Он с удивлением подумал, что, возможно, ей небезразлично, что с ним случится, что она может волноваться за него, когда они расстанутся, — но, как и его обреченную привязанность к ней, он безжалостно отбросил эту мысль.
Она всего лишь проявляла вежливость, всего лишь успокаивала свои собственные опасения по поводу того, что она сделала с его жизнью.
— Я буду охотиться, — вот что он наконец сказал.
Это не было ложью.
По правде говоря, это был его единственный реальный план.
Ее губы сжались в тонкую линию, но она кивнула.
— Если я когда-нибудь смогу отплатить тебе, если тебе когда-нибудь понадобится помощь, пожалуйста, найди меня. Я не уверена, где мы сейчас находимся, но моя семья живет за пределами деревни Гранах, в Дарроуленде. Спроси дом Брэдей.
Он кивнул в знак согласия, хотя в глубине души знал, что больше никогда ее не увидит.
В груди все сжалось, Орек вытащил маленький мешочек из кармана рюкзака. Тяжелые золотые монеты в нем зазвенели, когда он протянул его ей.
Глаза Сорчи стали такими же круглыми, как монеты в мешке. Она попыталась вложить мешочек обратно в его руку.
— Нет, я не могу это взять.
— Возьми, — настаивал он, опустив руку, сжатую в кулак. Вторая его рука была занята Даррахом. Орек не забирал мешок обратно.
— Но…
— Я собрал немного на всякий случай. Они помогут тебе больше, чем мне. Возьми.
— Тогда, по крайней мере… — она вытащила из кармана кинжал в ножнах, который он ей выменял.
Но Орек на это тоже не согласился.
— Возможно, он тебе еще понадобится.
Ее губы недовольно скривились, но она кивнула и положила кинжал и монеты в карман плаща.
— Спасибо. Если бы я могла отплатить тебе…
Он покачал головой.
— Не стоит.
Она казалась скорее обеспокоенной, чем испытавшей облегчение, но все, что ей оставалось сделать — это глубоко вдохнуть, расправить плечи и сказать:
— Прощай, Орек из клана Каменной Кожи.
Не обращая внимания на боль в сердце, он прижал свободный кулак к сердцу.
— Прощай, Сорча Брэдей из Дарроуленда.
Ее взгляд задержался на нем на долгое мгновение, зияющее молчание, которое он хотел каким-то образом заполнить отчаянным призывом к ней…
Расправив плечи, она развернулась на каблуках и направилась к деревне, ее походка была твердой и решительной.
Орек наблюдал за ней со своего места среди деревьев. Он наблюдал за ней до тех пор, пока не перестал видеть темную кудрявую голову, исчезающую между домами.
Последняя фраза вертелась у него на языке, но он не мог заставить себя пошевелиться.
В его руках Даррах скулил и мурлыкал, снова проголодавшись.