– Нет-нет, – замотала головой Настя.
– Бери, бери. Ей у тебя лучше будет. У меня она сохнет.
– Бабуль, а можно я к вам приходить буду?
Старушка Глория поджала губы.
– Попробуй не приди!
Теперь Настя стала мишенью для Мишурина.
Он доставал её и на уроках, и на перемене, цеплялся к каждому слову и жесту.
– Ну что, врунья? На кладбище этой ночью не ходила? Голубям бошки не откручивала? Лягушачьи лапки не сушила? Что ж ты так? Наколдуй мне пятак по геометрии, а? Ну чего тебе стоит? – кривлялся он.
Самое обидное, что Настя даже не пыталась защищаться. И когда он написал мерзкое послание прямо на её странице «ВКонтакте», она просто закрыла страницу.
Я чувствовала себя ужасно виноватой перед Настей. Извинилась, конечно, но Настя ответила равнодушно, не глядя: «Ты-то при чём? Я сама виновата». От этого мне стало ещё хуже. Лучше бы послала, честное слово! Обозвала бы как-нибудь. Всё-таки заслуженно.
Глядя на поведение Мишурина, даже самые вредные пацаны вступались за Настю.
– Чего ты к нашей ведьме цепляешься, Серый? Отказала, что ли? – кричал на весь класс Малеев.
Но Мишурин не успокаивался. Он увидел Настино кольцо.
– Врунья-Ведунья, откуда у тебя колечко-то? Украла? Да, чего от тебя ещё ожидать… И квартира чужая, и вещи чужие. Может, у тебя и имя чужое? Воровка!
Этого Настя не выдержала. Самый страшный гнев – гнев терпеливого человека, так говорила старушка Глория. Настя медленно, очень медленно встала, и смотреть на неё было жутко: волосы как чёрное облако над пылающими щеками, глаза горят. Как будто где-то рядом бушевал ветер и ворвался в неё. Я только в кино такое видела!
– Да чтоб ты… провалился! – страшным шёпотом произнесла Настя.
Мишурин на минуту оторопел. Но от страха стал ещё больше кривляться.
– Ага, провалюсь сейчас прямо, – за-ржал Мишурин. – Напугала! Всё ведьму из себя строишь? Ой, как страшно-то!
Я смотрела Серёге под ноги. Мне казалось, что пол вот-вот треснет, и Серёжка провалится прямо на наших глазах. Что-то непременно должно было случиться. И случилось бы, наверное, если бы в класс не вошла Тамара Андреевна. Учителя умеют отпугивать волшебство, я давно заметила.
– Садитесь, – сказала Тамара Андреевна, возвращая нас к школьной реальности. – Что это с тобой, Ведунова? У тебя не температура? Что-то ты мне не нравишься.
– Мне тоже, – с ухмылочкой вставил Серёга.
– А я бы на твоём месте помолчала, Мишурин, – махнула рукой Тамара Андреевна. – Я как раз собиралась объявить итоги четвертной. И ты, Мишурин, единственный ученик, который провалился на контрольной. Это же надо умудриться – ни одного задания правильно не сделать. Полный провал!
– Оп-ля! – присвистнул кто-то. – Он всё-таки провалился!
Серый обернулся к Насте. Лицо у неё всё ещё пылало, но волосы улеглись – ветер угомонился.
– Наколдовала всё-таки, ведьма? Значит, ты – настоящая?
Серёжка смотрел на неё виновато и изумлённо, как щенок, который что-то натворил, но сам не понял – что.
– А я всегда была настоящая, – пожала плечами Настя.
– Эх, потерял ты свою ведьму, Серый. Теперь не жди помощи от потусторонних сил, – наигранно вздохнул Иванов.
– А он себе новую нарисует! – сказал Малеев.
Тамара Андреевна растерянно оглядела класс.