— Ты моя, — проговорил он, его палец нашёл мой клитор.
— О, Боже.
Эти медленные, идеальные круги, которые он один умел рисовать, станут моей погибелью.
— Ты можешь думать о том, что какой-то незнакомец видит нас вместе, но ты моя, Лайла. Моя, чтобы целовать. Моя, чтобы трахать.
Я застонала, когда его палец стал двигаться быстрее, доводя меня до предела.
— Скажи это. Скажи, что ты моя.
— Нет.
Как я могла отдать себя ему, зная, что он уезжает?
— Скажи это, Лайла.
Я покачала головой.
Вэнс тяжело вздохнул, его голос звучал почти умоляюще: — Блу.
Я открыла глаза, встретив его взгляд.
Он толкнулся вперёд, найдя ту самую точку, которая заставляла меня чувствовать, будто я создана только для него.
— Пожалуйста.
Сколько раз он заставлял меня произносить это слово, чтобы просить об оргазме. Но сейчас это «пожалуйста» звучало иначе. Оно было пропитано отчаянием.
У меня навернулись слёзы. Я коснулась его щеки и прошептала: — Твоя. Только твоя.
Он прижался губами к моим губам, заглушая мой вздох. Затем задвигался быстрее, сближая нас, пока единственным звуком не стало столкновение наших тел и прерывистое дыхание.
Я вскрикнула, и мой крик эхом отразился от стен. Он был близок к тому, чтобы последовать за мной, изливаясь долгим и горячим потоком в мое тело. И когда я без сил упала ему на грудь, его руки обвились вокруг меня, как цепи.
Боже, мне хотелось плакать. Почему он должен был уйти? Почему у него должна была быть такая жизнь за пределами Куинси? Жизнь, о которой я ничего не знала?
Слёзы снова подступили к глазам, но я зажмурилась, не позволяя им пролиться. Ещё рано. Я решительно сказала себе, что буду плакать только тогда, когда он уедет. Сейчас было глупо тратить на это наше драгоценное время.
Поэтому я прильнула к нему, уткнувшись лицом в изгиб его шеи, чтобы вдохнуть этот свежий, землистый аромат. Мы оставались в таком положении, пока наши дыхания не выровнялись, и он не отстранился, поправляя свою одежду и помогая мне снова надеть джинсы.
— Ты в порядке? — спросил он.
— А ты?
Он не ответил.
— Вэнс? — тихо спросила я. — Поговори со мной. Что случилось сегодня?
— Я схожу с ума, — вздохнул он, проводя рукой по волосам. Затем снова поднял меня и усадил на стойку. Он дважды прошёлся по комнате, меряя шагами пространство. — Мне показалось, что я увидел дочь Кормака.
— Его дочь?
Его дочь. Разве он не убил её?
Вэнс остановился и печально улыбнулся мне.
— Она мертва. Я знаю, что она мертва.