— Хватит… — жалобно взвизгнул пленный, сдаваясь, и до крови закусил губу, сотрясаясь всем телом от невыносимых мучений — Я скажу… Я скажу…
«Да-с… Мелковат разбойничий люд…» — Лийер за его спиной презрительно помял губы. Теперь старатель с большой дороги безраздельно принадлежал ему — до потрохов и костей. В глазах наёмника горели страх, подчинение, и безоговорочная готовность закладывать всех и вся, лишь бы суровый господин с длинным мечом оставил в покое его хрупкие кости. «Как айтарнские шахиды, прям…» — вспомнил капитан события не столь отдалённые. И действительно — вера верой, но боли сумасшедшие фанатики — даром, что сумасшедшие — боялись не меньше обычных людей, и колол их старина Кинлиц, точно на конвейере. Колол по старинке, ржавыми дедовскими пассатижами — в экипаже шушукались, что дознаватель совсем спятил, и получает от процесса садистское удовольствие, но Шорл был не настолько наивен; он прекрасно смекал, что к чему… Схема была проста, как тот апельсин: прапорщик Кинлиц — вечный прапорщик Кинлиц — списывал с баланса по дозе дорогого тлаксозивина на каждого допрошенного человека, а потом сливал «сэкономленный» эликсир правды где-то на стороне, получая добрый навар. Воровство было мелким, Лийер журил прапора лишь для видимости порядка — работу свою он делал, и на том спасибо… Но вскоре, однако, им всем сделалось не до мелких шалостей — повстанческое движение Айтарна разрасталось стремимо, точечные удары и единовременные акции уже не могли повлиять на стратегическую обстановку в целом… И в один миг, терпение кого-то с большими погонами лопнуло.
Грубая, надменная мощь линкоров и крейсеров, сеющих гибель и опустошение с недосягаемой высоты, и на огромных территориях… Лийер вздрогнул. Нет, он не хотел об этом думать — тем паче сейчас, в такую минуту! — но память не спрашивала разрешения — она жила своей жизнью, независимой от его желаний. «Огонь… Огонь на поражение.» — принесло ветром прошлого негромкие, размеренные слова. В отяготительной тишине капитанского мостика они отзвучали как гул вулкана, а спустя миг, когда приказ будет выполнен, они обернутся гулом вулкана уже там, далеко внизу… Шорл тряхнул головой — что было, то было. Всё давно позади.
Тут покалеченный разбойник завозился, и подал робкий голос:
— Но какие у меня…
— Гарантий не будет. — отрезал Шорл, выпроваживая из головы ненужные воспоминания, и чтоб закрепить успех, больно ткнул негодяя под рёбра рукоятью меча — Итак, первый вопрос…
…Очнулась Аяни вскоре после восхода солнца, и о ночном визите подонков, к тому моменту, напоминало лишь зловещее бурое пятно на камнях, и напряжённая гримаса на капитанском лице. Оба трупа каперанг унёс к ближайшему провалу, и небрежно свалив их в каменную могилу, присыпал слоем булыжников. Двух лошадей, обнаружившихся в одном из скалистых закутков, он отвязал и отпустил на свободу — авось не пропадут. Сейчас он сидел на давешней плите, анализируя выбитое из негодяя признание. Если наёмник — его имени Шорл так и не узнал — говорил правду, то к целому вороху имеющихся проблем могла прибавиться ещё одна, да такая, что все остальные срочно бегут нервно покуривать в сторонке… Услышав шелест одежды, Шорл вынырнул из океана мыслей, и присел возле с пробудившейся девушкой.
— Как ты себя чувствуешь? — заботливо спросил он.
— Слабость… — посетовала девушка, и тут же рассмеялась — Извини, шучу… Просто к слову пришлось. Я в порядке. — сказала она, усаживаясь на крупный камень, и подозрительно оглядываясь — Что здесь произошло?
— Представляешь, нас пытались ограбить… — хмыкнул капитан, раздумывая, говорить ли ей правду, или оставить в благостном неведении — Но у них ничего не вышло.
— А… — она вдруг испуганно посмотрела на капитана — А со мной ничего странного не происходило?
— Да, ты отключилась… — Шорл показал ей увесистый металлический цилиндр с круглой кнопкой с одного конца. Небывалая простота устройства граничила с издевательской насмешкой над тупостью его эксплуататоров. — Вот эта вещица, если её включить, за четверть часа усыпляет всех в радиусе сорока локтей.
— Но ты не уснул?..
— Лошади тоже не уснули… — пожал он плечми — Видимо, на таллцев она не рассчитана…
— Что их и погубило… — хмыкнула Ай, рассматривая вещь — И чего они хотели?
— Как обычно — золото, драгоценности… — как можно более убедительно солгал Шорл, решив не забивать голову девушки ненужными проблемами — Промышляли на таких вот безлюдных дорогах, усыпляли жертв, и безнаказанно их обворовывали.
— Странно… — протянула Ай, крутя в руках полированную болванку — Никогда не видела ничего подобного… А видела я многое. Ты не спросил, откуда они это взяли?
— Да понимаешь, не получилось допроса… — выкрутился капитан — Один скончался на месте, другой был смертельно ранен, и я просто не успел…
— Аккуратнее надо. — укоризненно вздохнула Аяни, и вернула ему цилиндр — Ну что, завтракаем, и в путь-дорогу?..
Глава 5
«Дела давно минувших дней…»
Вопреки худшим опасениям капитана, дорога вскоре выпрямилась, и движение опять ускорилось. В общем и целом, день протекал точно так же, как и вчерашний — о ночном происшествии они больше не вспоминали, а продолжали травить друг другу безобидные байки. Шорл — космические, Аяни — магические… Последние, как и вчера, безоговорочно доминировали — капитан был скован многочисленными подписками о неразглашении, не говоря уж о поправке номер три, и половину деталей в своих повествованиях был вынужден опускать. К тому же, его голова была занята совсем другими мыслями…
Иными словами, ничего выдающегося в тот день не произошло, если конечно не считать двух встречных всадников, молчаливо пронёсшихся мимо них около полудня. Эти двое не стали обходить их за километр, как это сделали вчерашние, а просто проигнорировали, посмотрев как на пустое место. Обычай вежливо друг с другом здороваться тут определённо не практиковался… А к вечеру стало ясно: они успеют. К концу подходил четвёртый день недели, а впереди оставалось всего сорок километров уже порядком осточертевших гор, и сотня километров равнин. Соответственно, в Катару они прибудут самое позднее к завтрашнему вечеру, а следующим утром, даст то бог, выйдут на незабвенного директора Длеша, и каперанг получит интересующие его ответы. Точнее, задаст интересующие его вопросы, а уж что потом…
До некоторого момента всё шло точно по плану: переночевав в горах, к следующему полудню отряд благополучно, и с нескрываемым облегчением оставил унылые громадины за спиной и вышел на финишную прямую. Капитан, как и в предыдущие дни, напряжённо шевелил мозгами, и хотя это занятие успело ему основательно надоесть, поделать он ничего не мог — на кону было слишком многое… «Но как КИБ мог такое прошляпить?» — недоумевал Лийер — «Разве что…» Закончить мысль ему не дали — на дорогу, метрах в двадцати перед ними, вышли трое высоких людей в массивных кольчугах и при оружии, так что всадникам пришлось срочно тормозить коней, чтобы не влететь в них на полном скаку. Объехать препятствие стороной возможным не представлялось — в этом месте дорога была узкой, и проходила между двумя рядами непролазных кустов, в которых и прятались трое людей, поджидая странников. Остановившись в нескольких метрах от неожиданной преграды, Шорл без особого страха посмотрел на трёх гнусно ухмыляющихся грабителей, и как будто невзначай положил ладонь на рукоятку меча. «Как в дешёвом романе.» — тоскливо подумал капитан — «Сейчас должна прозвучать какая-нибудь банальность…»
— Здравствуйте, господа хорошие! — поприветствовал их небритый амбал, поигрывая тяжёлым мечём, как пушинкой — Небось, спешите куда?
— Нет, конечно. — пожал плечами Лийер, показательно сдерживая зевоту — Но и болтать с каждым встречным времени нет. С дороги, приятель.
— Смотри-ка, каков экземпляр! — воскликнул тот, посмотрев Шорлу за спину. Капитан проследил его взгляд, и не торопясь обернулся, узрев ещё четверых разбойников — двух с мечами, двух с арбалетами. Плохо. — А девка-то какова! Шикарная девка! Гордая, смазливенькая… — причмокнул громила, раздевая Аяни похотливым взглядом, и повернулся обратно к капитану — Короче так: оставляешь ляльку, золотишко, и дуешь себе дальше, усёк? За девчонку не беспокойся, ей у нас понравится. — проговорил он с уродливым оскалом, оголив свои жёлтые зубы. Вокруг дружно загоготали, словно по команде.
— Благодарствуешь, козёл… — без тени улыбки поддержал шутку каперанг — Оно конечно заманчиво, спору нет, но вынужден отказаться.
Что мог ответить самоуверенный вершитель человеческих судеб? Вариантов много, начиная от многозначительного «а тебя предупреждали…», и заканчивая недвусмысленным «ну всё, ты нарвался», плюс множество промежуточных значений в разных вариациях. Но смысл-то, смысл один и тот же, и Шорлу он был известен. Поэтому, тратить время на выслушивание пошлых формальностей капитан не стал, и выдернув меч из-за пояса, резко спрыгнул с лошади… Дежа-ву? Почти. Но арсенал капитана с тех пор заметно деградировал…
Главной опасностью, как и в тот памятный раз, были арбалетчики, но сегодня было полегче: стрелков было всего двое, и стреляли они не в пример хуже — это капитан понял, когда оба железных штыря бессильно просвистели чуть ли не в метре от него. Осознав, что враг ещё жив и даже не ранен, бандиты гурьбой бросились к каперангу, пренебрежительно проигнорировав хрупкую Аяни, что оказалось преступной халатностью… Поочерёдно выкинув перед собой обе руки, девушка метнула два маленьких, но увесистых ножа, и количество грабителей в одночасье сократилось до пяти. Один из убитых завалился сразу — лезвие ушло глубоко в мозг — и из правого виска торчала лишь рукоятка, а второй ещё секунд пять катался по земле, орошая её кровавым фонтаном из проколотой шеи, но в итоге угомонился и он. Воспользовавшись мимолётной суматохой, Лийер с силой обрушил меч на ближайшего нападающего, и его голова, отсечённая молниеносным ударом, полетела на землю по пологой дуге.
Остальное было делом техники: противник, явно не ожидавший такого отпора, разделился на две равные группы, и по инерции продолжал наступление, но прежней уверенности в его действиях уже не было, и вскорости, схватка окончилась полным разгромом агрессора. Аяни разделалась с двумя нападавшими за несколько секунд — проворно увернувшись от размашистых ударов противника, и ни разу не скрестив с ними мечей, она сделала неуловимый выпад, и один из нападавших беззвучно обрушился на землю, рефлекторно схватившись за рассечённую шею. Ещё один выпад, и та же участь постигла второго. Однако, позавидовать её мастерству Шорлу было некогда — сам он с трудом отбивался от налегающих душегубов, да и то, отбивался исключительно благодаря таллским генетикам — с мечом, что ни говори, обращаться каперанг не умел. На его счастье, помощь не заставила себя ждать — одного бандита Аяни зарубила с наскока, шутя обойдя его защиту, а последнего, очумевшего от страха, и оказавшегося в двукратном меньшинстве, достал сам каперанг, наискось срубив ему полголовы. Весь бой, растянувшийся для участников на долгие часы, в реальности уложился секунд в пятнадцать-двадцать.