— К старому знакомому… — улыбнулся я.
— Да, он меня очень хорошо запомнил, — хмыкнул батя, затем спохватился: — Хотя нет… Не к нему. Надо ещё кое-куда заехать. Нам ведь нужно поменять владельца попугая, если я правильно понял?
— Ага, — ответил я.
— Есть у меня на примете такой человечек, — хохотнул батя. — Жирнов не захочет с ним связываться. Кремень!
— И кто это? — удивилась маман, провожая нас до двери.
— Роман Олегыч, конечно. Ветеран боевых действий, — воскликнул батя. — Он может таких звездюлей отвесить — мало не покажется.
Батя хотел перекинуть риски с нашей семьи на Романа Олеговича. С одной стороны — хорошо. А с другой — что, если он не справится? Бате придётся хорошо подумать над вопросом безопасности этого человека.
— А может и отказаться, — пробормотала маман, запивая водой успокоительное.
— Он-то? Да ну, вряд ли… По пути ему позвоню, договорюсь, — батя, недолго думая, встал с дивана и вышел в прихожую. — Поехали, Серёга.
— Может, и я с вами поеду? — тихо выдавила маман.
— Наташ, ну что тебе там делать? Нервничать только? Мы сами справимся, — улыбнулся батя и потрепал меня по голове. — Правда ведь, Серёга?
— А то, — засмеялся я. — Если что — вызову Рэмбо.
— Нет, сын, это уже лишнее, — хмыкнул батя.
А по мне самое эффективное средство. Будет наглеть — сделаю так, что он шёлковым станет.
Мы загрузились в авто и рванули в сторону фабрики.
— Роман, есть к тебе одно дело, — произнёс батя в телефон, когда дозвонился до начальника службы безопасности. Он вкратце объяснил ситуацию. Затем добавил: — Жирнова ведь ты знаешь?
— Да, конечно, — тихо ответил Роман.
— Ну так вот, если вдруг наедет и попытается отношения выяснять — сможешь ведь дать ему отпор?
— Да я с радостью. Но это дело рисковое, сам понимаешь, — отозвался Роман.
— Я думаю, если ипотека твоя погасится вдруг досрочно — ты будешь очень счастлив, — намекнул батя.
— Иван Александрович, да я за это… блин, я за это готов хоть всех авторитетов перевалить, — воскликнул начальник службы безопасности.
— Никого валить не надо, — подчеркнул батя, заворачивая к фабрике и останавливаясь у ворот. — Мы уже подъехали.
Подождали пять минут, подобрали запыхавшегося и радостного Романа Олегыча, и сорвались в сторону министерства.
Батя по пути ещё раз объяснил план действий. Пусть берёт ещё двух магов в качестве охраны. Только защищаться и пытаться поговорить по-хорошему. И объяснить, что попугай всё время был дома и так далее. Задержать Жирнова до приезда полиции, но не более того.
Роман охотно со всем соглашался.
Через полчаса мы уже припарковались на стоянке. А попав в приёмную, заметили у кабинета начальника министерства двоих ждунов. То ли за справками сидят, то ли ещё за чем-то.
— Григорий Тимурович больше сегодня никого не принимает, — деловито объявила секретарша, выходя из кабинета.
— А мы не по записи, — ответил батя, и… придержал дверь.
— Что вы с-себе позв-во… — возмущённо зашипела девушка, но батя прошёл вперёд как таран, аккуратно отодвигая её в сторону. А мы с Олегычем — следом.
Оказались у стола Колядова, когда он с кем-то трындел по телефону, хрюкая от смеха.