— Вот так бывает в жизни, — обреченно проговорила я, — смотришь на парня, думаешь, ого, какой дракон, а тут бац — ящерица.
— Умгум, ххх, хиих, хии, — Фло старательно зажимала ладошками рот.
— Пошлятина, — я вздохнула, но вздох не возымел воздействия, Флори так и хихикала до самой Академии. Ну, хоть за руки не хватала.
И очередной день. Как вчера, позавчера, позапозавчера… Исключением были уроки миста Гая. Он перестал требовать от меня невозможного и понял, что я справляюсь на единицу, если мне готовые цифры дать.
Первым делом мы разобрали мой переполошивший всех причастных к Академии драконов и не-драконов портал. Меня натыкали носом в ошибочное, вероятное и недопустимое, а потом смилостивились. Я чертила куски схем, узлы, опорные точки, мист Гай благосклонно внимал и ставил отметки. БРР пополз вверх и не только его стараниями.
Малахитовый Сэр мне практически благоволил. Я перестала огребать стегалкой по лопаткам и криво стоящим локтям, даже когда заслуживала. В классе шушукались, что он завышает отметки “потомучто!” и глаза круглые делали. Кто-то все же подсмотрел, как я выходила вечером из его комнат или у ночного променада в косо сидящих одежках были свидетели? Тогда почему не Стоун и не ректор, теперь ежедневно появляющийся в Академии? Я сама лично не видела, но говорили. Стоило Виридану раньше в подоле принести. Сразу окружил заботой. Лучше бы погулять пустил. А хотя… Ну вот представим, что пустил, и куда я? Разве что в Университет покараулить. Май, я скучаю…
Неужели ничего сделать нельзя?
А Флори предположила, что драг Болдер сейчас стыдится мне на глаза показываться из-за конфуза с ящерицей в самый интересный момент. Не дракон, а кисейная барышня. Что до моих собственных драконьих признаков… Вот как раз у почти родного отца и спрошу. После занятия.
Виридан будто чуял. Сунув свою палку-стегалку в голенище сапога, он с видом чрезвычайно занятого человека направился к выходу, проигнорировав все мои выразительные взгляды. А может, благодаря им?
— Стойте, мист Виридан! — не выдержала я.
Ноги у него Хранителя были куда длиннее моих, и я изрядно запыхалась, пока нагнала его у Страшного.
— Я дракон!? — выпалила я, хватая его за манжет
— Почему? — удивился Малахитовый Сэр, ловко освобождаясь из захвата.
— Я не могу сказать.
— Вы мне в подоле принесли среди ночи и видели меня в пижаме, какие между нами секреты?
Я собралась с духом и призналась.
Глава 2
После первых же слов о рисунках на коже, Малахитовый Сэр утащил меня за колонну, будто воспылал ко мне внезапной страстью. Рядышком прошмыгнула парочка первокурсниц, отчаянно косящих в нашу сторону. Ну вот, теперь точно разговоры пойдут. Портрет ректора Силберна, который висел как раз за этой колонной в числе прочих, украшающих стены зала перед входом в административную часть, тоже как-то неодобрительно смотрел на фамильярности между преподавателем и ученицей.
Виридан явно спешил, но и оставлять ситуацию неразрешенной считал недопустимым.
— Так, — сказал он, отступая на приличествующее нашему статусу расстояние. — Никакой вы не дракон, мади Марциус. Но ритуал принятия в род, в мой, был проведен, хоть и в сокращенном виде. Звучит странно, и фактически выходит, что я и правда, в некотором роде, ваш отец.
— Вы дракон?
— Нет. У меня нет дракона.
Мне почему-то чудилось, что между словами “меня” и “нет” еще одного не хватает. Слова вроде “больше” или “уже”. От косо падающего света шрам на лице Виридана казался глубже и рельефнее.
— Тогда почему?
— Магический резонанс. Эхо первого портала, сходный по сигнатуре дар, ваш собственный и принятый, когда вас приводили в чувство после не слишком удачного перехода. И рука судьбы, видимо. Так иногда бывает. Другого объяснения у меня нет.
Я молчала, переваривая, Виридан смотрел.
— Вы не спрашиваете, как связаны первый портал и ваш переход в Проходной мир, — продолжил он, — значит это вы вспомнили. Был сильный эмоциональный всплеск или само всплыло, как части схемы в рисунках? Сложно снимать блоки с корневых воспоминаний даже если сам их туда ставил.
— Когда вы это провернули?
— Когда мы ужинали. Думаю, вы почувствовали давление и дискомфорт.
— Вы же просто воспоминания смотрели!