Вечер прошел в разговорах. Дарк поставил долгоиграющую пластинку. Тихо лилась музыка. Пол снова стал рассказывать о своей работе. Мэри слушала молча, вставляя иногда отдельные замечания. Она была прекрасной слушательницей, а ее реплики говорили о том, что у нее острый, живой ум.
Всякий раз, глядя на эту девушку, улавливая грустное выражение ее глаз, Дарк подавлял в себе желание ласково похлопать ее по плечу, как-то подбодрить, придать уверенности в себе.
В свою очередь, собираясь домой, Мэри вдруг поняла, что влюбилась в этого человека. Заглушив в себе это чувство, девушка поспешила домой.
Глава 8
Эмиль Фасберже проводил совещание. Присутствовало шесть человек. Сам Фасберже, застывшая в своем высокомерии Аманда Белл, облаченный, как всегда, в пеструю рубашку Клайв Роуз, смуглая черноволосая красавица Тони Лури, возглавлявшая торговый отдел фирмы, и двое представителей кинокомпании «Биговедер» — режиссер Филипп Мак-Кинли, казавшийся особенно солидным из-за своего морщинистого лица, и сравнительно молодой еще сценарист Дейв Блинт, бросавший явно заинтересованные взгляды на экзотическую Лури.
Совещание открыла Аманда Белл.
Она заявила, что его цель обсудить вопросы рекламы и сбыта нового косметического крема «Созидатель красавиц».
Миссис Белл коротко изложила свойства биохимического препарата стимулин, входящего в его состав. Из ее рассказа следовало, что этот препарат благотворно влияет на гормональную деятельность эндокринных желез своих потребителей, улучшая внешний вид последних. Далее было высказано сожаление по поводу того, что доктор Престон, разработавший рецепт крема, не интересуется его сбытом и рекламой и желает остаться в тени, поскольку для него имеют значение только опыты.
— Вы подобрали уже девушку? — поинтересовался Роуз.
— Да. Она была выбрана из двух тысяч претенденток.
— Почему вы не пригласили ее к нам сюда?
— Это излишне! — отрезала миссис Белл.
— Мистеру Мак-Кинли и мистеру Бланту все равно предстоит ее снимать!
— Они сделают это, когда начнется опыт!
— А кто эта девушка?
— Пожалуй, она ничего из себя не представляет, — заявила миссис Белл. — Обыкновенная некрасивая девушка, работающая машинисткой. Ее имя Мэри Стенз. Разве это годится для рекламы модной косметической фирмы?
— Очевидно, полезно дать ей новую фамилию.
На этот раз вмешался Фасберже.
— Девушка должна символизировать Англию. Ее фамилия должна отражать массовые слои населения этой страны!
— А если это будет мисс Смит? — спросил Блант, поглядывая на Тони Лури.
— Это несколько простонародно, — изрек Фасберже. Нужна распространенная фамилия, но рангом повыше.
— Смайт! — предложил Роуз.
— Почему Смайт? — спросил Фасберже.
— Лора Смайт, — повторил Роуз с видом человека, которого никогда не подводила интуиция. — Эта фамилия несколько поднимается над простонародным уровнем… А имя Лора звучит женственно.
— Лора Смайт! — повторил Фасберже. — Мне нравится.
Аманда Белл не преминула с ним согласиться.
Ее тут же поддержала Тони Лури, что положительно сказалось и на реакции Бланта, ошеломленного ее экзотическим голосом и французским акцентом.
— Можно будет создать целую легенду о Лоре Смайт, — не унимался вдохновленный поддержкой слушателей Роуз. — Мы покажем постепенный переход умной, но некрасивой девушки из средних кругов в ранг сказочной красавицы, если, конечно, доктор Престон не подкачает.
— В нем нет оснований сомневаться, — вмешалась миссис Белл.
— Можно будет опубликовать в прессе 20–30 фотографий девушки, чтобы показать, как она менялась, — продолжил Клайв Роуз. — Это будет прекрасная реклама!