— Мне плевать. Я не желаю слышать ничего, что как-либо связанное с той ночью. Точка.
Он покачал головой, лицо всё ещё было искажено.
— Твоё упрямство просто невыносимо.
— То же самое могу сказать про тебя. — Я выдавила слабую улыбку в попытке разрядить обстановку. — А теперь можем закрыть эту тему и приятно провести мою первую ночь после возвращения?
Хотя технически я так и не пересекла черту города. Если Доминик продолжит в том же духе, мы останемся стоять на границе до скончания веков.
— Ну же, Доминик, — взмолилась я. — Поехали домой.
Он окинул меня оценивающим взглядом, считывая моё эмоциональное состояние так, как не может никто другой.
— Хорошо, ангел. Будь по-твоему. Садись в машину.
Наконец-то! Мы сдвинулись с мёртвой точки.
Я обошла его машину и села на пассажирское место, тогда как Доминик скользнул на водительское сиденье. Он запустил руку в свои светлые мелкие кудри и завёл мотор. Несколько секунд спустя мы уже ехали по дороге в сторону поместья Хантингтон. По крайней мере, я так думала, но вскоре оказалось, что мы направляемся в центр города.
И он называет меня невыносимо упрямой?!
— Твой дом в другой стороне, — заметила я.
— Верно. — Его коварная ухмылка мстительно вернулась. — Ты такая внимательная.
Я прожигала его взглядом.
— Куда мы едем?
— В бар «Всех Святых», — ответил Доминик, не глядя на меня. — Заглянем на пару минут.
— Серьёзно, Доминик?! — воскликнула я, вскинув руки. Пришлось признать поражение.
Видимо, за лето я растеряла часть своего обаяния. Иначе как объяснить то, что я всё это время мечтала упасть в его объятья, а его волновало совершенно другое?
Вот тебе, Джемма, и тёплое приветствие.
2. МЕРТВЕЦ ИДЁТ
Полная луна низко свисала над землёй и ярко сияла вдали, когда мы остановились у служебного входа в бар «Всех Святых». Я недоумевала, зачем оставлять машину у мусорных баков вместо парковки у главного входа, как это делают нормальные люди. И под нормальными людьми я имею в виду буквально всех остальных.
— Что ж, выглядит не так уж страшно, — рассудила я, сложив руки на груди и уставившись в никуда. — Напомни, пожалуйста, какого чёрта мы тут забыли?
— Немного терпения, ангел.
Доминик заглушил двигатель и уставился на дверь бара так, будто кто-то должен был вот-вот вылететь оттуда.
— Извини, но сегодня я уже исчерпала лимит терпения, — сказала я, хмуро глядя на него. — Или ты забыл, что я провела последние шесть часов в одной машине со своей сестрой?
— Нет, конечно, — откликнулся он, так и не повернув ко мне головы. Его глаза не отрывались от чёртовой двери. — Прости подожди пару минут, пожалуйста.
— Чего подождать? — Я посмотрела на него, затем на дверь и снова на него. — Богом клянусь, Доминик, если ты через пять секунд не скажешь, что мы здесь делаем, я выйду из машины и пойду домой пешком!
Он посмотрел на меня как на занозу в заднице. Блин, прямо сейчас я воспринимала его точно так же.
— Ты так долго избегала этого разговора, что я даже не знаю, как начать, — мрачно заявил он и снова посмотрел на дверь. — Поэтому лучше покажу.
— Покажешь? Что ты мне покажешь? — спросила я и окинула быстрым взглядом пустую местность, хотя, честно сказать, я уже была немного заинтригована. Для него это явно было важно, а Доминик мало чему придавал столь большое значение.