— Я — не Карлотта Таррент.
— Ты — много хуже! — прошипела Ирия.
Убить эту мерзкую тварь прямо сейчас! Раздавить паршивую гадину. Пусть только скажет, где Чарли.
— Почему? — Синяк наливается в пол-лица. С губы сочится кровь. Помада смазалась аж на щеку. Сунуть бы сейчас под нос стерве зеркало! Глядишь, не так бы равнодушно цедила слова. Будто чиста, как белый снег. — Потому что я хотела избавиться от тебя и Эйды? И что? Вы мне кто? Разве вы — мои родные дочери? Или хотя бы племянницы?
— Зачем ты убила моего отца⁈ Или он тебе тоже — никто? Тебя вытолкали за него замуж силой? За косы отволокли?
— Может, сядем? — устало предложила Полина.
— Что?
— Ты всегда успеешь меня убить, если захочешь. А у меня после твоей богатырской руки кружится голова. Что ты делала все эти месяцы — мешки с камнями таскала?
— Кто знает? — сощурилась Ирия. — У нас, покойников, в Бездне так мало развлечений. Вдруг мы там у себя организовали каторгу? Или арену боев без правил? Хорошо, садись. Удобно устроилась? Ну так что с моим отцом? Мало дарил фамильных драгоценностей? И советую говорить правду. От твоего вранья я устала еще при жизни. В Лиаре.
— Знаю-знаю. Совру — ты меня убьешь. Ирия, можешь верить, можешь — нет, но я действительно его не убивала. Это был несчастный случай. Эдвард увидел Леона в моей комнате, кинулся с кинжалом. Твой брат меня закрыл… не знаю, что на него нашло. Обычно он — трус, каких поискать. Эдвард упал и наткнулся на собственный нож. Это правда.
— С какого перепугу мне тебе верить? Особенно в героя-Леона?
— Ни с какого. Такое и нарочно не придумаешь. Я — твой враг. И уничтожила бы тебя без колебаний и следов — будь у меня шанс. Тогда бы — уничтожила.
— А сейчас?
— Нет. Ты мне нужна. Просто необходима. Слишком о многом я собираюсь тебя просить.
— Меня? — Ирия искренне рассмеялась. — Это ты спятила от счастья получить корону или принимаешь за сумасшедшую меня?
— Не то и не другое. Я хочу, чтобы ты вывезла из Лютены моих детей. Кати и Чарли.
— Так и он — здесь? В этой клоа…
— Уже не в этой. Не во дворце и даже не в Лютене. Сначала я отправила его к михаилитам, а потом — еще дальше. Хоть это мне удалось. Я никогда не умела просчитывать ходы далеко. С каждым разом лишь запутывалась глубже.
Полина потянулась к узорному графину. Не плеснула бы в лицо! Нет, выбить Ирия успеет.
— Будешь? Яда там нет.
— Спасибо, нет.
— А я выпью.
Алое вино льется в бокал. С тем же узором.
…Замок Тенмар, свечи, странный и загадочный старик, так и не понятый Ирией. И, возможно, никем…
А многих ли она вообще успела понять?
— Значит, ты не умела просчитывать ходы? — улыбнулась воскресшая падчерица. — Ты же окрутила моего отца, запудрила последние мозги моему брату, хоть и презирала его. Прорвалась в королевы… правда, король оказался не совсем хорош, не так ли?
— Сумасшедший садист и извращенец. — Полина вдруг резко отставила полупустой бокал, рванула платье. Привычно голубое — так идущее к ее глазам.
Синяки — родные братья раскрасившего лицо. Лиловые, желтые, серединка на половинку…
— Не жди сочувствия.
— Не жду. Но таким «не совсем хорошим» кончались все мои планы, Ирия. Поверишь или нет, но твоего отца я могла бы полюбить…