Антон решил, что перестанет жалеть о совершенном, а еще ему хотелось заставить Наташу улыбаться искренне, чтобы она не чувствовала себя актрисой, которая вынуждена выполнять все указы своего кукловода.
— Вези куда хочешь, — вмешался в разговор отец, предпочитавший обычно хранить молчание. — Ты уже взрослый мальчик и можешь самостоятельно принимать решения.
Антону показалось, что в этих словах прозвучала какая-то двусмысленность с тонкими нотками иронии. Он завел двигатель и, выехав со двора, вывернул на улицу, ведущую к ледовому дворцу. Однажды там происходили съемки рекламного ролика какой-то сувенирной продукции, и Кристина принимала в них участие. Она изящно двигалась по льду, твердо стояла на коньках и смотрела в глаза взглядом разъяренной хищницы. Именно тогда внутри мужчины, привыкшего менять девушек еще со школьной скамьи, пробудилось желание обладать одной-единственной. Именно в тот момент он решил сделать Кристине предложение. Но сейчас, на мгновение прикрывая глаза, он видел на катке Наташу в ее немного нелепом темно-синем свитере и меховых джинсах, с этой искренней улыбкой и краснеющими щеками.
— Ты умеешь кататься на коньках? — спросил Антон, желая избавиться от напряжения, возникшего между ним и Наташей после поцелуя.
— Да. У нас в деревне было прекрасное озеро, которое замерзало уже в середине декабря так крепко, что на нем открывали каток. Правда, я давно не стояла на коньках, боюсь, что уже потеряла сноровку, — ответила Наташа и улыбнулась.
«Ты даже неуклюжей будешь на льду самой красивой», — мелькнула мысль, от которой Антону пришлось избавляться, думая о работе.
Учитывая тот факт, что в два часа дня в четверг многие люди еще находятся на работе, лед пустовал. Почти. Влюбленная парочка вырисовывала на катке различные фигуры, прекрасно чувствуя ритм друг друга. Мама учила ребенка стоять на коньках, а тот падал и заливисто смеялся. Один из работников ледового дворца катался по кругу, вероятно, для привлечения внимания. Столики тоже пустовали, только одна девушка лет шестнадцати сидела за дальним, уткнувшись в ноутбук, вероятно, из-за бесплатности вай-фая.
Отдав свои вещи гардеробщице, родители поспешили выбирать коньки. Наташа медлила, и Антону показалось, что она хочет поговорить с ним. В ее жестах и взгляде читалось что-то, но понять что именно было невозможно.
— Все в порядке? — спросил Антон, но, получив в ответ сухое «угу», остался недоволен и, задержав девушку за руку, отвел в сторонку. — Послушай, если ты ведешь себя так из-за поцелуя, то я могу все объяснить… Я обещал, что это больше не повторится, но эти шаги… Я просто не знал, что можно предпринять в такой ситуации. Прости. Я полный профан в отношениях… В течение трех последних лет я привык к тому, что девушки выполняют мои приказы, а затем уходят…
— Я понимаю. Я тоже должна выполнять приказы, — прошептала Наташа и опустила взгляд.
— Нет. Не должна. С тобой все иначе, понимаешь? Черт! Да с тобой совсем другая история. Ты играешь роль моей фиктивной девушки, и я надеялся, что прибегать к подобной близости не придется. Ты не девочка по вызову, и если моя близость тебе неприятна, то ты не должна терпеть. Тебе следовало поставить меня на место, когда шаги стихли…
«… иначе в следующий раз я не сдержусь и зайду дальше», — подумал Антон, чувствуя, как его пробило волной холода, а на лбу проступили капельки пота от представшей его взгляду картины.
— А что если мне приятна твоя близость? — дрожащим голосом спросила Наташа, улыбнулась уголками губ и пошла к родителям Антона, которые уже выбрали коньки и переобувались в них.
В голове эхом несколько раз пронесся вопрос Наташи. Ей было приятно. Ей понравился поцелуй. Сердце стало чаще биться в груди, прерывая дыхание. Наташа обернулась и посмотрела на Антона.
— Ты идешь? Боюсь, что если ты не сдвинешься с места, то я точно упаду на лед, потому что давно не стояла на коньках…
Губы растянулись в улыбке. Антон удивлялся тому, что был счастлив. Он уже не думал, что когда-то снова испытает это чувство. И ему чертовски хотелось, чтобы эти фиктивные отношения не заканчивались. Заставив себя перестать стоять истуканом на одном месте, Антон поспешил к Наташе, желая снова ощутить тепло ее тела.
Наташа стала чувствовать себя раскрепощенной, когда нашла в себе силы, признаться в симпатии кАнтону, в первую очередь сделав это для себя. Конечно же, серьезных отношений, требующих верности и полного взаимопонимания, ей хватило в прошлом, поэтому она надеялась на невинный флирт и секс без обязательств, который плавно канет в бездну через неделю и два дня… Так мало времени осталось на то, чтобы почувствовать себя счастливой, пусть это счастье будет не совсем настоящим. Наташе хотелось отвлечься от переживаний, связанных с приездом матери и расставанием с Денисом. Раньше она бы никогда не подумала ложиться в постель с мужчиной без любви, а сейчас… Достаточно было небольшого уголька страсти, чтобы разжечь пламя.
Наташа надела коньки и, держась за бортик, вышла на лед. Ноги разъехались в разные стороны, и стоило большого труда устоять в вертикальном положении. Сколько лет она уже не стояла на коньках? В голове появилась неприятная мысль о том, что если бы не Денис, то ее жизнь могла сложиться иначе. Наташа с белой завистью посмотрела на ребенка, вцепившегося в маму, надеявшегося на нее и совершавшего неуверенные шажки по льду. Возможно, у Наташи тоже был бы ребенок, а, может, даже два. Они могли бы приезжать на каток каждые выходные, разучивая различные пируэты и создавая предновогоднее настроение. А потом они точно ездили бы по магазинам вместе, выбирая подарки для бабушек… Папы… Наташа сглотнула. Она никогда не видела Дениса в роли отца своих будущих детей, так для чего, вообще, продолжала губить свою молодость рядом с ним?
Теплая мужская ладонь легла поверх ее руки, а затем переместилась на талию, обнимая и притягивая к себе.
— Не бойся, ты не упадешь. Просто доверься мне.
Наташа улыбнулась. Почему-то этот мягкий бархатистый голос действовал на нее как-то особенно: успокаивал и внушал уверенность в полной безопасности.
Антон начал скользить ближе к центру, а Наташа повторяла за ним, крепко держась за его руку. Она уже перестала бояться и начала двигаться увереннее. Все вопросы и переживания остались где-то там… за входом в это прекрасное место, наполненное волшебством и новогодним настроением. Наташа не думала о том, что завтра ей предстоит разговор с Зоей Васильевной… Не думала о сообщении Дениса… Не думала о скором визите матери, которую уже давным-давно похоронила… Она отдалась ощущениям, наслаждаясь счастливым моментом выпавшим на ее долю и заставившим почувствовать себя хрупкой девушкой, которую оберегает сильный и красивый мужчина.
Наташа даже не заметила, как отпустила руку Антона, как их катание медленно перетекло в своеобразный танец. Она слушала музыку, разливающуюся из динамиков, и кружила по льду, чувствуя ритм своего партнера настолько хорошо, словно они уже несколько лет тренируются и являются профессиональными фигуристами.
Темп музыки становился быстрее и быстрее, казалось, в каждой нотке прибавлялось чуть больше страсти. Антон и Наташа смотрели друг другу в глаза, приближаясь из противоположных концов катка, и когда они столкнулись, пальцы рук переплелись, а губы разделяло миллиметровое расстояние, раздались аплодисменты, вырвавшие из этой сказки и заставившие остепениться.
— Я тоже буду кататься так же красиво как вы когда-нибудь, — произнес малыш, прижимаясь к своей матери.
Наташа смущенно улыбнулась, обратив внимание, что на них с Антоном смотрят все присутствующие. Даже девушка, сидящая за столиком, оторвала взгляд от ноутбука. Глаза Антона, синие, словно два распустившихся василька, светились от счастья, а на щеках пылал румянец, придававший ему особенную притягательность, которой так не хватало раньше.
— Родители уже пьют кофе, может, присоединимся к ним, или ты хочешь продолжить?
Наташа была бы рада ответить «да» на его вопрос, но не смогла. Это было бы слишком. Много признаний, выставляющих ее распутной девушкой, которая через неделю после разрыва со своим мужчиной, уже вешается на другого. И родственность душ не могла стать оправданием.
— Нет. Пойдем. У меня немного устали ноги, — соврала Наташа и вперед Антона поспешила к выходу со льда, надеясь, что он не успеет задержать ее и остановить.
Впрочем, он не собирался этого делать. Антон был другим — холодный мужчина, привыкший к тому, что женщины просто выполняют его приказы. Он сам признался в этом. Кроме того, Наташа знала, что в глубине его души все еще живет кошмар по имени «Кристина», который будет преследовать еще в течение долгого времени.