— Хорошо, давайте начнем. Кто читал главу об агрессии и насильственном поведении?
* * *
Как только закончились утренние занятия, Лукас вернулся в свой кабинет, не зная, выполнит ли Август свое обещание насчет обеда, но зная, что у него есть другие дела, на которых ему нужно сосредоточиться. Например, на Коне. Он сел за стол и открыл базу данных пропавших без вести, пролистывая бесконечное море лиц. Это было похоже на поиск иголки в стоге иголок, поиск одного лица в море тысяч, и велика вероятность, что иголки там вообще не окажется.
Лукас не знал, сколько времени он просидел так, пока не раздался стук костяшек пальцев о его дверь, которая распахнулась прежде, чем он успел пригласить. Август. Сердце Лукаса заколотилось в груди при виде его. Вызывал ли раньше у него мужчина такой трепет?
Он протянул два пакета. Запах еды сильно поразил Лукаса, вызвав урчание в животе.
— Надеюсь, тебе нравится китайская кухня, — сказал Август вместо приветствия.
— Да, — подтвердил Лукас. — Знаешь, большинство людей ждут, пока человек пригласит их войти, прежде чем просто ворваться.
Август бросил на него виноватый взгляд.
— Я не хотел давать тебе возможность обдумать это слишком долго.
Честность Августа была раздражающе милой. Он жестом указал на потертый кожаный диван у стены, и Лукас кивнул в знак согласия. Когда они расположились по разные стороны небольшого дивана, Август поставил между ними пакеты и протянул ему палочки для еды.
— В пакете также есть вилка на случай, если ты не знаешь, как ими пользоваться.
Это сказано почти как вызов, широкая ухмылка расплылась по его лицу, но затем дрогнула и совсем угасла. Лукас разложил посуду из картона и задумался над внезапным отсутствием выражения на лице Августа.
— Ты в порядке? — спросил Лукас.
Август перевел взгляд на него.
— Да. А что?
Лукас схватил контейнер с говядиной и брокколи.
— Потому что за пятнадцать секунд ты перешел от ухмылки, как у Джокера, к виду, будто я пнул твоего щенка. Это слегка обескуражило.
Август пожал плечами, переведя взгляд куда-то за плечо Лукаса.
— Парень моего брата сказал, что моя улыбка пугает людей. Я не хочу пугать тебя.
Признание Августа заставило его сердцебиение сбиться с ритма.
— Мне нравится твоя улыбка.
— Ты не думаешь, что я улыбаюсь невпопад?
— Нет. Я на сто процентов думаю, что ты улыбаешься невпопад. Но нахожу это странно очаровательным.
— О, — сказал Август, как будто обдумывая ответ.
После этого они ели в относительной тишине, обмениваясь контейнерами и изредка ведя светскую беседу. Когда они закончили, Август спросил:
— Ты получил мое сообщение? — Лукас нахмурился. Сообщение? Он потянулся за телефоном. Август протянул руку и коснулся его руки. — Нет, не это. То, что на твоём стакане.
Лукас хмыкнул, изо всех сил стараясь не обращать внимания на жар пальцев Августа, все еще сжимающих его пальцы.
— О моей заднице? Да. Я также знаю, что моя задница нравится Крикет, а не тебе.
Август покачал головой, сказав серьезно.
— Крикет – не единственная, кому нравится твоя задница. Мне она очень нравится. Она мне так нравится, что я хотел бы пригласить ее на ужин, но ты все время говоришь «нет». Но я говорил не об этом. Я... Ты уловил какие-то мысли, когда прикасался к стакану?