— Я же тебе объяснял… — я схватился за голову: — Агни, твою ж мать! Ты понимаешь, что мы балансируем между всеобщим одобрением и рекламой насилия⁈
— Но это же террористы! Они убиваю невинных людей. Разве государство не должно избавляться от таких?
— Ох… У государства есть законы. ЗАКОНЫ, АГНИ!!! И, чем выше ты лезешь, тем тише надо быть. На начинающего производственника, никто внимания не обратит. А на Пермского Губернского — думаю, обязательно посмотрят.
— Ну…
— Хорошо. Я знаю, что ты очень умная… Но давай поясню на пальцах. Допустим, ты рекламируешь хлопья для здорового питания.
— Какая гадость…
— Плевать! Ты. Рекламируешь. Хлопья.
— Хорошо…
— Ты вся такая здоровая и пропагандируешь правильное питание.
— Допустим.
— И тут один из твоих фанатов видит, как ты за обе щеки трескаешь огромный жирный гамбургер!
— О, да!!! Хочу!!!
— Как думаешь, будет верить он твоей рекламе?
— «Читмил» придумали далеко не глупцы…
— Не придирайся! Я ещё раз спрашиваю, будут верить рекламе здоровой пищи, если её пиар-лицо хавает фастфуд?
— Наверное, нет?
— Никаких «наверное»! Просто нет и всё. Вот и со мной точно так же! По закону — АБСОЛЮТНО ВСЕ преступники должны сидеть в тюрьме, а не валяться на поле с оторванными конечностями. Губернский дворянин — представитель ВЛАСТИ. То есть, представитель ЗАКОНА! Если я постоянно буду убивать — люди поверят в мою справедливость и правильность?
— Хорошо! Но и сейчас мы не сильно привлекаем внимание. Там всего-то тридцать полицейских машин! Никто и не заметит…
И словно бы ответом на наглое заявление Агни стала толпа ребят на тротуаре. Они радостно махали нам руками и поднимали кулаки в воздух, словно футбольные фанаты, болеющие за своих кумиров.
— Задайте им жару!!! — послышалось сквозь приоткрытое окно.
— Никто не заметит, говоришь? — я с укором посмотрел на Голубику: — Послушай! Я правда ценю твою помощь и рвение… Но куча полицейских машин ассоциируется у народа с тем, что происходит нечто ужасное. Понимаешь? Мы создаём панику на ровном месте!
— Я вас услышала. И всё прекрасно поняла. Но… можно же есть бургеры тайком?
— В том то и дело, что ТАЙКОМ, а не когда мы едем огромной армией в сторону окраины города… Ты меня утомила.
— А если я покажу вам грудь, вы перестанете ругаться?
— Причём тут это⁈ Совсем обнаглела⁈ — нижнее веко опять предательски задёргалось: — Меня дико бесит, когда умный человек притворяется идиотом. За это, я отхлещу тебя по заднице!
— Да, Босс… Моя задница в вашем полном распоряжении!
— Господи… — я выдохнул и откинулся на спинку капитанского кресла: — Если бы люди знали всю правду о том, как творится история — они бы сошли с ума! Есть вещи, которые нельзя показывать. Ни при каких обстоятельствах!
— Мы будем врать?
— Будем показывать то, что не травмирует тонкую человеческую натуру. Есть образ. А есть рабочий процесс. Неужели не понимаешь?
— Я знаю физику. Знаю химию. В политике я не разбираюсь!