Запретная любовь. Forbidden Love: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Джейкоб улыбнулся.

– Ты в доме хозяин. Делай то, что считаешь нужным.

В душе я намеренно задержался подольше. Вышел, обтёрся махровым полотенцем, надел свежую рубашку, просторную, чтобы телу легче дышалось, и вернулся в гостиную с бутылкой белого сухого вина, лучшего напитка для утоления жажды. Джейкоба не было. Я зашёл на кухню – пусто, открыл дверь спальни и застыл на пороге – Джейкоб лежал в моей постели, голый, слегка прикрытый простынёй, и улыбался блаженно.

– Подойди ко мне, – нежным голосом попросил он и протянул руку.

Ноги не слушались, стали вдруг ватными. Я с трудом сделал два шага и остановился на полпути.

– Сядь рядышком, дай мне руку.

Я продолжать стоять, сжимая в руках бутылку.

– Смелее, – подбодрил Джейкоб.

Запрограммированное решение тяжело отменить. Руки, ноги, все части тела слепо повиновались коду, неделю как завладевшему сознанием. Подчиняясь ему, осторожно присел на краешек постели. Джейкоб блаженно улыбнулся, слегка сжал протянутую руку и побледнел. Глаза выкатились из орбит и застыли, превратившись в два безжизненных глянцевых стёклышка. «Он умер?» – испугался, внезапно пришедшей догадке.

– Джейкоб! Джейкоб!

Романтик не подавал признаков жизни. Похлопал по щеке – ноль эмоций. Неподдельный страх сковал разум: что делать? Угораздило так глупо влипнуть! Как объяснить детективам, почему малознакомый старик, раздетый догола, оказался в моей постели, и почему он умер, едва я вошёл в комнату. Естественная смерть? Всему есть причина. Обшарив карманы, обнаружил коробочку от лекарства «Виагра-Плюс». Джейкоб не доверял себе и подстраховался перед интимной близостью? Возбуждающее лекарство расширяет сосуды, усиливает кровоснабжение и увеличивает нагрузку на сердечно-сосудистую систему. Джейкоб не рассчитал силы, принял двойную дозу, и сердце объявило локаут, не выдержало нагрузки. Поверит ли полиция в разумное объяснение?

На столе лежали портмоне с кредитными карточками, и двумя двадцатидолларовыми купюрами, кастет, телефон и связка ключей. Я раскрыл телефон, увидел, что вход заблокирован, и нажал на единственно доступную кнопку «Аварийная». Раскрывшееся меню предложило выбор: «911» или «Джо». «Сын», догадался, вспомнив, что Джейкоб пару раз упоминал его имя, на мгновенье замешкался, отключил функцию «видео», и решительно нажал «Джо». К счастью, он оказался дома. Телефон отца высветился на его дисплее, и он весело поздоровался: «Привет, па! Где ты?»

– Твой отец у меня дома, – пробормотал я, запинаясь. – Срочно приезжай, ему плохо, – назвал адрес, не решившись сказать правду. Затем позвонил в полицию и коротко обрисовал ситуацию.

Полиция и «скорая помощь» прибыли одновременно, через десять минут. Засвидетельствовали смерть, составили протокол, и увезли тело в морг для проведения судебно-медицинской экспертизы.

Я перезвонил Джо – он уже был в дороге – выразил соболезнование и перенаправил в госпиталь. Едва завершил разговор, явился детектив в сопровождении двух полицейских в униформе и двух в штатском. Пока детектив задавал вопросы, казавшиеся рутинными, соответствующие выяснению обстоятельств внезапной смерти, штатские тщательно осмотрели квартиру, порылись в ящиках рабочего стола и скопировали содержание компьютера. Когда они закончили, детектив мне вручил повестку в федеральный суд Южного округа штата Нью-Йорк.

День, так прекрасно начавшийся, завершился трагедией. Я всегда говорил, что радужные ничем не отличаются от нерадужных! У тех и других, первая любовь, как правило, неразделённая. Или трагическая. История любви Татьяна и Олега Ларина, Ленского и Онегина, случившаяся в далёком прошлом и блистательно разыгранная на сцене бродвейского театра, – наглядное тому подтверждение. Как и моя несостоявшаяся любовь с истинным джентльменом и благородным романтиком, Джейкобом Стайном.

Глава III

Коварный замысел

Похороны назначили на следующий день. Утром позвонил Джо, загомонил, не пытаясь выслушать собеседника. Из бессвязных слов я разобрал лишь вопль: «для любовных утех ищи кого-нибудь помоложе!» Выплеснув эмоции, он остыл и продиктовал адрес похоронного дома, в котором в три часа пополудни назначено прощание с Джейкобом.

Ситуация патовая. С покойником при его жизни виделся трижды, включая случайное знакомство в ресторане на дне рождения приятеля. Но учитывая трагические обстоятельства, отягощённые полицейским прошлым умершего, отсутствие на похоронах усилит подозрения в причастности к его смерти. Когда на столе лежит вызов в суд, каждый шаг надо тщательно выверять.

…Зал похоронного дома братьев Фелони был переполнен. Присутствовала суррогатная мать Джейкоба, худенькая, сгорбившаяся в три погибели девяностопятилетняя еврейка, из уважения к которой Джо похоронил отца на еврейском кладбище в Стэйтен-Айленде. Родные братья Джейкоба, выношенные той же суррогатной матерью, произнесли трогательные речи. Затем к трибуне подошёл Джо, но, не сумев сдержать чувств, дрожащим голосом вымолвил: «Дорогой папочка», – и упал в обморок. Ему тут же оказали медицинскую помощь. Выступали бывшие коллеги Джейкоба, рассказывали о его героических подвигах, храбрости, честности и благородстве. Подушечки с орденами, лежащие перед гробом, подтверждали сказанное.

Я сидел в задних рядах, ни к кому не подходил, и ни с кем словом не перекинулся. Никто из присутствующих на траурной панихиде не остановил на мне взгляд, чему, не скрою, был рад. Наверное, я вполне мог бы остаться дома, но понимая, что весь город обвешан камерами наблюдения полиции, во избежание предвзятых толкований, решил отправиться со всеми на кладбище.

…После прочтения кадиша первыми в могилу бросили горсть земли близкие родственники. Поочерёдно к яме подходили друзья Джейкоба, провожавшие его в последний путь, наклонялись, кидали на гроб прощальную горсть земли, взмахивали несколько раз лопатой, и уступали место следующему провожающему. Я пристроился посредине, выполнил печальную миссию, отошёл на двадцать шагов и стал терпеливо ждать завершения ритуала. Когда друзья и родственники попрощались, зачастили лопаты рабочих кладбища.

– Здесь все памятники, как дети от одной мамы, – нежданно прозвучал за моей спиной сиплый голос.

– Что?! – вздрогнул я и обернулся.

Выглядевший ровесником Джейкоба, плотный мужчина в чёрных очках и большом тёмно-синем берете, надвинутом на лоб, повторил:

– Я говорю, здесь все памятники похожи друг на друга. Как дети от одной мамы.

– В общем-то, да. Кладбищенские памятники говорят: «кем бы ты ни был в земной жизни, и какими бы богатствами ни ворочал, смерть, а точнее кладбище, всех уравнивает».

– Что, правда, то, правда, – согласился незнакомец. – Кладбище примиряет заклятых врагов, жертв и преступников. Разрешите представиться: Питер Робинсон, бывший коллега Джейкоба.

– Роберт Маркус.

– Вы были сексуальным партнёром Джейкоба, – заметил Питер.