— Странная фамилия! — удивился папа. — Может, он француз? Тогда правильно не Те́га, а Тега́. Был такой художник Дега́.
— Правильная фамилия Те́ги — Гусев. А почему Те́га, я не знаю.
— Конечно, Гусев! Те́га-те́га! Так гусей зазывают в деревне, — смеясь, сообразил папа. — Ну, а тебя как прозвали?
Я ничего не ответил, глотнув чая. А про учёбу папа, наверно, решил меня не расспрашивать в выходной день.
Позавтракав, он решительно сказал:
— Я понял, что мы должны сделать! Даже не сделать, а совершить! Что-нибудь необычное! Что-нибудь из ряда вон выходящее! И тогда вся серость исчезнет.
— Слушай, а я тебе тоже всю неделю казался серым? — спросил я.
— Ты мне казался фиолетовым! У тебя даже уши были в чернилах, — сказал папа.
— А мама?
— Мама всегда прекрасна, — строго заметил папа.
— А может, у тебя фамилия Сероглазов, — вдруг сообразил я, — из-за того, что ты всё видишь серым?
— Фамилия не имеет отношения к настроению человека, — сказал папа. — Быстро собирайся.
«Еще как имеет! — подумал я. — Посмотрел бы я, какое у тебя было бы настроение от прозвища Двапортфеля!..»
3
Мне собираться было нечего. А вот папа зачем-то надел свой хороший костюм, белую рубашку, чёрные туфли, и мы вышли из дома.
Если бы не горьковатый дымок над газоном — это на нём всю ночь тлела куча опавших листьев — я бы ни за что не поверил, что уже осень. Так на улице было тепло и солнечно.
На нашей очень шумной по обычным дням улице стояла тишина. И было совсем мало людей и машин. А грузовики вообще не попадались нам с папой по дороге. Выходной — значит, выходной.
И воробьи вовсю чирикали на ветках тополей, но среди них нельзя было узнать того, которого я мог бы взять в плен, но не взял, а, наоборот, помог спастись.
Папа положил мне руку на плечо.
— Ну, давай думать. Что необычного ты можешь предложить?
— Прокатимся на такси, — предложил я.
За нами медленно ехала «Волга». Видно, шофёр надеялся, что нам надоест идти пешком.
— Ну, что это такое? — Папа даже поморщился. — Нашёл необычное! Нет у тебя фантазии.
Тут над нами пролетел реактивный лайнер.
— Тогда слетаем хотя бы в Крым и обратно!
— Вот это уже интересней такси. Это — прекрасно! Два часа — и мы у моря! — воскликнул папа. (Я замер от радости и волнения.) — Искупаемся, потом наберём камушков, съедим шашлык и опять из моря — в небо! — Вдруг папа грустно цокнул языком. — Ничего не выйдет. Очень жаль.
— Почему?
— Я забыл дома купальные трусики.
— Давай возвратимся! Мы же недалеко ушли!