— Пришла только Джемма. Клео не успела. Они с мамой сильно поссорились, поэтому ей не разрешили уйти. Мама сказала, что для меня важно появиться.
— Ты слышала что-нибудь интересное?
— Честно говоря, я не очень внимательно слушала. Я была… — Она проводит руками вверх и вниз по бедрам. — Я просто пыталась держать это вместе перед всеми.
Рас хмурится. — Почему?
— С моим мужем все было плохо, и я не хотела, чтобы кто-нибудь об этом узнал, — говорит она. — Подробности не имеют отношения к этой истории.
Она стреляет в меня взглядом. — В любом случае, Джемма беспокоилась о нашем отце. Она сказала что-то о том, что он кажется не в себе. Он добавил дополнительную охрану всей семье.
— Он чего-то боялся, — заключаю я.
— Папа всегда был осторожен, когда дело касалось безопасности, но Джемма не стала бы преувеличивать то, чего не было на самом деле. Она всегда уделяла гораздо больше внимания его делам, чем я.
— Что-то еще? — Рас давит.
— Я рано ушла с вечеринки. Лазаро хотел, чтобы я вернулась домой. Мой двоюродный брат Тито отвез меня, и мы разговорились. Мы всегда были дружелюбны. Он сослался на то, что был разочарован тем, что ему пришлось провести долгие часы, работая на какого-то мудака. Он не уточнил, кто такой мудак. Он сказал, что он, его отец Лазаро и мой брат Винс были замешаны во всем этом.
— Брат? — Я спрашиваю.
— Он живет в Швейцарии.
Рас чешет подбородок. — Он денежный агент твоего отца?
— Да. У меня сложилось впечатление, что все они, по сути, были отданы в аренду кому-то за пределами клана и выполняли их приказы.
— Это, должно быть, Сэл, — размышляет Рас. — Мы знаем, что Лазаро выслеживал Мартину.
— У твоего отца есть привычка делать одолжения?
Валентина закусывает верхнюю губу. — Насколько я знаю, нет, но это не имеет большого значения. Я предпочла держаться подальше от его дел.
Рас отталкивается от стены и подходит ближе. — Но твоя сестра более вовлечена?
— Я бы не сказала, что она замешана. Просто любопытно. Когда мы были детьми, она подслушивала возле кабинета отца. Ей нравилось слушать его секреты. — Вэл скрещивает ноги. — Я не знала.
Мы с Расом переглядываемся. Это немного, как и предупредила меня Вэл. Мы близки к тому, чтобы подтвердить, что Гарзоло был в какой-то договоренности с Сэлом, но нам нужно больше подробностей.
— Ты уверена, что не представляешь, почему твой отец согласился работать с доном Казалезе?
Она качает головой, выражение ее лица угрюмо, затем ее глаза расширяются. — Ой! Джемма также сказала, что папа намекал на то, что отдаст ее одному из Мессеро. Это еще одна семья в Нью-Йорке, но, насколько мне известно, мы всегда держались от них на расстоянии. Меня удивило, что заговорили о женитьбе. Я понятия не имею, почему папа искал с ними союза.
— Что, если бы ты могла поговорить со своей сестрой? — спрашивает Рас. — Посмотри, что еще она знает. Если она любопытна по натуре, я не могу представить, что твое таинственное исчезновение сделает ее менее любопытной.
Валентина бледнеет. — Поговорить с Джеммой? Но как? Я не могу просто позвонить ей на мобильный. Папа всегда следил за нашими телефонами.
— Если мы разберемся с телефоном, ты поговоришь с ней? — Я спрашиваю. — Ты доверишь ей хранить в тайне твое местонахождение?
Она кусает губу, прежде чем ответить. — Да, я так думаю. Она всегда была верна нашей семье, но не предавала меня. Я должна надеяться, что это не изменилось.
Я поворачиваюсь к Расу. — Это наш лучший способ получить больше информации. Можем ли мы передать ей в руки горелку?
— Я посмотрю, какие связи у нас есть в Нью-Й…
— Контакты можно купить, — перебивает Валентина. — Я не хочу рисковать, втягивая в это мою сестру только для того, чтобы папа узнал об этом до того, как мы поговорим с ней.
Рас задумывается о ней какое-то время, а затем смотрит на меня. — Я могу идти.