Всё это будто происходило не перед ним и не с ним.
«Безумное усиление» действительно лишала здравомыслия, но Крис чувствовал будто бы случайно, а может по воле судьбы, нашёл прямо-таки идеальный баланс.
Каждый сантиметр его мышц — с виду хилых, но содержащих невероятную силу — был готов к действию. Одна мысль, один чёртов намёк его разума и…
— А-А-А-А! — Случайный бандит закричал, когда Крис одним незаметным для окружающих движением переломал ему ноги. Одна обычная подсечка чуть ли не сделала его инвалидом.
Выроненный кричащим мужчиной автомат Крис так же перехватил в воздухе. Но стрелять он не умел и не собирался…
Замахнувшись оружием будто бы бейсбольным мячом, Крис прицелился к неподалеку стоящему от него кричащему в истерике мужчине.
БУМ!
Крис никогда не любил бейсбол. Да и любой другой вид спорта, честно говоря. У него никогда ничего с этим не получалось, но…
Буквальный бросок винтовки вышел идеальным. Точным, выверенным и чертовски болезненным. Для того, в кого Крис целился, конечно.
Он будто бы в замедленной съемке видел, как оружие несколько раз прокрутилось в воздухе, а после приложилось к лицу неизвестного своим твёрдым прикладом. Сломанный нос, вылетевшие зубы и возможно сломанные кости лица надолго выведут бандита из строя.
И всё это произошло за какие-то ничтожные пару секунд…
Крис никогда не чувствовал себя настолько… живым. Он чувствовал себя настоящим богом.
Каждое движение этих ирландских гангстеров было перед ним, как на ладони. Их застывшие в гримасах паники лица, сжатые зубы или пот, пропитавший одежду и стекающий со лбов… Ничего не могло укрыться от его взгляда.
Любое их движение, каждый патрон… Ничего не могло ему навредить.
Удары, несшие в себе всю накопленную Крисом ярость просто… уничтожали. Ломали.
Убивали.
И Крис не сказать, что не чувствовал угрызений совести, просто его воспитание… оставило на нём неизгладимый след.
Да, в повседневной жизни Крис старался не высовываться и не отсвечивать. Но это не значит, что наивный юноша не знал, что такое… смерть.
Крис плакал. Он рыдал навзрыд, пытаясь сдержать рукой потоки соплей. Вид его и завывания было столь жалкими, что в другой ситуации его бы обязательно попытались утешить. Тем более, Крису было всего девять с небольшим лет. Подобное ему прощалось.
Вот только всем мало-мальски ответственным людям было не до него. Как и не до таких же детей, которые плакали вместе с Крисом, смотря на одно стонущее тело.
— Ха… — Невероятно болезненным образом выдохнул темнокожий подросток, положив руки на окровавленный живот. — О-о-оу…
— Детский дом «Луч Надежды»! — Джулия, темнокожая девушка постарше, ответственная за «детский сад», остервенело кричала в трубку телефона. — У нас пулевое ранение! Пожалуйста, приезжайте как можно скорее!
Крис, как и дети, вокруг него, заплакали ещё сильнее.
— О-он… — Ровесник Криса, начал что-то бормотать сквозь рыдания. — Он п-попал в пер-рестрелку ме-ежду б-бандами…
— Не ври, — горько опровергнула девочка постарше, лет четырнадцати. — Он уже давно ошивается около местной банды…
И Крис заплакал и закричал ещё сильнее, хотя казалось куда уж больше. Просто в один момент Крис понял, что…
Скорая помощь не успеет. Она никогда не успевает.
— НЕТ! ПОЩАД…
Рука Крис ударила очередного бандита и отправила его переломанное тело перекатываться по асфальту.
И Крису было абсолютно всё равно, выживет ли этот представитель преступного мира. Повезёт — выживет, нет, ну… Крис плакать не будет.