— Да, это слишком суровое наказание. Я объяснял помощнику судьи, что вышло недоразумение, — сглотнула ком и отвела взгляд.
— И что же сам судья? Не прислушался к твоим показаниям? — Шаарша выражал показушную заинтересованность.
Я зло на него посмотрела. Зачем он это делает? Он прекрасно знает, что было на суде, он же присутствовал там.
— Нет, не прислушался, сказал, что есть закон и перед законом все равны: что король, что слуга, — я повторила слова судьи и продолжила сверлить взглядом мужчину.
— Да, да, припоминаю, судья что-то говорил про равность всех перед законом, а ты так четко запомнил. У тебя хорошая память, — мужчина встал и начал ходить вокруг меня. Сейчас он,
действительно, напоминал змея, готовящегося к прыжку.
— Что вы хотите? — я чувствовала себя неловко, когда мужчина заходил за спину.
— Я хочу тебя, ты же знаешь. А вот ты хочешь короля Эдуарда. Интересно, правда? — в голосе Шаарши начали проступать шипящие звуки. Как я поняла, это наступает, когда его змей особенно
силён или готов сменить ипостась на змеиную.
— Вы ошибаетесь. Я не хочу Эдуарда, — порывистость моего ответа выдала меня полностью. Я почувствовала, как румянец приливает к щекам, и прикусила нижнюю губу от досады, что так легко выдала себя.
— Не лги. Ты скрываешь это, но я-то вижу, потому что знаю, куда смотреть. Ты думаешь, придворные долго будут закрывать глаза на ваши «близкие» отношения с королем? Ты думаешь, он выберет тебя, а не корону и долг перед своим народом? Ведь это он должен снять проклятье. Он верит, что судьба выбрала именно его, и советники искусно подкармливают в нем чувство долга. И ты думаешь, для тебя наказание будет другим? – змей- искуситель указал на эшафот.
А там действие разыгрывалось полным ходом. Осуждённого вывели на место предстоящего наказания, и глашатай зачитывал решение судьи. Вот оглашение приговора окончено, и мальчик со свитком уходит с деревянного настила. Бывший слуга короля дрожит и плачет, он падает на колени и молит короля о пощаде. Я читала закон, касающийся этой части наказания. Король может его помиловать, смягчить наказание, но не станет этого делать. Накануне я стояла на коленях перед королем и умоляла его смягчить наказание, о помиловании я и не смела просить. Но Эдуард был непреклонен, он отказал. «Если я смягчу наказание, то это даст понять моим подданным, что я дал слабину в этом. Начнётся эпоха разврата и насилия, я обязан думать обо всем народе, пусть и пожертвую одним из него».
Я с ужасом смотрела, как мужчину начали раздевать. Слёзы жалости жгли глаза, и я из последних сил старалась не расплакаться. Но вот с мужчины сняли всю одежду, а он стоит на эшафоте обнаженный, униженный и плачет. Я не выдержала и тоже разрыдалась, рухнула на колени и спрятала лицо в руках.
— Тебе его жаль? Или ты представил себя на его месте? — над ухом раздался шипящий голос змея.
— Что вы от меня хотите? Зачем мучаете своими словами? — я убрала руки от лица. Мужчина присел около меня и взял за подбородок, стирая большим пальцем влагу со щеки.
— Я хочу, чтобы ты понял, что оставаться рядом с Эдуардом тебе просто опасно. Если ты дашь мне своё согласие перейти ко мне на службу, то я попрошу короля о смягчении наказания, — мужчина следил за моим лицом. Я была для него как открытая книга, он читал все мои эмоции. А сейчас он меня откровенно шантажировал. Я снова посмотрела на осуждённого, его привязывали к столу. Потом этот стол поставят вертикально, чтобы зеваки смогли разглядеть все в подробностях. Перевела взгляд на короля Эдуарда. Он с каменным лицом смотрел на происходящее, а девица жеманно хихикала и терлась об него. Перевела взгляд на ложу короля людей, встретилась глазами с Ником. Со своего места он наблюдал всю картину, которая сейчас разыгрывалась в ложе змея.
— Я согласен, — еле слышно прошептала, а змей подскочил ко мне, рывком поднял на ноги и прижал к себе. Только вот эти слова я адресовала не Шаарше, а Нику, и он понял меня, кивнул и перевел взгляд на площадь.
— Повтори! — потребовал Шаарша.
— Я согласен перейти к вам на службу, но не более того, так что пустите меня, — я попыталась отпихнуть мужчину от себя, но силы были явно не равны. Да, я шла на откровенный обман змея, так как ни к кому я переходить не собиралась. Мне хотелось согласиться на предложение Ника и сбежать вместе с ним в королевство людей.
— Это мы ещё посмотрим, — слова были произнесены еле слышно, явно не предназначались для моих ушей. Меня усадили в дальний угол ложи, а король змей вышел к самому ограждению и громко, хорошо поставленным голосом прокричал обращение королю.
Что происходило дальше, я уже плохо помню. Шаарша просил о смягчении наказания, король давил на решение суда и равность всех перед законом. Шаарша настаивал, что он, как король соседнего государства, в котором допустимы такие отношения, не может безучастно смотреть на это и просит помиловать осуждённого.
Король отказывается, но соглашается на смягчение наказания. Я все это время смотрела на слугу. Как только он понял, что ему сейчас не отрубят ничего, то снова бросился на колени и плакал от счастья. В конце он попросил короля отпустить его служить королю Шаарша. Эдуард согласился. Конечно, если он выживет после смягченного наказания. Двадцать ударов плетью по спине. Сперва Сэм побледнел, пошатнулся, но взял себя в руки и выпрямился, всем своим видом давая понять, что готов принять наказание. Ему разрешили надеть белье, привязали этому же столу, только теперь спиной к зрителям. Первые удары и тонкие струйки крови из рассеченной от удара плетью кожи начали стекать по спине слуги.
Я, не отрываясь, смотрела за этим ужасом, и меня начало мутить. Каждый удар плетью отдавался у меня в голове, и я будто чувствовала его на своей коже. К концу наказания у меня было ужасное состояние. Дурнота и слабость - вот что я чувствовала, когда уходила из ложи короля змей. Он вызвался проводить меня до моих покоев, и я безропотно кивнула, не найдя в себе сил отказать или возразить. Мы теми же окольными путями оказались около моей комнаты.
— Отправляемся после Большого бала, — сообщил Шаарша.
— Куда? — я не слушала его весь наш путь и только сейчас выплыла из этого дурмана.
— Как куда? Ты меня совсем не слушал, — укорил змей, а мне, признаться, было совершенно не стыдно. — Ко мне в королевство отправляемся после Большого бала.
— А когда этот треклятый бал? — я была морально опустошена, мне хотелось отдыхать, а не видеть довольное лицо змея.
— Завтра вечером, так что послезавтра отправляемся, — Шаарша чуть ли не пританцовывал от хорошего настроения.
— Хорошо, — я устало кивнула. — Я бы пошел отдыхать, — уже практически валилась с ног от упадка сил.
— Конечно, конечно, отдыхай, — мужчина порывисто прижал меня к себе и также резко отпрянул. Я осталась стоять в дверях комнаты, провожая спину Шаарши взглядом.