Кто же знал, что девица вообще понадобится? Мало ли было у старика за эти годы юных любовниц?
— Монсеньор Ревинтер, вы упомянули, что нужно следить за некими фрейлинами.
Вспомнил. Умница. Лучше поздно, чем никогда.
— Да. Разумеется, в окружении принцессы Алисы Ормхеймской есть чужие шпионки.
— Чьи?
— Графа Мальзери — точно.
Становится всё веселее. Нужно почаще приглашать Алана на дружескую беседу.
— Ну и еще чьи-нибудь — обязательно.
— А… — осекся.
— Алан, я не давал бы вам приказа проводить время с неумной и неинтересной девицей, если б мне удалось внедрить в окружение Алисы хоть одного человека. Поэтому вся надежда на вас.
Шпионы у Ревинтера есть в штабе Эрика. Аж три штуки с половиной. А вот Алиса министра финансов до последнего времени не интересовала. И, как оказалось — зря. Одна очень милая дама в окружение Ормхеймской принцессы всё же внедрена была — на всякий случай. И именно от нее Ревинтер узнал очень интригующие сведения.
Увы — даме попалось полотенце, зараженное оспой. Сейчас она в своем загородном имении. Не смеет никому показаться на глаза. Зато по слухам — доволен по уши супруг бывшей ветреной красотки. В кои-то веки исчезли все основания для ревности.
— Кстати, Алан, как продвигается упомянутое вами расследование? И чего вы всё стоите? Садитесь. Может, вина?
— Благодарю, монсеньор. Нет, монсеньор, — отчеканил Эдингем.
Что означает: сесть — согласен, выпить — нет. Служака. Недалекий, но верный.
— Закончить расследование пока не удается. Но все следы ведут к солдатам маршала Словеонского.
Так и не простил лиарского унижения. И не надо. Ревинтер тоже не простил. Но осадить Эрика сейчас важнее.
— Подумайте, Алан. Возможно, здесь все-таки замешаны ормхеймцы?
— Возможно, монсеньор. Землю буду рыть — найду! — пылко пообещал юноша.
— Ладно, Алан, сейчас вы свободны. Отдыхайте. И не слишком напивайтесь в компании Риккардо.
Вздрогнул.
— Нет, Алан, за вами никто не следил. Но вас видели в половине кабаков Лютены. Осторожнее, Алан, — дружески улыбнулся Ревинтер. — Южане спиваются медленнее нас, северян.
2
Алан, конечно, честен и предан. До определенного предела — как все. Но предел Эдингема достаточно далек, чтобы кое в чём ему доверять.
И всё же Ревинтер вздохнул с облегчением, оставшись один.
Обед он приказал подать в серебристый кабинет. Нужно привести в порядок мысли. И просмотреть свежие письма.
Бертольд сам разрабатывал многочисленные предосторожности вскрытия «футляров для драгоценностей». Внезапно выстреливающие ядовитые иглы. Хитрые отравленные заусеницы. Исчезающие в уксусе чернила.
Как же сегодня всё это раздражает!
Темный бы у себя в Пекле или в Ледяной Бездне побрал Ральфа Тенмара! Тот даже умереть вовремя не мог.
А самое забавное: найдутся те, кто обвинит в этом министра финансов и отца Роджера Ревинтера. Абсолютно не понимая, что уж он-то точно не выбрал бы для подобной глупости столь неподходящее время!