– Так или иначе, я журналистка, хоккеист, моя задача изучить обстановку до того, как обстановка успеет изучить меня.
Полные губы Белла сложились в надменной усмешке.
– Рэй только кажется безобидным, я знаю его гораздо лучше других и могу сказать, что с ним не стоит играть, – сменил тему он.
Я показательно закатила глаза. Я не боялась Рэя.
Вернее, я хотела думать, что больше не боюсь Рэя.
– Но ведь он сам начал эту игру, да и потом, какое тебе дело?
– Ты нравишься мне, – прямо сказал Даллас, однако по тону его голоса стало ясно, что он имел в виду вовсе не романтическую симпатию.
– Значит, я не зря отдала тебе свои трусики? – прошептала я ему на ухо, прекрасно понимая, что Уилсон наблюдает за этим.
Даллас хмыкнул, однако ничего не ответил.
Отыскав Рэя взглядом, я довольно улыбнулась: он пристально наблюдал за нами и источал столько гнева, что я ощущала эту тяжесть даже на расстоянии.
– Твои татуировки выглядят очень привлекательно, у них есть смысл?
– У некоторых.
– Расскажи.
– Тогда они потеряют свой смысл.
Я провела кончиком пальца по вытатуированной змее на его предплечье.
– Что значит эта?
– Ты упряма. – Его губы окрасила кривая ухмылка. – Это портрет моего домашнего питомца.
Я едва не подавилась воздухом.
– У тебя дома живет змея?
– Да.
– Это, – пробормотала я, пытаясь подобрать верное слово, – интересно.
С чего бы кому-то заводить змею? Раньше я считала Далласа Белла другим, теперь считаю его странным.
– Змея – прекрасный питомец.
– Предпочитаю зверюшек с пушистой шерсткой. У меня есть собака.
Он дернул головой:
– Я не фанат собак. Хотя наш клубный талисман – славный малый.
– Талисман?
– Черный лабрадор по кличке Кинг, ни разу не видела его перед игрой?
– Я всего пару раз была на ваших играх.
Даллас взглянул за мою спину и ухмыльнулся, прижимая меня теснее.