Было ли это причиной моего интереса к Вэнсу? Быть может, этот маленький городок научил меня удовлетворять свое любопытство? Что секреты не священны, они были вызовом?
Или, может быть, я была просто женщиной, которая хотела узнать больше о мужчине, которого впустила в своё тело.
Я отмахнулась от этой мысли. Сегодня был первый понедельник октября. Понедельники обычно были спокойными, особенно в это время года, когда туристов в городе почти не было.
В такие дни я обычно позволяла Кристал готовить кофе и обслуживать клиентов, а сама часами украшала витрины, вручную рисуя белые паутинки в углах стёкол. В печи пеклось печенье на хэллоуинскую тему, а на стойке для украшения стояла банка с разноцветной кукурузой.
Я всегда с нетерпением ждала Хэллоуина. Но одна только мысль о том, чтобы достать кисти и начать украшать окна, вызывала у меня раздражение.
Что со мной было не так? Когда я снова начну чувствовать себя собой? Прошло уже несколько недель с того дня у реки. Когда это перестанет так давить на мою душу?
— Лайла!
— А-а! — я подпрыгнула, чуть не слетев со стула, когда Кристал положила руку мне на плечо. — О Боже, ты меня напугала.
— Прости, — она виновато улыбнулась. — Думала, ты услышала, как я зашла через заднюю дверь.
— Всё в порядке, — я отмахнулась, сделав глубокий вдох, чтобы сердцебиение вернулось к норме.
— Что ты делаешь? — спросила она. — Просто сидишь в темноте?
— О, я просто... — я запнулась, выдумывая на ходу, — просто пытаюсь придумать, как нарисовать паутинки, а потом превратить их в снежинки после Дня благодарения.
— Хорошая идея. Предложила бы помочь, но я абсолютно безнадёжна в таких художественных проектах, — сказала она с преувеличенной гримасой.
Сегодня её губы были накрашены помадой цвета моркови. У Кристал была своя помада на каждый день месяца — от синей до красной и даже зелёной.
Её эксцентричность была одной из причин, почему я взяла её на работу. Ей было всё равно, что некоторые ворчливые старики в городе странно смотрели на неё, когда она красила губы в фиолетовый. Она была уверена в своём стиле и в себе.
Раньше я тоже чувствовала себя так же. Но в последнее время всё изменилось. Всё изменилось с того дня у реки.
Может, дело было в синяках? Стану ли я снова собой, когда они исчезнут окончательно?
Мой взгляд снова устремился к окнам.
— А что, если в этом году не будет паутин? Что, если мы пропустим снежинки?
— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась Кристал. — Хочешь сделать что-то другое? Паучков или что-то ещё?
Или что-то ещё.
— Я что-нибудь придумаю, — выдавила я из себя улыбку и пошла за ней к стойке, чтобы помочь подготовиться к дню.
Я притворялась, что всё нормально. Улыбалась так, будто всё было по-прежнему.
Через десять минут после того, как Кристал открыла двери в шесть утра, зазвонил дверной колокольчик, и я подняла взгляд от латте, который готовила для себя.
Вэнс пересёк кофейню и остановился у стойки.
— Привет.
— Доброе утро.
Я была уверена, что он давно ушёл в горы, но при Кристал решила ничего не спрашивать.
Его шапка скрывала растрёпанные волосы. Пальто плотно облегало широкие плечи. Его яркие глаза прошлись по мне с головы до ног.
— Кофе.