— Почему? — уточняю я.
Она улыбается, как дьявол, выглядывая за дверь, потом возвращается к нам.
— Потому что он заставляет всех плакать.
Джина давится кофе, и ее лицо становится розовым. Дэвид протягивает ей свой кулак, и они стукаются костяшками пальцев, прежде чем взорваться.
— Вот дерьмо! — прикрываю рот рукой. Я стараюсь не ругаться в офисе, но с этой компанией это очень сложно. — Это Мэтт Сталворт?
Дэвид даже не поднимает глаз.
— Скорее всего. Они с Итаном давно знакомы.
Все встают из-за стола. Джилл и Джина выбросив мусор, возвращаются к своим рабочим местам. Я смотрю на Мэтта, и мое сердце может дать секретариату фору.
— Правда? — спрашиваю я.
Дэвид усмехается.
Я складываю руки на груди.
— Что?
— Успокойся, фангерл. — Я хихикаю.
— Даже не знаю, о чем ты говоришь.
— Они постоянно тусуются. Пойдем. — Дэвид похлопывает меня по плечу. — Я тебя познакомлю.
Я пытаюсь подавить волнение, но это бесполезно. Мы с папой наблюдали за игрой Мэтта при каждом удобном случае, и я всегда ставила его на первое место в своей фантастической команде. Он игрок с пятью инструментами и почти всегда возглавляет лигу в каждой категории нападения.
«Таких больше не делают. Парень напоминает мне Микки Мэнтла», — говорил папа.
Дэвид, должно быть, чувствует мое нежелание, поэтому легко берет меня за руку и тянет в том направлении.
— Пойдем. Он очень милый.
— О, Боже, ты смущаешь…
— Привет, Мэтти! — Дэвид отпускает меня, пожимая руку Мэтту.
Я пытаюсь спрятаться за ним в надежде, что розовый цвет моих щек волшебным образом исчезнет. Никогда раньше не встречала профессионального игрока в бейсбол, тем более лучшего во всей лиге.
— Привет, рад тебя видеть. — Дэвид совершает попытку сделать шаг в сторону, чтобы представить меня, и я двигаюсь за ним, оставаясь спрятанной за его телом как за щитом. Боже правый, Дженни. Это не помогает мне с румянцем. В моей жизни было немало бесконечно неловких моментов, но этот превосходит их все.
— Ты там в порядке? — Мэтт хихикает.
Я протягиваю руку в сторону и машу. С каждой секундой все больше понимаю, что на самом деле не собираюсь выходить из-за спины Дэвида.
Рука прижимается к моей пояснице. Его рука. Та самая, от которой по моей коже бегут мурашки, а нервы звенят по конечностям.
— Разве вы не должны работать?
Я смотрю на лицо, от которого у меня в мозгу происходит короткое замыкание. Это сенсорная перегрузка, и мое тело естественным образом борется с нервным возбуждением.
— У нас еще есть две минуты обеденного перерыва.
За неделю, пока Итана не было рядом, я успеваю соскучиться по нему. Теперь, когда его самоуверенная ухмылка и великолепное лицо отпечатались в моей памяти, я предпочла бы любоваться им издалека. Он умеет заставить мою кровь кипеть, пока пар практически не вырывается из ушей.