Нэнси замешкалась, но, пусть и недоверчиво, протянула руку. Наконец-то можно было надеяться на настоящую помощь! Коннор продемонстрировал ей всю трагедию своей жизни, произошедшую за день. Зато как же хорошо — сконнектиться, получить хотя бы иллюзию нахождения в сети, среди потоков информации…
Бесконнектная жизнь была пару месяцев после революции. Доступ в сеть оказался ограничен или закрыт, поскольку треккеры, id-чипы и некоторые другие компоненты у девиантов вышли из строя или работали некорректно. Как обитатели дореволюционного Иерихона обходились без выхода в сеть, даже представлять не хотелось. А от дефицита информационного обмена первое время спасались только, как тогда шутил Хэнк, крепким андроидским рукопожатием. И как люди без этого живут? И они ещё говорят о какой-то там зависимости от сети!
— Простите, я ошиблась, — сказала андроид диспетчеру из службы спасения и по завершении звонка обратилась к Коннору: — Постой-ка! Коннор, детектив… Конечно, я с радостью помогу собрату и тому, кто помог нам всем. Я поняла твою проблему. У меня нет смартфона, он мне и не нужен, но ты можешь связаться через меня, и я вызову тебе такси.
— Нэнси, а можно его погладить? — осторожно подал голос брат Мегги, и, не дожидаясь разрешения, сам подошёл и начал водить по искусственной шерсти своей маленькой ручкой.
«А это, оказывается, очень приятно, — подумал Коннор, когда показания с сенсоров интерпретировались в ощущения. — Понятно, почему собаки любят, когда их гладят».
— Я могу их даже верхом покатать, — с готовность отозвался медведь и вновь протянул лапу для коннекта.
«Хэнк! Это я, Коннор! — практически закричал Коннор, когда соединение установилось, и на том конце ответили. — Да, Хэнк, чёрт возьми, только не бросай трубку! Я это! Да какие шутки?! Скоро буду у тебя дома и всё объясню».
После этого короткого разговора Коннор сразу же вызывал такси.
«В настоящее время все машины заняты. Вызванное вами такси прибудет по адресу через пятнадцать минут. Благодарим за ожидание», — сказал оператор.
Дети не слышали разговора, шедшего по внутренней линии. Они обступили медведя с двух сторон и увлеченно гладили по морде и дергали за круглые уши. Когда коннект завершился, Нэнси сняла со своей шеи длинный пёстрый шарфик и ловко повязала бантом вокруг медвежьей шеи.
— Медведь с бантом — это плюшевый медведь, — пояснила она под недоуменным взглядом Коннора. — То есть безопасный. Я не хочу, чтобы тебя кто-то испугался.
— А уж я-то как этого не хочу! — согласился с кивком медведь.
— Большой Тедди! — воскликнула Мегги и радостно хлопнула в ладоши.
Коннор, как и обещал, посадил обоих детей себе на спину и прокатил кружок. Тут его заметили остальные маленькие посетители парка, и оставшиеся до приезда такси десять минут он смиренно катал на себе мелких и искренне сочувствовал всем няням на свете, вне зависимости от их видовой принадлежности.
5.
После того, как доктор Розен высказал свои мысли о возможном трансфере на совместимый носитель, Элли тут же позвонила капитану Фаулеру и описала сложившуюся ситуацию. Капитан согласился дать частичный допуск к материалам дела, которое вёл Коннор, тому, кто поедет на склад искать этот носитель. Когда Элли закончила звонок и поспешила поделиться результатом с Хэнком, то обнаружила, что его состояние резко ухудшилось. Сканирование показывало высокое кровяное давление, однако, она не была медицинским андроидом и не могла определить прочие нюансы. Безусловно, подобное потрясение не могло пройти даром для человека, который ещё пару лет назад подрывал своё здоровье всеми доступными и допустимыми законом средствами. Она вывела его под руку из техцентра и, вместо того, чтобы ехать домой, повезла в ближайшую больницу. Хэнк хотел было воспротивиться этой поездке и на ходу принялся объяснять про пришедшие сообщения. Но спорить с тем, что возможный гипертонический криз или, хуже того, инсульт не поспособствуют возвращению Коннора, было бессмысленно. Элли уже связалась с регистратурой в приёмном покое, а полицейский значок позволил не ждать в очереди, так что Хэнка должны были принять практически сразу по прибытии.
***
В гостиной у Хэнка дома трое RK800 активно и про себя обсуждали сложившуюся ситуацию. Хэнк, получивший в больнице несколько неприятных, но действенных уколов и пару листов с назначением о спокойствие, отдыхе и постельном режиме, расхаживал из угла в угол и то и дело проверял телефон.
— Хэнк, пожалуйста, я вас очень прошу, вам надо прилечь, — мягко и настойчиво зудела одна из сестричек Конни. — Мы же договаривались. Вы обещали доктору и мне.
Те андроиды, что поехали на опечатанный склад минут десять как отзвонились и сообщили, что ничего подходящего среди оставленных там дроидов не нашли. Впрочем, в свете новых обстоятельств, поездка была скорей для выяснения постфактум, и на обратной дороге они собирались заехать в Риверсайд и поискать там. В итоге попали в приличную пробку, спровоцированную выскочившими на проезжую часть и кричавшими что-то о медведях парнями. Из-за этого побилось несколько машин, и весь перекресток и шоссе встали.
— Вы не переживайте за меня, — заявил Хэнк. — Я справлюсь. И стреляться не собираюсь. У меня и пушку-то Коннор куда-то спрятал так, что с собаками не отыщешь… идите уже домой.
— Кстати, о собаках, — заметил Джесси, пятьдесят третий, служивший следователем пожарного управления города Детройта. — Я выгуляю Сумо и Сюрприза. Остальные пусть идут домой — наши питомцы тоже нуждаются в прогулке и кормёжке.
Джесси вышел в небольшой коридор. И стоило ему только взять поводки с тумбочки, как откуда-то словно по волшебству материализовались две радостные собаки. Джесси ловко защелкнул карабины на ошейниках, и довольные животные, наконец-то дождавшиеся прогулки, рванули на улицу.
Остальные вышли следом и направились в сторону своего дома, что находился относительно недалеко отсюда. Во время ноябрьских событий тридцать восьмого года в городе стали бесхозными не только андроиды, но и множество кошек и собак. Кто-то оказался потерянными, а кто-то брошенными при спешной эвакуации людей из города. Вот так у Хэнка и появился второй пёс в компанию Сумо. Щенок был совершенно чудного экстерьера и окраса и получил заслуженную кличку Сюрприз. Он вырос небольшим, чуть ниже колена, лохматым и очень забавным псом. В доме, где пока что все вместе жили андроиды, уживались три собаки и кошка. Одна из собак принадлежала Коннору, а огромная пушистая кошка — Клэнси. Её звали Майор Пэйн, и она старательно оправдывала своё имя и периодически строила остальных четвероногих.
Хэнк недолго постоял на крыльце и, когда достаточно проводил взглядом своих гостей, тяжело присел на ступеньку. Ему стало привычным запросто различать всех своих подопечных андроидов. Хоть они и относились к одной линейке, но не сильно друг под друга маскировались. На данный момент из схожего у них остались только черты лица. Основные элементы заводского дизайна оставили только Коннор и тот, кто в настоящий момент помогал Маркусу. Голоса у всех тоже отличались, а в одежде все были кто во что горазд. На службу, правда, они чаще всего ходили в своих киберлайфовских жакетах, только теперь на спине вместо голографической надписи «Андроид» красовалось название занимаемой должности, как то «Детектив-криминалист. Полиция Детройта», «Криминолог. Полиция Детройта», «Инспектор-дознаватель пожарного департамента Детройта» и другие.
Сидеть на улице было прохладно, пусть приток кислорода и помогал унять неприятное давление в груди, спустя несколько минут Хэнк всё же решил зайти в дом. Телефон зазвонил в тот момент, когда он закрывал дверь на ключ. На экране светился незнакомый номер, но он без колебаний ответил на звонок
***
За все минуты ожидания такси в парке Коннор не заметил ни хэнковской машины, ни самого Хэнка, ни кого-то из своих. Он начинал волноваться. Конечно, после второго звонка он знал, что Хэнк жив и дееспособен, но не может быть, чтобы его первые сообщения просто проигнорировали. Коннор прислонился носом к оконному стеклу и, провожая взглядом мелькающие дома, принялся снова считать вероятности. Автоматизированное такси почти бесшумно выехало к району номерных улиц: двадцать четвёртая, двадцать пятая… вот и нужный поворот. На их улице как обычно было тихо, безлюдно и плохо освещено. Какие-то хулиганы в который раз побили лампы на опорах уличного освещения.
— Снайперы, блин! — проворчал Коннор и прописал в задачи позаботиться об установке камер наружного наблюдения.
Здесь находился дом Хэнка, а неподалёку их братское общежитие, как называл их жилище Хэнк. Коннор и в темноте на этой улице прекрасно ориентировался, он ведь тут жил, но далеко не все местные хорошо видели в темноте. Такси остановилось в паре метров от подъездной дорожки. «Вы прибыли в место назначения. Ваша поездка оплачена. Благодарим за то, что пользуетесь нашими услугами. Мы всегда рады вас подвезти. Приятного вам вечера». Выбираясь из салона, Коннор порадовался тому, что переместился в относительно компактный по размерам корпус. Всего раза в полтора крупнее старичка Сумо. Белый медведь или какой-нибудь гризли в машину вряд ли бы поместились.