— Правило “никаких сестер”, — огрызается он.
— Не прерывай вечеринку, Валентайн, — протестует Дэмиен. — Твоя сестра наконец-то решила повеселиться.
Не говоря ни слова, Люк вытаскивает меня из комнаты.
— Куда ты ее ведешь? — Спрашивает Нокс.
— Протрезветь.
По крайней мере, я почти уверена, что он так сказал. Образы и звуки кружатся вокруг меня, искажаясь, когда доходят до меня, как будто их произносят сквозь воду.
Он тянет меня в крошечную ванную, включая яркий флуоресцентный свет. Я прикрываю глаза от этого, как вампир, сгорающий под солнцем, и гашу свет обратно.
Люк разворачивается ко мне, подхватывает и опускает на раковину так быстро, что я вскрикиваю. Раковина ледяная и упирается в мою задницу, прикрытую лишь тонкой тканью платья.
— Какого черта ты делаешь? — Визжу я.
— Какого черта ты делаешь с этими тремя? — Его рычание искажается маской, закрывающей его лицо. И я ненавижу, как от этого у меня сжимается низ живота.
— Нокс сказал: “он хочет, чтобы ты поднялась наверх”. Я предположила, что он имел в виду тебя.
Люк грубо хватает меня сзади за шею.
— Ты собиралась подняться наверх ко мне?
Я прикусываю губу. Я лгала и хранила от него так много секретов. Мне нужно, наконец, быть честной.
— Да.
Люк срывает маску и притягивает меня к себе, наши губы сталкиваются.
Я не дышу, не двигаюсь, пока его губы прижимаются к моим.
Когда его язык скользит по моим губам, я стону ему в рот. Он берет меня за бедро и притягивает ближе, а моя киска ударяется об него.
Я всхлипываю, и он стонет мне в рот. От этого звука мои конечности слабеют.
Мое сердце бешено колотится, когда Люк впивается зубами в мою нижнюю губу, и я ахаю. Мои руки сами собой перемещаются с его груди к воротнику рубашки и притягивают его ближе.
Он набрасывается на меня. Он посасывает мой язык, а мои бедра дрожат вокруг его бедер. Мои высокие стоны смешиваются с его хриплыми, создавая непристойное эхо звуков в крошечной ванной.
Когда он трется молнией ширинки у меня между ног, задевая чувствительный пучок нервов, я вскрикиваю.
Он проглатывает мой крик, притягивая меня еще ближе, так, что я прижимаюсь к нему вплотную. Пока он не прерывает поцелуй и не опускается передо мной на колени.
Палец Люка скользит вверх по моей щели к клитору, вырывая низкий стон из моего горла.
— Кто-нибудь из них прикасался к тебе здесь? — рычит он.
Я быстро качаю головой. Даже если бы кто-то из них и прикоснулся ко мне, признаваться в этом Люку сейчас кажется невероятно опасным. Может, он и не причинит мне вреда, но прикончит всех трех “Дьяволов” в той спальне.
— Я не хотела, чтобы они прикасались ко мне. Только ты.
Он скользит пальцем внутрь меня и сгибает его. Я задыхаюсь, а бедра сжимаются вместе.
— Ты моя, Сиенна. — Он добавляет второй палец, и я хнычу от растяжения. — Никогда не забывай об этом.
Я не смогла бы, даже если бы захотела.