— Ты ведь знаешь, как называют Джастина Хаммера, — Крис театрально понизил голос. — Тони Старк с Али–Экспресс…
— Хи–хи…
— Но, если серьёзно, — вздохнул Крис. — Хаммер Индастриз это… короче, это далеко не Старк Индастриз. У них не самая лучшая репутация, а технологии во многом сыроваты. Не повредит ли это нашему имиджу?
— Навредить нашему имиджу? — повторила она, будто пробуя его слова на вкус. — Крис, ты забываешь, что мы не только покупаем их технологии. Мы покупаем их ресурсы, их контакты, их логистическую сеть. С этим слиянием мы перекроем рынок, который сейчас пустует после ухода Старка.
Крис кивнул, но не сдавался.
— Может быть, но разве это стоит того, чтобы отдавать им четыре места в совете директоров из двенадцати? Ты же не из тех, кто любит делиться властью. Считай треть власти в руках Джастина Хаммера… Звучит как херня какая–та.
— Если временная уступка даст нам стратегическое преимущество, разве это не стоит того?
— Временная? — Приподнял брови Крис в удивлении. — Если я не долблюсь в уши и глаза…
— Как пошло, — нахмурила носик Эмма.
— … то «слияние» предполагает постоянный обмен третьей частью акций обеих компаний. «Временных» директоров Хаммера быть не должно.
— Ты недооцениваешь меня. Думаешь, я не знаю, как удерживать контроль, даже когда делюсь им?
— Это не в твоём стиле, — бросил он.
— Стиль меняется, если этого требуют обстоятельства, — парировала она.
— Эмма, я не пытаюсь спорить с тобой. Я просто говорю, что всё это может быть ловушкой. Что если ты что–то упускаешь?
Её лицо на мгновение стало серьёзнее, словно на него упала тень.
— А если ты упускаешь что–то, Крис? — Её голос стал ниже, но холоднее. — Ты ведь не знаешь всей картины. Иногда доверие важнее, чем детали.
Крис чувствовал, что она что–то скрывает, но её взгляд не позволял продолжить спор. Он сжал губы и кивнул, решив, что не стоит давить. Хотя… слишком часто он уступает ей в последнее время. Слишком.
— И причём тут Белый Король?
— Сенатор Стерн является главным лоббистом этой сделки, — пожала плечами Эмма. — Он собирается представить армии США нового — более совершенного, чем Старк — поставщика, а также отобрать у Тони Старка Железного Человека…
— Наращивает репутацию, — осторожно кивнул Крис.
— Ты всё лучше и лучше в этом, — промырлыкала Эмма с затаённой гордостью. — Тем более, он имеет некую долю в новой — объединённой — компании…
— Я не уверен, что это законно…
— Крис, милый, — Эмма осторожно приподнялась и села ему на колени, начиная аккуратно расстёгивать рубашку. — Оставь этот вопрос мне… Просто доверься и к концу года мы будем стоять на вершине мира…
— Я…
— Ты слишком сильно давил на себя, — горячим шёпотом она продолжила, целуя его в шею. — Нужно уметь наслаждаться… моментом.
На дальнейший спор Крису не хватило… воли, наверное. Чёртова Эмма и её прелести!..
— Я узнал об этом лишь незадолго до вас, — Джастин фамильярно положил руку ему на плечо, не отрываясь от разговора с Кристиной Эверхарт, журналисткой «Vanity Fair». — Но знаете, даже тогда я заметил в Крисе родственную душу. Настоящего американца, всегда готового встать на защиту нашей страны. Ведь я всегда говорил, что нас защищает не оружие, а те, кто его держат…
Крис лишь натянуто улыбнулся, кивая на любой бред, исходящий из уст Джастина Хаммера. Симпатичная блондинка напротив лишь дежурно улыбалась, держа в руках диктофон, записывающий каждое слово.
Честно говоря, Монако — а если точнее, Монте–Карло во время Формулы–1 — поражал своей помпезностью. На это мероприятие приехали знаменитости со всех краёв мира, люди были одеты в дорогие одежды, а алкоголь лился рекой.
Эмма сидела в нескольких столиках от них, — давала интервью очередному журналисту — а его она оставила вместе с Джастином Хаммером, по факту, его «вторым» работодателем. Сложно сказать, в какой именно сути заключалась его работа, толи быть посредником между ними, толи светить своим лицом перед камерами, но…