— И что, судиться будешь?
— Буду, — терять ей нечего.
Значит, будет таскаться по судам, нанимать адвоката. И где на все денег взять? Да и будет ли толк?
Но без боя она не сдастся, пусть даже не мечтают. Домогательство доказать не сможет, но и вышвырнуть себя из фирмы как нашкодившую собачонку не позволит. Она отдала этой паршивой конторе пять лет жизни. Лучшие годы! Софья разозлилась не на шутку.
Ради чего она поступила на заочный в Эконом? Ради чего оплачивает эту проклятую учебу? Ей же обещали повышение после получения второго высшего. И кому оно теперь нужно? Кто ей вернет деньги и нервы?
— Иди, — небрежно махнула рукой Жанна Константиновна. — Освобождай рабочее место.
— Успею, мне спешить некуда, — огрызнулась Софья. — Подложные приказы — это должностное преступление.
— Да ты мне угрожаешь, мышь беззубая? — заорала Жанна Константиновна.
— Предупреждаю об ответственности. И не надо меня оскорблять, — Софья с достоинством вздернула подбородок и покинула кабинет.
Пора подыскивать себе новую работу. Быстро это вряд ли получится. И на что жить? Сотрудники отдела тревожно уставились на Софью, когда та вошла в кабинет. Софья подошла к Анжеле:
— Ну что, подруга, пойдем в обед в кафе? Угощаю!
— Что, не увольняют? — обрадовалась та.
— Сама ухожу, — с достоинством произнесла Софья.
Глава 3
Из кабинета босса выскочила секретарша Катя с округлившимися глазами и испуганно открытым ртом.
— Дмитрий Игоревич, простите, Роман Алексеевич никого не принимает, — не слишком уверенно пролепетала секретарша. — У нас небольшое ЧП. Зайдите через полчаса, пожалуйста, — умоляюще посмотрела она на Ярцева.
— Катенька, меня он примет всегда, — Дмитрий положил руки на плечи Кате, чмокнул ее в лоб и уверенным жестом отодвинул с дороги. — Ты же знаешь — мы же с твоим боссом давние друзья, — кинул ей через плечо.
— Но Роман Алексеевич сейчас не может принять вас, он слегка… Он занят… Он…
Дмитрий не стал слушать невнятных возражений секретарши и открыл дверь в кабинет приятеля.
— Подождите! — отчаянно крикнула ему в спину Катя. — Он не одет! Он травмированный! Не ходите туда!
Что за бред? Чем травмированный? Дмитрий усмехнулся и закрыл за собой дверь.
— Привет, Роман! — Ярцев окинул кабинет взглядом. И обнаружил Соболева стоящим без штанов у дивана. В руках он держал аэрозольный баллончик с Политенолом. Трусы с золотым орнаментом были непристойно приспущены. Увидев друга, Роман судорожно натянул их почти до подмышек.
— Я занят, — пробурчал он. — Подожди в приемной.
— Да ладно, — махнул рукой Ярцев. — Видел я тебя нагишом в бане. Продолжай, не стесняйся меня. Правда, я не понял, чем ты занимаешься. И даже подумать боюсь об этом. Очень неприличные мысли лезут в голову.
— Хватит острить, мне не смешно! Одна дура плеснула на меня горячим чаем, — Роман нажал на головку баллончика и его содержимое с шипением брызнуло на обожженную кожу. — Сука безмозглая! Сама задницей передо мной вертела, а как до дела дошло — начала из себя недотрогу корчить. Гадина! — поморщился Роман, растирая аэрозоль. — Надо в Ожоговый Центр съездить, показаться специалистам.
— Это что, Клушина тебя так приласкала? — удивился Дмитрий.
— Что за Клушина? Ты о ком?
— Софья. Мы с ней учились в одном классе. Она меня в приемной едва с ног не сбила. Выбежала от тебя как сумасшедшая.
— Она и есть сумасшедшая. Дура бешеная! Она по мужу Коршунова, — пробурчал Роман. — Зафиксирую ожог и обращусь в полицию. Сонька у меня повертится, как уж на сковородке. Я ей этого не спущу! Будет в ногах ползать, ботинки мои облизывать!
— Успокойся, — усмехнулся Ярцев. — Клуша всегда была с придурью. Правдолюбка и серая мышь. Ты на нее что, запал? Нормальных баб нет? Катя хотя бы… Или Снежана. Очень даже ничего.