас я хотела выполнить какую-то физическую работу. Я хотела какую-то физическую работу, которая заставила бы мои мышцы гореть, и заставила бы меня забыть все, что я только что сказала Риду. Казалось, что сделать несколько ходок в его дом, неся коробки, может быть простым делом.

Я прибыла в его дом после медленной поездки через деревню перевертышей Сомерсета, которая была более хорошей деревней, чем я почему-то предполагала. Я действительно не знала, чего ожидать. Обветшалые дома в викторианском стиле и одна заправочная станция, может быть, как некоторые из маленьких деревень на нижнем полуострове Мичигана. Однако здесь было не так. Вместо этого Сомерсет мог похвастаться несколькими жилыми районами, все они заполнены большими, ухоженными домами, которые выглядели так, как будто они были построены совсем недавно. Это действительно не должно было меня удивлять, учитывая, что многие оборонительные посты АПСШ на севере страны были созданы ближе к концу Великой войны Перевертышей или после нее, чтобы защитить Америку от перевертышей «Порожденных кровью», которые захватили Канаду.

Дома в деревне были не единственным свидетельством нового строительства. Асфальтированные дороги были гладкими и ухоженными, без выбоин в поле зрения, что было необычно для любой деревни на Среднем Западе, с дорогами, постоянно проходящими цикл замораживания и оттаивания. В Сомерсете казалось, что дороги уже прошли латание и ремонт, хотя это был только конец марта, и на земле еще осталось немного снега.

В дополнение к одной АЗС, что я ожидала, Сомерсет, а также другие предприятия, группировались вокруг того, что как я думала было «городской площадью». Я видела продуктовый магазин, несколько ресторанов, здание, которое, возможно, было магазином одежды, и даже широкое кирпичное здание, провозглашающее начальную школу Сомерсета и общественную библиотеку с зеленой надписью на белой вывеске. Также я смогу получить кофеин в Сомерсете, в привлекательном, стеклянном месте под названием «Интернет-кафе Полли». Нарисованные фотографии чашек кофе на широких стеклянных окнах напомнили мне о нарисованных картинах на стеклянных окнах моего любимого соседнего кафе на родине в Форт-Уэйн. Несколько удивляясь, я нашла это невероятно утешительным, и не могла дождаться, чтобы посетить «Интернет-кафе Полли» ради горячего латте.

После выезда из «городской площади» мы проехали, может быть, треть мили, прежде чем свернули с асфальтированной дороги и поехали по короткой грунтовой дороге, которая привела к раскинувшемуся дому Рида, который был расположен в лесистой местности прямо на краю того, что казалось густым лесом. Мне потребовалось два дня, чтобы добраться до места назначения из Форт-Уэйна, включая ночевку в отеле, а также поездку на пароме с моим автомобилем, багажом и всем, от Нижнего полуострова штата до Верхнего. На протяжении всего моего путешествия, время от времени, представляла себе, как круто, спокойно и собрано я собиралась действовать перед человеком, с которым должна была иметь ребенка. Очевидно, мне не потребовалось много времени, чтобы выкинуть «круто, спокойно и собрано» к чертям собачьим. Очевидно, что все, что потребовалось, дрожь, пульсирующая внутри меня, звук глубокого голоса Рида и мой собственный голос, казалось, исходил из моего собственного рта, по своему усмотрению.

В ответ на мой вопрос, могу ли я начать вносить свои вещи в дом, Рид покачал головой.

— Я сделаю это. Ты можешь зайти в дом и расслабиться, если хочешь. Не стесняйся, возьми себе что-нибудь выпить и присаживайся на кухне… или что ты еще хочешь сделать. Чувствуй себя как дома, потому что теперь это твой дом.

Моё лицо все еще горело, я сказала спасибо, изо всех сил стараясь поддерживать зрительный контакт с ним. Даже не знаю, почему. Я думала, что просто внутренне ухватился за тот факт, что я сказала ему, что у него «такой приятный голос». Я была уверена, что независимо от того, что произошло, между нами, я всегда буду сожалеть об этом.

Правда в том, что, перевалив рубеж в четверть жизни, я никогда не говорила ничего глупого члену противоположного пола в моей жизни. На самом деле, это были представители противоположного пола, которые всегда болтали вокруг меня.

Никогда больше, однако, я говорила себе в отношении Рида. Когда он увидел, что я веду себя как идиотка, этого было достаточно.

После того, как он привел меня к дому, открыл входную дверь и пригласил меня внутрь, еще раз сказав мне, чтобы я чувствовала себя как дома, Рид вернулся к моей машине за моими вещами, а я вошла в фойе, быстро обнаружив, что это больше похоже на тамбур, чем на фойе. Засохшая грязь полосами покрывала паркет, и несколько пар больших рабочих ботинок были испачканы в засохшей грязи. Выглядело так, будто Рид пытался немного прибраться. Сапоги были выровнены вдоль стены, и грязная соломенная щетина метлы, прислоненная к той же стене, указывала на то, что, возможно, он пытался подмести запекшуюся грязь. Качая головой практически на бессознательном уровне, я задалась вопросом, есть ли у него вообще швабра, и если да, то знает ли он, как ее использовать.

Как только я вошла в фойе, то увидела, что остальная часть дома, по крайней мере, из того, что могла видеть, была чище, чем пол в фойе. На самом деле, кухня, в которой я была в настоящее время, была совершенно сверкающей, от мраморного острова в центре комнаты, полированного деревянного пола, до раковин из нержавеющей стали и светильников. В доме также пахло чистотой, чем-то вроде хозяйственного мыла и лимона.

Я не вздохнула и пары раз, когда низкая пухленькая женщина с серым пучком на голове зашевелилась на кухне, практически испугав меня, а затем сразу же практически испугала меня снова теплым, жизнерадостным приветствием, сказав, что я, должно быть, Саманта. Когда я утвердительно кивнула, она улыбнулась и вместо рукопожатия обняла меня, сказав, что ее зовут Мэри.

— Я домработница командира, а иногда и его повар.

После того, как в последний раз обняла меня и похлопала по спине, она отстранилась, чтобы посмотреть на моё лицо.

Боже, ты просто красавица. Бьюсь об заклад, командир чуть не упал на пятки, когда увидел тебя.

Довольная комплиментом и очень симпатизирующая Мэри, я сказала, что не уверена в этом, и она сказала, что это так.