О, идея! Я возьму книгу сказок и почитаю ему.
А еще надо сходить в город, а то я как затворница сижу в замке. И только вот змей меня на прогулку вывел. А может, ему предложить сходить в город?
Завтра книгу почитаем, а сегодня в город. Ладно, решу по ходу. Книгу возьму на всякий случай. Но посмотрим, как встреча пройдёт. Змей в своём желании опорочить действия Эдуарда рассказывает мне много интересного, этим надо пользоваться.
Размышляю, а сама кручусь перед зеркалом; хоть в закрытой ванной комнате полюбуюсь собой. Волосы, конечно, у меня отпад. Откидываю их на спину, и, вывернувшись, любуюсь.
Густые, ложатся небольшими волнами, блестят. Но вдруг мое внимание привлекает одна деталь. Перебрасываю волосы на плечо и снова смотрю на свои лопатки. На них снова непонятно что, но как? Я же полчаса назад все досконально высматривала. И тут до меня доходит. Натягиваю на палец кольцо и снова смотрю в зеркало: серых рисунков нет, снимаю кольцо - рисунки есть. Вот теперь все стало ясно. Вернее, ничего не ясно, но хотя бы понятно, куда эти рисунки делись. Я рассматриваю это все художество. Определенно, это не сыпь и не болезнь, не чешется и не доставляет дискомфорта. Я вообще их не чувствую. Если б не глазела сама на себя, то и не заметила бы эту роспись.
Спросить мне об этом не у кого, если начну задавать вопросы, то привлеку ненужное внимание. Да и как тут вопрос сформулировать: «А у вас в королевстве не было случаев, когда у людей рисунки на спине появлялись?», так что ли спрашивать? Нет, надо помалкивать и смотреть, что ж там за рисунок появится. Сейчас только нечеткие линии, а дальше что? Может, там татуха на всю спину будет, как у якудзы?
Ладно, что-то я долго увлеклась разглядыванием своей спины и потеряла счет времени. А мне ж к змеюке подколодной идти. Одеваюсь и натягиваю кольцо, последний взгляд в зеркало и выхожу из ванной комнаты. Подхожу к столику, хватаю книгу со сказками и направляюсь к выходу.
— Собрался как на свидание, — в дверях смежной комнаты стоит Эдуард. Вздрогнула и чуть не заорала, но вовремя взяла себя в руки.
— Доброе утро, Ваше Величество, — я внимательно присмотрелась к королю.
Растрепанный, под глазами залегли тени, волосы всклокочены. Он делает пару шагов в комнату, и я понимаю, что он просто пьян. Движения смазаны, нарушена
координация, и я спешу навстречу королю, подхватываю его под плечо. Удержать
его от падения я не смогла, но сменила траекторию, и мы заваливаемся на мою застеленную кровать.
— М-м-м-м, как ты пахнешь, — король уткнулся мне в изгиб шеи. Водит носом за ухом и сгребает меня в охапку. Мы упали очень неудачно для меня. Я лежу распластанная под Эдуардом, а он и не думает меня выпускать или откатываться в сторону. Мужчина заграбастал меня и, кажется, собрался засыпать. Нет, нет, нет.
— Ваше Величество, не надо спать, выпустите меня, — я пыхчу под оборотнем, а ему хоть бы хны.
— Спи, — бурчит мне король и, перекатившись на бок, прижимает меня к своей груди, а я чувствую упершееся в меня утреннее возбуждение мужчины. А вот это уже опасно. Пытаюсь разжать объятия мужчины, но это совершенно бесполезно, он только еще сильнее прижал. Замираю, король дышит мне в затылок и бормочет что-то несвязное, но, по его мнению, милое и приятное. Прислушиваюсь.
— Милый мой малыш, никому тебя не отдам: ни змею, никому. Будешь всегда рядом, мне никто не нужен, только ты, маленькая моя, — король прижимает меня к себе, а у меня слезы на глазах. Он в дурмане опьянения обращается ко мне как к девушке. Бессознательно он чувствует больше, чем в здравом рассудке. Слезы переходят в рыдания, и я утыкаюсь лицом в подушку.
—
Эй, ты чего? Я больно сделал?? — ороль ослабил хватку и отстранился немного.
— Пустите меня, — король послушно отпускает меня и смотрит немного поплывшим >взглядом. Сползаю с кровати, старательно пряча лицо от мужчины, потому что не хочу, чтобы он видел меня зареванную, пусть и в мужском обличии. — Прости, я сам не знаю что творю, — мужчина откинулся на подушки и прикрыл глаза рукой. — Я посплю у тебя, ладно?
— Конечно, — бегу к выходу. На душе так погано, словами не передать. Хочется кричать в голос, но я стараюсь держать себя в руках. Не время и не место, а душа рвется на части. Прижимаю книгу к груди, а сама склонила голову, бегу по коридору. Надо идти развлекать Шааршу. И только эта мысль промелькнула, я врезалась в кого-то.
Поднимаю глаза и смотрю на змея. Он хмур, внимательно смотрит на меня, исследуя взглядом каждый сантиметр моего лица. От его взгляда не укрылись припухшие от слез глаза и тоска во взгляде.
— Иди сюда, — вдруг мужчина резко прижал меня к себе и обнял. Это подействовало на меня как спусковой крючок, и я разревелась, уткнувшись ему грудь.
Змей меня утащил в какую-то нишу, и я там от души проплакалась. Он лишь поглаживал мне плечи, не позволяя ничего лишнего. В конце истерики сунул мне платок, и я постаралась реанимировать свое зареванное лицо.
— Простите, — я хотела вернуть платок, но, посмотрев на то, в каком он состоянии, решила не возвращать. Думаю, он у него не последний, перебьется и без платка.
— Кто обидел? — змей хмыкнул, заметив мои телодвижения с платком.
— Никто, просто соскучился по дому, — это единственное, что более менее похожее на правду пришло мне на ум.
— Понимаю, — как-то задумчиво произнес эти слова Шаарша. — Скоро Большой бал, развлечешься.
— А что там будет?? — я постаралась разговорить короля змеев. Не знаю, понял ли он мою хитрость или нет, но увлеченно начал рассказывать все то, что уже знала, я молча слушала. Король увлек меня снова в парк, и неспешно мы дошли до уже облюбованной нами ранее беседки.
— А что это у тебя? — мужчина обратил внимание на книгу у меня в руках, я повернула ее к нему обложкой, и он прочитал название. — Любишь сказки?
— Все любят сказки, — постаралась уйти от ответа. — Я взял ее, чтобы нам почитать.