Она не просит нас напрямую, но всеми фибрами души стремится выразить своё отчаяние.
Джек подходит ближе, садится за стол и кладёт пистолет на полированное дерево. Он делает глоток «Джека Дэниелса» и отставляет его в сторону. Он нажимает на кнопку своего мобильного телефона, и звук набора номера в динамике переходит в сигнал вызова. Несколько мгновений спустя на звонок отвечают, и единственным признаком этого является хриплый кашель.
— Это я, — голос Джека низкий, ровный и сильный.
Тот, кому звонил Джек, только слушает.
— Мы не можем ждать. Это должно быть сделано немедленно. Завтра. Посмотрим, что ты сможешь сделать.
На линии слышно, как кто-то глубоко вдыхает, а затем шумно выдыхает.
Напряжение очевидно.
— Предоставьте это мне. — Звонок прерван.
Джек неподвижно сидит с закрытыми глазами. В конце концов, он оглядывает нас всех и, обхватив себя за шею мускулистой рукой, останавливает взгляд на мне и рычит.
— Дай мне номер Лиама. — Охваченные эмоциональным и физическим истощением, Скай и Шона перебираются на диван. Шона достаёт свой телефон, чтобы показать Скай фотографии Хэлли, но Джек выхватывает его и выключает, затем ищет в нём устройство слежения, которое не находит.
— Ты не можешь уйти, — говорит он. — Не можешь, пока всё не уладится.
Шона кивает, и Скай резко встаёт, как будто до неё вдруг дошло, что значит «уладится».
Ситуация обострится, и карты лягут в руки.
Нам нужно поесть, поэтому я смешиваю макароны с готовым соусом, надеясь, что этого будет достаточно для быстрого приготовления и с начинкой. Скай помогает мне, работая на каком-то ошеломлённом автопилоте, пока медленно натирает сыр, уставившись куда-то вдаль.
Джек исчезает, чтобы продолжить разговор вполголоса. Теперь Шона находится среди нас, и мы не можем говорить открыто.
После этого Джек предлагает поспать на кресле, положив пистолет поперек тела. Я знаю, что его главная задача — убедиться, что Шона не сбежит ночью.
Он хочет, чтобы она была там, где он сможет за ней присматривать.
Скай находит одеяло для Шоны и прячется на кухне.
— Сегодня я буду спать с тобой, — говорит Уэст, наливая себе воды и предлагая Скай.
Скай касается моей руки, и я притягиваю её к своей груди, чувствуя, как она прижимается ко мне. Её крошечное тельце кажется таким хрупким, как у птицы, которая упала на землю, и все её хрупкие косточки переломаны.
— Простите меня, — шепчет она. — Простите, что нарушила ваш покой.
Я наклоняюсь, чтобы поцеловать её в макушку. Теперь я чувствую знакомый аромат миндаля и чего-то сладкого, и она обнимает меня крепче.
— Я не смогу без вас, — её голос звучит как шёпот.
— У тебя есть мы, Скай. Ты не одинока. Ты никогда не будешь одинока.
Проходит несколько мгновений, прежде чем мы отрываемся друг от друга. Она медленно пересекает комнату и встаёт перед Джеком. Он не выпускает пистолет из рук, когда она наклоняется, чтобы поцеловать его в губы. Я представляю, как он отворачивается от такой нежной привязанности, стесняясь показать эту свою сторону перед нами, но он этого не делает. Его глаза закрываются, когда рука Скай касается его растрепанной бороды.
— Джек.
Одно только тихое произнесение его имени говорит о многом.
Уэст сжимает пистолет в одной руке, а другой берёт Скай за руку. Он выводит её из комнаты, и скрип деревянных половиц указывает на их отступление. В конце концов, дверь в её комнату со щелчком закрывается.
Джек кивает в простом пожелании спокойной ночи, и я бросаю взгляд на Шону, обнаруживая, что она смотрит на меня широко раскрытыми от страха глазами.
Она не враг, но и не друг.