— Да ладно, маска — это сексуально.
— Угу. — По голосу старосты я понимаю, что ей неинтересно слушать его чушь в час ночи.
Дверь со щелчком закрывается за ними.
Каждый напряженный мускул в моем теле мгновенно расслабляется. И все же мой желудок сжимается от разочарования, что вмешалась староста. Возбужденная часть моего мозга хотела выяснить, что Люк запланировал для меня в душевой кабинке.
На слабых ногах я выхожу из кабинки и выглядываю из туалета. Никого не видно. Никакого парня в маске, поджидающего меня в тени. Я сбежала от него.
По крайней мере, на сегодняшнюю ночь.
Вот что я получаю за то, что переспала с незнакомцем на свадьбе моего отца. Конечно, он оказался не в себе. И конечно же, несмотря на здравый смысл, я увлеклась им.
Я направляюсь к лестнице и медленно поднимаюсь по ступенькам, чувствуя себя совершенно измотанной. Сейчас моя кровать кажется мне такой желанной. Но влажность между ног никуда не исчезла — если уж на то пошло, погоня и предвкушение только усугубили ситуацию, — но у меня уже нет сил для оргазма. Завтра у меня занятия рано утром, и у меня плохое предчувствие, что если я снова засуну вибратор в свои шорты, то не смогу перестать фантазировать о том, что это Люк находится между моих ног.
Добравшись, наконец, до верха лестницы, я хватаюсь за дверную ручку.
Но когда я начинаю открывать ее, огромная рука захлопывает ее.
Я ахаю, когда кто-то хватает меня и прижимает к стене, а мое убежище оказывается вне пределов досягаемости.
Люк нависает надо мной в своей маске, а его руки крепко держат меня за бедра.
У меня перехватывает дыхание, когда каждый мускул в моем теле напрягается.
Он прижимается своим лбом к моему, а грозные серые глаза светятся похотью сквозь впадины его маски.
— Я говорил тебе, что случится, если я тебя поймаю.
Прежде чем я успеваю отреагировать, он прижимает свою маску к моей шее, и его горячее дыхание касается моей кожи через маленькое скопление отверстий. Своим телом он прижимает меня к стене, одной рукой сжимая мое бедро, а другой, скользя по моим шортам.
Я извиваюсь и толкаю его в грудь, пытаясь вырваться, но он предупредил меня, что произойдет, если мне не удастся спрятаться от него.
Этого не может быть. Только не с ним. Мы не можем попасться. Мы не можем этого сделать…
Его теплый палец скользит по моей киске, прежде чем раздвинуть ее, погружаясь внутрь ровно настолько, чтобы размазать мое возбуждение по клитору.
Всхлип срывается с моих губ при резком контакте с этим чувствительным пучком нервов.
— Умоляй меня заставить тебя кончить, — бормочет он.
Я качаю головой. Я не буду умолять его об этом. Я не позволю ему заставить меня. Я буду сдерживать оргазм, подавлять его, чтобы он не получил того удовлетворения, которого жаждет.
— Нет.
— Мы проведем на этой лестнице всю ночь.
— Твой палец отвалится раньше, чем ты заставишь меня кончить.
Хотя я не вижу его лица, я слышу его злую ухмылку.
— Если ты не кончишь через пять минут, можешь возвращаться в свою комнату. Но если кончишь, то останешься в моей комнате.
Я колеблюсь. Это пари нечестное. Я уже чертовски возбуждена, и мы оба прекрасно знаем, какой эффект он оказывает на меня.
— Нет, тебе нужно слезть с меня. Это неправильно, Люк.
— В этом нет ничего неправильного, и ты это знаешь, — рычит он. — Нам суждено быть вместе, Сиенна.