До мозга костей (ЛП): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Кири

К моменту, когда мы будем стоять у врат ада, Джек Соренсен будет умолять меня предать его Дьяволу. Я проложу наш путь в ад его кровью. Его мечтами. Его стремлениями. Его неудачами, каждая из которых будет сотворена моей рукой. Я оставлю за нами след его разрушения, который будет сиять вечно. И я наслажусь каждой гребаной секундой его мучительного пути...

Как только закончится моя речь на вручении Благотворительной Премии Аллистера Брентвуда.

Я осматриваю толпу. Отсутствие доктора Соренсена оставит в моей памяти тонкий шрам об этом дне, вырезанным с точностью скальпеля, как он и задумывал. Тем не менее, моя улыбка не меркнет. Я с энтузиазмом аплодирую другим победителям. Когда Джой Лин приносит шампанское, мы чокаемся бокалами и говорим тосты друг за друга. Я такая же игривая, как и пузырьки, скользящие по фужеру. Но когда они попадают в её горло, они сразу же лопаются в пылу моей ярости.

— Джек за кулисами? Я не видела его весь вечер. Он вообще здесь? — спрашивает Джой, её глаза пробегают по комнате с черными галстуками и натянутыми улыбками, прежде чем её тяжелый взгляд останавливается на мне. Я приглаживаю рукой каштановые волны, каскадом спадающие на плечо, и в замешательстве пожимаю плечами.

— Ничего страшного, если его здесь нет. Уверена, доктор Кэннон сможет выступить вместо него, — отвечаю я, позволяя себе скрипнуть зубами только тогда, когда Джой с гримасой отводит взгляд.

Конечно, блять, его здесь нет.

И как и следовало ожидать, когда ведущий начинает вручение награды за благотворительность в сфере образовании, он объявляет доктора Кэннона для вступительной речи, а не доктора Соренсена.

Нет, не доктора Соренсена.

Джек Соренсен, чьи исследования не финансировались бы без моих усилий по сбору более двух миллионов долларов для его полевой школы¹. Чьи ученики получили стипендии из созданного мной фонда. Чьи похвалы были положены в фундамент, который я построила. Без меня Джек Соренсен был бы просто ещё одним блестящим ученым, чья работа сияла бы как далекая звезда на небе, красивая, но не впечатляющая, постоянно борющаяся за освобождение от чёрного покрова посредственности. Благодаря мне Джек Соренсен сияет, как полная луна.

Я — солнце, чей свет отражается на его холодной, отдалённной маске.

И я — небесный огонь, который уничтожит его.

— ...и с тех пор, как три года назад доктор Рос присоединилась к преподавательскому составу Университета Уэст Пейн, она посвятила своё свободное время развитию Местной Исследовательской Школы Колледжа судебной медицины имени У. М. Басса, что позволило университету приобрести почти пятьдесят акров земли для полевых исследований с нашей недавно открытой специализированной лабораторией, — говорит доктор Кэннон, в то время как на экране появляются изображения студентов, работающих в лаборатории, отвлекая моё внимание от кружащихся мыслей об убийстве с помощью спичек и бензина. — Она сыграла решающую роль в программе донорства тел, важную роль в создании академической конференции мирового уровня, которая ежегодно привлекает лучших специалистов в области судебной медицины в Университет Уэст Пейн, и основала стипендиальную программу, которая ежегодно поддерживает обучение трех достойных аспирантов, — доктор Кэннон находит меня под прожекторами, освещающими сцену, и улыбается с искренней теплотой. — Для меня большая честь вручить доктору Росу награду Брентвуда за благотворительность в образовании.

Публика аплодирует, и я поднимаюсь со своего места рядом с Джой. Моя улыбка расширяется, слова поздравлений направляют меня прямо к сцене. Поднимаясь по ступенькам, я приподнимаю юбку платья в пол и направляюсь к подиуму, чтобы пожать руку доктору Кэннону. Его потная, горячая ладонь сжимает мою, а я беру награду из стекла за основание из красного дерева, пока фотограф снимает нас. Когда доктор Кэннон наконец отпускает мою руку и отступает назад, я смотрю в другой конец зала.

Моё внимание привлекает высокая фигура в тени недалеко от дверей. Он прислонился к стене с напитком в руке, совершенно спокойный в отсутствие света.

Джек, мать его, Соренсен.

Я отвожу взгляд и улыбаюсь аудитории.

— Большое спасибо, доктор Кэннон, за прекрасные слова. А Фонду Брентвуда я очень признательна за возможность не только принять эту награду, но и беззастенчиво прорекламировать уникальную программу криминалистики нашего университета. Я вижу вас, миссис Спенсер. Не думайте, что я не подойду к Вашему столику до конца этого вечера, — шучу я, и толпа смеется, когда престарелая женщина машет рукой, на её пальцах сверкают куча бриллиантов. — Но, если говорить серьезно, я должна выразить свою благодарность таким щедрым спонсорам, как миссис Спенсер. С момента моего прихода в Университет Уэст Пейн у меня было видение того, чем мы можем стать: одним из лучших исследовательских центров криминалистики в стране. Ваша поддержка позволила нам достичь и сохранить этот статус. Наши студенты — лучшие представители нового поколения судмедэкспертов и криминалистов, и они учатся и оттачивают свои навыки в академической среде мирового класса. Наши преподаватели занимают ведущие позиции в области криминалистических исследований, способствуя значительным достижениям в области криминалистической археологии, энтомологии и ботаники. Эти достижения были бы невозможны без наших спонсоров и их поддержки. Я смиренно принимаю эту награду и хотела бы поблагодарить своих коллег, которые играют важную роль в нашем постоянном успехе.

Я продолжаю перечислять все имена, которые я запомнила. Хью Кэннон. Джой Лин. Амаль, Кристина, Люк. Мадлен Готье, хотя она так же полезна, как соски на камнях. Брэд Томпсон несмотря на то, что он часто тупит, а иногда ведет себя, как придурок. Майк Митчнер, главный сторож лабораторий, даже он удостоился упоминания.

Единственное имя, которое я не произношу, это Джек Соренсен.

Он должен был быть в начале моего списка. Имя, которое привлекает так много внимания к нашей академической программе. Главный преподаватель кафедры судебной антропологии, чьи исследования в области разложения человеческого тела вывели нас на первый план.

Я не упоминаю его.

Нахожу Джека в тени, представляя себе каждую деталь его лица, его холодные серые глаза, скрытые темнотой. Я обвожу взглядом его фигуру с очаровательной улыбкой.

— Теперь, когда я назвала буквально всех, кроме моей собаки и внучатого троюродного племянника, я просто хотела ещё раз сказать спасибо, — говорю я, в то время как аудитория смеется. Мои глаза остаются прикованы к призраку у двери, когда я поднимаю награду, затем перевожу взгляд на столик в середине первого ряда, — семье Брентвуд, которая продолжает наследие щедрости и заботы Аллистера о других, устраивая такие прекрасные мероприятия. Для меня это большая честь. Спасибо.

Публика аплодирует. Мерцают вспышки фотоаппатаров. Я улыбаюсь. Машу рукой. А после спускаюсь по ступенькам под новые слова поздравлений и направляюсь к своему столику.

Джой передает мне бокал с шампанским, но придерживает ножку.

— Ты кое-кого забыла, — говорит она.

Я вырываю охлажденный бокал из её пальцев.

— Не уверена, что понимаю, о чём ты, Джой. Твоё здоровье, — я чокаюсь своим бокалом и отворачиваюсь.

— Поздравляю, Кири, — говорит доктор Кэннон, садясь справа от меня и беря мою награду, чтобы рассмотреть надпись, выгравированную на стекле. — Еще одна награда в дополнение к твоей впечатляющей коллекции. Ты будешь использовать её как подставку для книг или пресс-папье?