Покинув госпиталь, мы неторопливо направились в столовую — было время обеда. Я все еще использовал трость — лучше немного потаскаться с ней, чем скрежетать зубами от боли. Ничего страшного и зазорного в этом нет.
После обеда было назначено убытие из Джелалабада. Пока шли, нам по пути попадалось множество летчиков в серой и темно-синей форме. Знаков различия на них не было. У одного из ангаров, я увидел знакомых — капитана Петрова и майора Клюковкина. Тех самых, что вытащили наши шкуры из мясорубки в Пакистане. Что ни говори, а летчики это лучшие друзья пехоты — и забрать когда надо могут, и подкинуть куда-нибудь. Да и духам подгадить — всегда, пожалуйста. Наши штурмовые вертолеты, именуемые «Шайтан арба» душманы боялись до ужаса. А уж если ими управляли летчики профессионалы…
Оба офицера стояли у своего «крокодила» и что-то горячо обсуждали.
Подходить к ним мы не стали, не было смысла. К тому же, у летчиков очень туго со свободным временем.
Быстро покушав в общей столовой, мы с Игнатьевым отправились на аэродром. Все документы были на руках, оставалось только найти точку сбора для тех, кто летел в Ташкент. Аэродром точно такой же, как и везде — что в Сирии, что в Турции, что здесь, в Афгане. Все строил Советский Союз. Те же бетонные плиты, плотно подогнанные друг к другу, те же ангары.
Справа в ряд стояли грациозные пятнисто-зеленые Ми-24, с другой стороны пузатые Ми-8, разных модификаций и расцветок. Еще дальше стоял огромный транспортный Ми-6.
С другой стороны аэродрома, вдалеке были видны большие АН-12, ИЛ-76. Парочка АН-24 или АН-26, еще дальше стояла штурмовая авиация, СУ-24 и Су-17. Правда, я вполне мог ошибаться, так как практически не разбираюсь в самолетах. Я и в командировках в САР, часто видел авиацию, но «знакомиться» с ней как-то не хотелось. Да и не до того было.
Мы быстро отыскали площадку, где техники уже готовили к вылету пару вертолетов. Заправляли, проверяли, осматривали механизмы. Сопровождать их должны были «двадцать четвертые» — все-таки район не самый спокойный. А уж у Асадабада тем более — духи периодически устраивали обстрелы, а потом бегом прятались или вообще убегали в Пакистан. А потом возвращались и все повторялось сначала.
Именно такая партизанская война оказалась эффективной, советская военная машина к такой стратегии была не готова. Особенно на первом этапе ввода войск.
Не прошло и часа, как дали команду грузиться.
Появились экипажи винтокрылых машин.
Две команды офицеров с личными вещами собрались с краю «бетонки». Дождались, когда дали команду грузиться. За каких-то пятнадцать минут, все уже были внутри. Взлетели без проблем. Ветер, спускающийся с гор заставил пилотов и пассажиров немного понервничать, но в целом, все прошло нормально.
Сначала мы взяли курс на Кабул. Там часть пассажиров сменилась. Что-то загрузили, что-то наоборот оставили. Это нормальное явления для таких перелетов.
Затем целенаправленно двинулись на Кундуз, после дозаправки и небольшого отдыха, продолжили полет на Душанбе. Конечно, проще было бы самолетом, но так получилось, что ни сегодня, ни завтра на север ничего не летело.
К Ташкенту мы долетели только поздно вечером. Вертушки сопровождения отстали сразу после пересечения границы с Афганистаном. Они были и не нужны.
Когда же мы сели, было совсем темно.
Нас встретили, сразу же перевезли в какой-то военный городок, название которого я не запомнил. Заселили в общежитие.
Судя по всему, награждение планировалось серьезное, вроде бы из Москвы должен был прилететь кто-то из заместителей министра обороны. Иначе, зачем нужно было лететь так далеко за ленточку? Да и собирать отличившихся со всего ОКСВА тоже весьма хлопотное занятие. Ну а почему не в самом Афгане, остается каждому додумать самому.
В общежитии, уже собрались все наши. Почти здоровые, в хорошем расположении духа. Не было только Дока — несмотря на то, что он был здесь, в Ташкенте, из госпиталя его, конечно же, не отпустили. Все-таки двойное пулевое ранение в плечо, это достаточно серьезно.
Весь вечер мы вспоминали, как было опасно и «весело» на задании. Шутили, травили байки. Вновь вспомнили про летчиков. Кто-то скажет, что все это чушь. Что такого не бывает… Бывает и еще как! Ведь как ни крути, но на самом деле, подобные моменты сильно сближают, делают единый механизм, единое целое. Боевое братство. Не зря, спустя десятилетия, многие ветераны, что прошли через Афган, держаться друг за друга и помогают.
Несмотря на то, что мы немного пошумели, нас никто не «успокаивал». Шут уже заранее успел пройтись по этажу, со всеми перезнакомиться и предупредить. Многие соседи уже догадывались, что здесь есть представители разведки. Хотя, Корнеева никто за язык не тянул.
Ночь прошла спокойно. Утром встали ни свет, ни заря.
Заранее подготовили свою «парадку». Начистили обувь, постриглись и побрились. Здоровяк Самарин выглядел, словно людоед, которого из дикого леса выпустили. За солью.
Оказалось, что прилетел сам маршал СССР Ахромеев. Но вообще, слухи ходили разные.
А уже в девять утра, все стояли на огромном плацу, который не сильно уступал площади у Кремля. Сколько же собралось солдат, сержантов и офицеров… Я невольно вспомнил, как сам когда-то участвовал в Параде на День Победы, на Красной площади…
Снова задумался — стоять пришлось часа два. Думал о том, что все это «большое затишье» перед грядущей бурей.
Отвлекся я только тогда, когда из динамиков назвали мое звание и фамилию…
Глава 5
Далеко идущие планы
Слегка прихрамывая, с тростью в руке, я шел к трибуне.
Рядом украшенным красными флагами и цветами крытым сооружением, в окружении генералов и полковников в парадной форме, с медалями и орденами, стоял сам маршал Советского Союза Ахромеев. Именно так.