Сага о йомсвикингах: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Она сделала так, государь, потому что посчитала важным делом сообщить вам об этом. Она не распутная, но честная и достойная женщина, хоть и не знатного рода, и мы думаем, что она говорит правду.

Конунг сказал:

– Не ждали мы от вас, Пальнатоки, что вы станете впутывать нас в это дело, как сейчас вышло.

– Пусть все останется как есть, – ответил Пальнатоки. – Я не стану спорить с вами, государь, но буду относиться к мальчику так, словно он твой единственный сын. На этом закончим наш разговор.

Вскоре после этого конунг собрался уезжать с пира, и Пальнатоки поднес ему дары. Но конунг не захотел их принять. С Харальдом-конунгом был тогда Фьёльнир, что приходился дядей Пальнатоки, о чем уже говорилось в этой саге. Он просил конунга принять эти достойные дары и не наносить бесчестья такому могучему хёвдингу, отказавшись от его почестей. Еще он напомнил конунгу, что прежде Пальнатоки был его лучшим другом. Его слова убедили конунга – тот принял дары и взял их с собой, но не благодарил за них Пальнатоки, и видно было – ему не по нраву, что Пальнатоки объявил этого мальчика его сыном.

На том они и расстались. С тех пор они были в разладе и прежней их дружбе пришел конец. Конунг отправился со своими людьми домой, а Пальнатоки взял Свейна Харальдссона и его мать Эсу к себе, потому что ее отец Атли Черный умер, не оставив ей добра. Свейн стал жить на Фьоне у Пальнатоки, и тот заботился о мальчике как о собственном сыне и оказывал ему должное почтение. Он очень привязался к Свейну.

Говорят, что у Пальнатоки и его жены Олёв был сын. Он родился вскоре после того, как конунг уехал с пира. Назвали его Аки. Он рос дома у своего отца и стал побратимом Свейна Харальдссона. Там жил и Свейн, пока ему не исполнилось пятнадцать зим.

А когда Свейн достиг этого возраста, Пальнатоки, его воспитатель, решил отправить его к отцу, Харальду-конунгу. Он дал ему два десятка отважных воинов и посоветовал сделать так. Когда он войдет в палаты и предстанет перед конунгом, своим отцом, то пусть скажет, что он его сын, нравится ему это или нет, и потребует признать их родство.

Свейн поступил, как велел ему Пальнатоки. О его поездке ничего не известно до тех пор, пока он не вошел в палаты конунга. Он предстал перед своим отцом, Харальдом-конунгом, и сказал все, что ему посоветовали. А когда он кончил говорить, конунг ответил так:

– Думается мне, что из твоих слов ясно видно, кто твоя мать, так как, по моему разумению, ты полный дурак и глупец и в этом отношении ничем не отличаешься от своей матери Саумэсы.

Тогда Свейн сказал:

– Если ты не хочешь признать наше родство, тогда я намерен потребовать у вас три корабля и воинов. Для вас это небольшие расходы, так как я уверен в том, что ты мой отец. Я не сомневаюсь, что Пальнатоки, мой воспитатель, даст мне столько же людей и такие же корабли, числом не меньше, чем дашь ты.

Конунг ответил:

– Я думаю, от тебя лучше откупиться и дать тебе то, что ты просишь, но впредь не показывайся мне на глаза.

Говорят, что Харальд-конунг дал Свейну три корабля и сотню воинов, но и корабли и воины были худые. Потом Свейн отправился в обратный путь и плыл, пока не добрался домой. Он встретился со своим воспитателем Пальнатоки и рассказал ему о разговоре с отцом. Пальнатоки сказал – большего от того-де и ждать не стоило.

Потом Пальнатоки дал Свейну три добрых корабля и сотню людей. Это были отборные воины. Он посоветовал Свейну, что делать дальше, и прежде, чем они расстались, сказал ему:

– Летом тебе следует отправиться в поход с теми людьми, что у тебя есть. Я советую тебе вначале не ходить далеко. Можешь воевать в Дании, во владениях твоего отца, но от него самого держись подальше. Ты должен нанести ему как можно больше ущерба. Разоряй эту страну и сжигай все на своем пути. Ты должен делать так все лето, а к зиме возвращайся сюда. Здесь ты со своими людьми найдешь надежное пристанище.

После этого Свейн расстался со своим воспитателем и отправился в поход со своими людьми. Он сделал все так, как ему велел воспитатель, и безжалостно разорял владения своего отца Харальда-конунга, и бонды, которые подверглись его нападениям, стали роптать, потому что он не жалел ни огня, ни меча.

Весть об этом быстро дошла до конунга, и тому показалось, что он напрасно дал Свейну войско и позволил воевать и грабить. Сдается ему, сказал он, что Свейн пошел в своих родичей по матери, если судить по его бесчинствам.

Кончилось лето, и с наступлением зимы Свейн отправился на Фьон, к своему воспитателю Пальнатоки. Тем летом он захватил много всякого добра. По пути они попали в сильную бурю, и те корабли, что дал ему отец, потонули вместе со всеми людьми. Потом Свейн, как ему и было велено, поплыл на Фьон. Эту зиму он провел здесь в почете и со славой. Вместе с ним были те его люди, что остались в живых.

Теперь надо сказать о том, что весной Пальнатоки пришел к своему воспитаннику и посоветовал ему снова ехать к отцу, Харальду-конунгу, и потребовать у него шесть кораблей и столько воинов, сколько нужно для этих кораблей.

– Говори с ним как можно решительнее. Будь с ним таким дерзким, как только сможешь, когда станешь требовать у него это войско, и держи себя смело, что бы ты ему ни говорил.

Свейн отправился к своему отцу и потребовал у него шесть кораблей и людей к ним. Он говорил дерзко, как и посоветовал ему Пальнатоки. Харальд-конунг ответил так:

– Мне известно, что с тем войском, что я дал тебе прошлым летом, ты совершил много злодеяний. Ты необычайно дерзкий человек, если смеешь требовать у меня еще людей, хотя все помнят о твоих бесчинствах.

Свейн сказал:

– Я не уйду отсюда, пока вы не дадите нам то, что мы требуем. А если наше требование не будет исполнено, мой воспитатель Пальнатоки даст мне войско, и я сам нападу на твоих людей и причиню им столько вреда, сколько смогу.

Конунг ответил:

– Бери шесть кораблей и две сотни человек, но больше не показывайся мне на глаза.

Свейн отправился назад к своему воспитателю Пальнатоки и сообщил ему о своем разговоре с отцом. А Пальнатоки снова дал Свейну такое же войско, как его отец, и посоветовал, что делать дальше. Теперь у Свейна было двенадцать кораблей и четыре сотни людей. И прежде чем воспитатель и воспитанник расстались, Пальнатоки сказал:

– В этом году ты снова отправишься в поход, но поплывешь не туда, где был прошлым летом. Ты должен снова разорять Данию и делать это еще беспощадней, чем прошлым летом, потому что твое войско теперь больше и лучше, чем тогда. Не давай им покоя все лето, а к зиме возвращайся домой на Фьон и живи у меня.