Королева восстанет: читать начало книги онлайн

– А что еще я должна была сделать? – раздраженно поинтересовалась я.

– Вернуть ее! – гневно закричал Бенедикт и решительно шагнул ко мне: – В конце концов, это из-за тебя ее вообще похитили! Проклятье, да все мои проблемы из-за тебя, Флоренс!

Флоренс вздрогнула, как будто я ее ударил. А ведь я просто бросил ей в лицо хренову правду. Просто последствия ее поступков. И она, черт возьми, не имела никакого права выглядеть такой пораженной.

Разговор с ее отцом до сих пор эхом отражался у меня в голове, но у меня не получалось сформулировать ни единой четкой мысли. Это было по-настоящему? Или это часть их плана? Сейчас меня даже не заботили ответы на эти вопросы. Отчаяние затопило каждую клеточку моего тела, такое ощущение, что я задохнусь в нем, если не выплесну эмоции. Слишком много тревоги за Лиру. Слишком много страха не справиться. И злость на весь мир, но особенно на Флоренс.

Она задрала подбородок, во взгляде – намек на решимость. Этот жест выглядел неуверенно и одновременно внушал опасения. В чем бы ни заключался ее план, она еще не закончила. Не закончила со мной. Она будет и дальше пытаться достичь своих целей. И это, наверное, должно пугать меня больше, чем все остальное, ведь я на собственном опыте убедился, на что способна эта женщина. Мне постепенно начинало казаться, что она мне не по плечу.

– Я ничего этого не хотела, – дрожащим голосом произнесла она, и моя злость сразу попыталась превратиться в жалость. В который уже раз во мне зашевелилась та часть, которая хотела ей верить. Та часть, которая жадно слизывала с губ Флоренс ложь и позволяла ее карим глазам манить себя к верной погибели. Если бы я мог, то и эту часть себя запер бы на замок, как сделал это с самой Флоренс. Но, как и от этой девушки, от себя мне не убежать. – Пожалуйста, поверь мне хотя бы в этом, – взмолилась она, и я почувствовал, как сильнее зашатались стены моего самообладания.

Поверь мне хотя бы в этом.

Как будто это ничего не стоит. Как будто это легко. Как будто она этого заслуживала.

– Как мне тебе верить, когда ты чертовски хорошая лгунья? – прогремел я. Мои эмоции обрушились на нее, как гроза. Больше никакой сдержанности. Лишь ядовитое отчаяние, которое влекло меня ближе к ней. И вновь я сделал шаг к Флоренс, не в силах держать в узде собственное тело, но ей даже не хватило приличия отступить. Мы стояли прямо напротив друг друга. Она упрямо отвечала на мой взгляд, а меня медленно, но верно убивали внутренние разногласия.

Я хотел ее встряхнуть.

Я хотел притянуть ее в свои объятия.

Я хотел укусить ее, поцеловать, заняться с ней сексом, услышать ее стоны, ее смех. Я хотел всего и хотел, чтобы это прекратилось.

– Скажи мне, Флоренс! – рыкнул я. Услышал мольбу в собственном голосе и только сейчас осознал, что именно этого хотел на самом деле.

Хотел, чтобы она дала мне основания снова ей поверить. Хотел, чтобы она подпитала сомнения, возникшие во мне во время этого телефонного разговора, и превратила в каньоны расщелины, которые пробила в моих убеждениях. Хотел, чтобы Флоренс доказала мне, что я не прав, черт возьми. Вот только, к сожалению, рациональная часть меня по-прежнему не верила, что это возможно. А я никогда не отличался привычкой прислушиваться к своему сердцу и точно не намерен начинать это делать сейчас.

– Как мне поверить тебе хоть в чем-нибудь, после того как ты притворялась передо мной целых полгода? – тем не менее взревел я.

Флоренс выдержала мой взгляд, и в ее глазах светилось не меньше отчаяния, чем в моих.

– Ничто из этого не было притворством, – проговорила она. – Я хотела, чтобы все оставалось просто ролью, но это всегда было чем-то бо́льшим. А после праздника в честь солнцестояния я ни разу тебе не врала. И это чертова правда, Бенедикт.

Она положила руку мне на предплечье, и я на мгновение уставился на нее, не в состоянии переварить ее слова. Потом решительно тряхнул головой и сделал шаг назад.

– Я больше не могу тебе доверять.

Флоренс шумно выдохнула:

– Говорит мужчина, который пытал моего брата и мне самой угрожал смертью! Я тоже больше тебе не доверяю, Бенедикт. По крайней мере в данный момент. Но знаю, что смогу снова поверить. Мы оба узнали такие стороны друг друга, которые предпочли бы скрывать. Которых стыдимся. Но это не значит, что наши ошибки должны вечно стоять между нами!

– Мне не стыдно, – соврал я. – Я сделал бы это снова, если бы пришлось.

– Это неправда.

– Конечно, это правда! – огрызнулся на нее я.

– Нет, ничего подобного! Потому что я тебя знаю! – Флоренс вцепилась в мою рубашку, и внезапно ее собственное отчаяние раскрылось передо мной, как кровоточащая рана. – Ты бы так не поступил. Это совсем не ты!

– Не бросай мне вызов! – Я потянулся к ее запястью, однако она меня опередила и с силой ударила в грудь.

– Я не бросаю тебе вызов, Бенедикт! – разгневанно заявила она. – Но тогда в Тауэре – это был не ты! Я отказываюсь в это верить, слышишь? Не ради такого мужчины я предала свою семью! Не ради такого мужчины я отказалась ото всего, во что верила всю свою жизнь! Я собственную душу разодрала в клочья ради тебя и отказываюсь признавать, что влюбилась в монстра!

– Как будто ты с самого начала его во мне не видела! – заорал я, а ее слова между тем поразили меня, как удар молнии. Влюбилась. В монстра.

– Видела, да! – Флоренс почти перешла на крик и снова гневно толкнула меня в грудь. Я без труда отразил удар, поймав себя на том, что приближаюсь к ней, вместо того чтобы отпрянуть, и зажимаю ее между собой и письменным столом. – Возможно, так и было первые три недели, пока я не поняла, что в тебе нет ни капли зла! – задыхаясь, продолжила она и опять толкнула меня, но на этот раз я не отпрянул ни на миллиметр. Ее пальцы впились в рубашку и больше ее не отпускали. – А теперь ты всеми силами стараешься убедить меня в обратном! Как будто наша ситуация улучшится, если плохая буду не только я!

Она еще раз попыталась меня толкнуть. Я перехватил ее руки и сжал так грубо, что Флоренс удивленно расширила глаза. От меня не укрылась неуверенность, промелькнувшая в ее взгляде. Тихое сомнение. Крошечное ядро страха. Страха передо мной. Потому что я давно уже зашел слишком далеко. Потому что монстр давно уже стал реальностью.